Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы - Диана Фурсова

Марфа выругалась так, что у Нилы округлились глаза.

— Все в центр! — Вера передала девочку Лиссе. — Нила, веди их к очагу. Считай вслух.

— Олли, Сана, Лисса, я, — начала Нила быстро. — Мира, Тим — нет. Ещё маленький Ярек из тёплой комнаты — нет.

— Ярек пошёл за ними? — спросила Вера.

— Он боялся спать без Тима.

Вера сжала пальцы.

Три ребёнка.

Снаружи снова ударило. Пол дрогнул. Где-то над ними посыпалась пыль.

— Северная башня, — сказала Марфа. — Если склад у стены, огонь доберётся до опор.

— Короткий проход к залу ремёсел есть?

— Есть. Но он через подземный ход.

— Показывайте.

Марфа посмотрела на неё так, будто хотела сказать «нет», но передумала.

— За мной.

Подземный ход начинался за узкой дверью в коридоре, который Вера раньше считала кладовой для старых ведер. Дверь открылась от ключа Марфы не сразу, а будто после долгого оскорблённого размышления. За ней вниз уходили каменные ступени. Оттуда тянуло холодом, но не синим пламенем — обычным подземным дыханием дома.

— Раньше этим ходом носили дрова к северному очагу, — сказала Марфа. — Потом закрыли.

— Почему?

— Потому что всё полезное здесь когда-то закрыли.

Они спустились.

Внизу было темно, низко и тесно. Вера ударилась плечом о стену, едва удержала фонарь, который Марфа сунула ей в руку. Где-то над головой грохотали шаги, кричали люди, выл ветер. Внизу каждый звук становился глухим, будто дом проглатывал панику и оставлял только дело.

— Мира! — позвала Вера. — Тим!

Ответа не было.

Но метка на её запястье вдруг потеплела.

Она остановилась.

— Туда.

— Там стена, — сказала Марфа.

— Нет. Дом показывает.

На камне справа проступила слабая ладонь. Не яркая, почти стёртая. Вера коснулась её не пальцами, а тыльной стороной ключа. Камень отошёл внутрь, открывая узкий проход.

Марфа тихо сказала:

— Я его не знала.

— Дом, кажется, тоже не всем доверял.

Они прошли боком. В конце прохода был низкий лаз, а за ним — помещение под залом ремёсел. Сверху доносился плач.

— Тим! — крикнула Вера.

— Здесь! — ответил мальчик.

Его голос дрожал, но был живым.

Они нашли детей в старой нише под лестницей. Тим сидел на полу, прижимая к себе маленького Ярека. Мира стояла перед ними, выставив ладонь. Её метка светилась так ярко, что вокруг пальцев дрожал воздух. Перед ней, у выхода из ниши, ползла синяя линия — не наступая, а словно пробуя защиту.

— Я держу, — сказала Мира. — Но она злится.

Вера опустилась перед ней.

— Ты молодец. Теперь отпускай по чуть-чуть.

— Если отпущу, она пойдёт на них.

— Нет. Я поставлю печать.

— У вас только одна.

Вера посмотрела на ремешок Каэля. Металлическая пластина уже потемнела.

— Значит, у нас будет одна хорошая попытка.

Марфа встала рядом.

— И одна старая ключница с тяжёлой связкой.

— Марфа…

— Не спорьте. Я столько лет боялась этой комнаты, что имею право хотя бы раз хлопнуть дверью перед тем, кто хуже меня.

Ключница сняла с пояса связку и бросила её на пол перед синей линией.

Ключи ударились о камень, зазвенели, и свет дрогнул. Дом отозвался мгновенно: из стены вырвались серебряные прожилки, обвились вокруг железа, подняли его маленькой решёткой. Синяя линия ткнулась в неё и остановилась.

— Сейчас! — сказала Марфа.

Вера подхватила Ярека, Лисса, догнавшая их через подземный ход, схватила Тима за руку, Нила повела Миру, но девочка пошатнулась.

— Я сама, — прошептала Мира.

— Не геройствуй, — сказал Тим хрипло и подставил плечо.

Мира оперлась на него.

Они вышли через подземный ход уже под грохот сверху. Где-то рушилось дерево. Вера несла Ярека, чувствуя, как маленькие пальцы вцепились ей в шею. Он не плакал. От этого было хуже.

На лестнице их встретил Орсен.

— Сюда! Центральный холл держится, но северная башня пошла!

— Каэль?

Орсен отвёл глаза.

Вера почувствовала, как всё внутри похолодело ещё до ответа.

— Он у башни.

Они выбрались в холл.

Там был хаос, но не беспорядок. И Вера почти горько порадовалась этому: правила, введённые накануне, работали. Лисса сразу увела детей к очагу. Нила начала пересчёт, громко, по именам. Ран тащил из большого зала длинные верёвки. Северные гости, ещё вчера боявшиеся дома, сейчас носили лавки, закрывали двери, вытаскивали из коридоров спящих. Даже лорд Вестар, бледный и злой, держал фонарь у стола счетов, пока Варна собирала книги в ящик.

Селеста стояла у лестницы в идеально наброшенном плаще и выглядела потрясённой ровно настолько, насколько это было красиво.

Вера увидела её — и синюю пуговицу в кармане сжала так, что края впились в ладонь.

Но сейчас не время.

Снаружи раздался рёв.

Не человеческий.

Драконий.

Дом содрогнулся. Двери большого холла распахнулись от порыва ледяного ветра, и Вера увидела двор.

Северные склады горели синим холодным пламенем. Свет от них делал снег чёрным, а лица людей — неживыми. У западной стены трещала башня, та самая, где днём чинили ставни. Её нижние опоры покрылись синим льдом, камень расходился по швам.

А над двором стоял дракон.

Ледяной.

Огромный.

Каэль в драконьем облике был не зверем из сказки и не красивым гербом. Он был силой, слишком большой для человеческого двора: серебристо-белая чешуя, тёмные рога, крылья, покрытые инеем, глаза цвета зимней стали. Он упёрся плечом в башню, удерживая её от падения на склады и людей, а когтями врезался в промёрзшую землю. Синее пламя лизало камни рядом с ним, но он не отступал.

— Он держит башню! — крикнул Ран. — Если отпустит, завалит северный проход!

— Людей оттуда вывели? — спросила Вера.

— Почти всех!

— Что значит почти?

Ран побледнел.

— В складе ящики со списками и тканью. Один из мальчишек побежал за книгами счетов… не знаю, вышел ли.

— Имя!

— Севин.

Нила вскрикнула.

Вера резко повернулась к Орсену.

— Подземный ход к складам есть?

— Есть, но если синий свет уже внутри…

— Отвечайте. Есть?

— Через старую угольную.

— Ведите.

Каэль, будто услышал, повернул драконью голову. Его взгляд нашёл Веру через двор, через пламя, через крики. И в этом взгляде был приказ.

Нет.

Вера подняла руку, показывая: не сейчас.

Дракон оскалился — почти по-человечески зло.

В этот миг на стене башни вспыхнула древняя