Эра белого орлогрифа - Анюта Соколова

— Зачем вы мне это говорите? — я старалась не отводить взгляд.

— Забавно наблюдать за твоей реакцией. Ты не удивлена, следовательно, это для тебя давно не тайна. Только о беременности ты не подозревала.

— Динтер сказал, детей быть не может.

— Господин Бирош, — строго поправила она. — И он не учёл, что опустошённый резерв нейтрализует все наложенные преобразования. Увы, знания нельзя приобрести так же легко, как аттестат с отличием. Ничего, королевский университет и брак с Катриной Фершо заставят моего мальчика заняться учёбой, а не бегать по девицам. Но ты, Шиано, со своей гнусной клеветой на мою будущую невестку в этих планах лишняя.

— Вы меня убьёте? — страх сковал не хуже преобразования.

— Убью? — удивилась госпожа Бирош. — Что за дикие предположения! Я сотру тебе память. В отличие от сына, свой аттестат я получила честно. В нашем роду принято отдавать детей в школу под чужой фамилией, поэтому мои оценки исключительно моя заслуга. Без ложной скромности, я один из лучших менталистов по эту сторону Ущелья. Ты даже ничего не почувствуешь, последние пятнадцать дней просто выпадут из памяти. Останется начало практики и ваш невыносимый куратор… Кстати, вы с ним дальние родственники, он правнук Бризара Тринадцатого. Правда, это ты тоже забудешь.

— Стирание воспоминаний незаконно, — против моего желания голос дрогнул.

— Разумеется, — не спорила она. — Подсудная вещь, строжайше запрещена. Но кто меня обвинит? Ты ничего не вспомнишь, я весь вечер провела дома, что подтверждают надёжные свидетели. К тому же неужели ты всерьёз веришь, что кому-то есть до тебя дело? Школьный целитель зафиксирует провал в памяти, а служба егерей радостно прекратит расследование. Хватит с тебя и Аржад. Ты должна гордиться, что человека арестовали за покушение на хаотика. Великая Тьма, на хаотика!

Очень хотелось обхватить себя руками, но преобразование держало крепко. По сравнению с госпожой Бирош я действительно была муравьём — беспомощным и жалким. В схватке с клювокрылом у меня было больше шансов уцелеть, чем сейчас. Запертая в собственном теле, я могла только бессильно рваться и понимать, что это безнадёжно.

— Почему вы вообще со мной разговариваете? — тихо спросила я. — Не проще ли было сразу лишить памяти? Вы же не распинались перед муравьём, прежде чем его раздавить.

— Любопытство, — бросила она. — Всё-таки интересно, что выросло из биологического мусора моей сестры. Ты на неё совершенно непохожа. Кровь Ашино полностью вытеснила Ганшо… Но ты права: что-то я разоткровенничалась.

Госпожа Бирош поднялась, подошла и холодными изнеженными пальцами дотронулась до моих висков.

— Прощай, Шиано.

От Четвёртого солнца осталась лишь узкая рыжая полоска на горизонте, корпуса школы возвышались тёмными силуэтами. Я заморгала. Корпуса школы?..

Холодный воздух залез под рубашку. Почему я в одной рубашке, где моя куртка? И рюкзака нет. Голова разрывалась от боли, словно в кожу вонзили сотни острых иголок. Я потёрла виски, боль немного стихла. Ничего не понимаю! Было же Ущелье, стая клювокрылов, потом крупный самец напал на Криса… а дальше? Как я попала в школьный сквер? Неужели у меня опять был прорыв энергии? Но обычно после них я всё помнила, а сейчас воспоминания резко обрывались, словно их отсекли ножом.

Я окончательно замёрзла и на подкашивающихся ногах побрела к общежитию. Окна не светились — правильно, все же на практике. А меня отправили обратно? За что? Может, бестия ударила меня по голове? Это объяснило бы упадок сил, головокружение и тошноту. Но тогда я пришла бы в себя не в сквере, а в лечебнице. Потихоньку я добралась до своей комнаты, машинально распахнула дверь — и ахнула.

Скатерть, книги, коврик у кровати, пушистый тёплый плед — всё исчезло. На обязательной полочке в углу не было статуэтки Милосердной, подаренной госпожой Кирон. Пропала лампа, на которую я потратила весь свой первый заработок, в шкафу вместо моей одежды и формы сиротливо покачивались пустые вешалки. В ужасе я выскочила в коридор и уставилась на дверь: красный круг тоже кто-то снял. Но это же моя комната! Второй этаж, последняя дверь от лестницы. Самая маленькая и тёмная комната на этаже: видимо, когда-то здесь предполагалось служебное помещение, и лишь потом необходимость заставила переустроить его под спальню. Не перепутаешь.

Осторожно ощупала голову. Нет ни шишек, ни рубцов. Есть обрыв памяти, плохое самочувствие и пустая комната, в которой я больше не живу. А где я теперь живу? Вздохнув, я поплелась на первый этаж к коменданту. Раз госпожа Дишур меня переселила, значит, у неё была причина. Выставить выпускника из общежития во время прохождения практики она не может при всём желании: директор не позволит. Навстречу мне попалась пара младшеклассниц, которые почему-то не отшатнулись, а принялись разглядывать меня и перешёптываться. Что же я такого натворила?..

Комнаты комендант забрала себе самые лучшие, когда-то целых три, но господин Реншо заставил её освободить одну. Я нерешительно замерла: время позднее, госпожа Дишур вполне могла лечь спать. Но мне тоже надо где-то спать, не на полу же в коридоре. Осторожно постучала и затаила дыхание, представив, как сейчас накинется на меня комендант. Дверь рывком распахнулась, на пороге выросла Дишур и при виде меня сразу упёрла руки в бока.

— Другой комнаты нет! — рявкнула она.

— Уважаемая госпожа Дишур, что вы имеете в виду? — я отступила на шаг.

— Не нравятся шумные соседи — это ваши проблемы! — комендант хищно втянула воздух. — Живите у своего любовника, у него прекрасный особняк в Валдоре!

Она скрестила руки на груди. Я совершенно растерялась.

— Госпожа Дишур, вы о чём? У меня нет любовника, и соседей нет, я живу одна… жила одна. Но куда-то делись все мои вещи, и круг с двери пропал… Если это какая-то шутка, то мне невесело.

Комендант нахмурилась. Потом наклонилась вперёд и бесцеремонно оглядела меня:

— Шиано, ты рехнулась?

Сложно было дать отрицательный ответ: я сама ничего не понимала. Дишур запрокинула голову назад и расхохоталась.

— Великая Тьма, ну наконец-то тебя вышвырнут на ту помойку, откуда ты выползла! Сил никаких не оставалось терпеть уродку с замашками аристократки! — она схватила меня за руку, втащила в