Разбитое сердце узурпатора. Часть 2 - Ива Лебедева

— Госпожа, вы пропустили мимо ушей то, что я сказал?! Князь Лань собирается вас пытать! Чтобы вызнать секреты императора! Вы же…

— Я смогу промолчать, даже если меня поймают. — Кривая усмешка сама скользнула по губам. — Уж поверь, молчать под пытками я… сумею.

Сама себя за язык поймала в последний момент, чуть изменив конец фразы с «привыкла» на «сумею». Еще я в перерождении не признавалась всяким варварам в такой напряженный момент! Я даже родителям об этом не рассказывала.

Хотя Шэну, наверное… потом когда-нибудь… но не сейчас!

Я на пару секунд задумалась, ушла в эти мысли и не сразу обратила внимание на то, как раненый осел перестал брыкаться и бессильно обмяк под моими руками. Вся его прежняя запальчивость улетучилась в один миг, уступив место какому-то жуткому, свинцовому оцепенению.

— Шэн? — Я потормошила его за здоровое плечо, чувствуя, как под моей ладонью окаменели его мышцы. — Эй, ты чего? Рана опять закровоточила?

Варвар медленно перевел на меня взгляд. В глубине его темных зрачков не было ни гнева, ни упрямства — лишь тупая, выжигающая душу боль.

— Не нужно… — прочистив горло, глухо проговорил он. — Пожалуйста, госпожа, не говорите так. Даже в шутку.

Я растерянно моргнула, отнимая от него руки.

— Да я же просто… к слову сказала! Чтобы ты понимал, что я не кисейная барышня и не падаю в обморок от первой же угрозы!

Шэн закрыл глаза и рвано выдохнул. Я видела, как тяжело вздымается его грудь под свежими повязками, ему явно хотелось высказать все, что он думает о моей «храбрости», но он заставил себя сдержаться.

— Я знаю, что вы не кисейная барышня, Линь-эр. Вы самая сильная и упрямая девушка из всех, кого я встречал. Но пока я дышу, вам не придется ничего «выдерживать». Ни пыток, ни допросов, ни страха. Если вы попадете к людям Ланя… значит, я уже мертв. А пока я жив, никуда вы одна не пойдете.

— Дождитесь вечера, — подытожил варвар, не сводя с меня серьезного взгляда. — Наш благодетель сходит на разведку, он все равно собирался на рынок за травами и овощами. Даос все узнает и все нам расскажет. А вы останетесь здесь. Со мной. Это… мое единственное условие.

Я посмотрела на наши сцепленные руки, на его бледное, искаженное сдерживаемой болью лицо, и вся моя решимость моментально улетучилась. Спорить с раненым гигантом, который ради меня готов был сбежать прямо с кровати, казалось сейчас последним свинством.

— Ладно, — ворчливо сдалась я, опустившись обратно на край тахты и укрывая его плащом по самые плечи. — Убедил, осел упрямый. Сижу на месте. Но если старик принесет плохие новости, мы уезжаем отсюда в ту же секунду!

Глава 36

Ну и гады же они оба! Вот прямо коварные гады, заговорщики, прохиндеи! Сговорились! И когда, главное, я же с них глаз не спускала! Ну, разве что когда даос варвара по нужным делам выводил, туда-то я за ними не ходила… тьфу!

Старый лис с благостной улыбкой и фарфоровыми четками и Шэн, мой собственный варвар, на которого я уже начала полагаться как на скалу, страшно ловко все провернули! Я бы даже восхитилась, если бы не бесилась до скрежета зубовного.

Когда старик сказал, что сходит на разведку, он сначала заварил лечебный суп, наполненный не только травами, но и видимыми глазом искорками энергии ци. Ядовито-зеленое варево с пряным запахом и плавающими в нем кусочками корней, похожими на сморщенные пальцы столетнего старца, даже выглядело таинственно, под стать отшельнику-даосу.

«Для укрепления сил, барышня, — сказал он с такой безмятежной улыбкой, что мне сразу стало подозрительно. — Вам обоим нужно восстановиться перед дальней дорогой».

Я тогда еще подумала, что Шэну после стрелы в грудь такой супчик нужен ведрами. Он бледнел, когда пытался просто привстать, чтобы напиться. Ему это зелье было просто необходимо.

А мне оно досталось за компанию и чтобы не теряла сил, ухаживая за больным. Логично же? Вот и я так подумала.

И что же? Этот суп, как выяснилось позже, был не просто укрепляющим, он был настоян на столетнем женьшене, который в народе называют корнем жизни, с добавлением каких-то горных трав, что даже в столичных аптеках днем с огнем не сыщешь. Вся эта смесь должна была в разы ускорить заживление раны для варвара, а мне придать сил и здоровья, потому что я, как ни крути, тоже вымоталась.

Но старый хрыч и мой «верный» телохранитель промолчали о главном! О том, что этот суп еще и усыпляет ровно на сутки! Для раненого это отличная возможность поспать, чтобы тело восстанавливалось без лишних движений. А для меня произвол и наглое надувательство!

Я вовсе не собиралась спать. Мне нужно было оставаться настороже, следить за Шэном и быть готовой к любой опасности. А вместо этого я бессовестно отключилась, едва допила даосский отвар. Провалилась в беспросветную черную бездну без сновидений, даже не почувствовав, как голова коснулась жесткой подушки. Проспала так крепко, что старый пройдоха успел не спеша сходить на рынок, вернуться с кучей сплетен и, наверное, раза три перезаварить свой травяной чай!

Зато когда я открыла глаза, Шэн выглядел уже совсем иным человеком. Бледность сбежала с его лица, взгляд прояснился. Рана заживала прямо на глазах, края стянулись сукровичной корочкой, казалось, минула по меньшей мере неделя, а не какие-то одни сутки. Вот что значит настоящий столетний женьшень в руках знающего травоведа!

Я, конечно, кипела от злости за то, что меня так нагло усыпили, но вынуждена была признать: трюк сработал. Мой варвар теперь мог уверенно ступать, пусть и с легким ощущением боли, а не истекать кровью на каждом шагу. Да и я сама перестала качаться от слабости и головокружения.

И вот теперь мы стояли посреди полутемного зала обители, внимая докладу седого даоса. Я про себя уже прикидывала изощренные способы мести этим двоим заговорщикам: монаха хотелось наказать, лишив его любимых фарфоровых четок, а для Шэна придумаю нечто совсем немилосердное, едва мы выберемся из этой передряги.

Впрочем, сладкие мечты о расплате мгновенно испарились. Новости, доставленные стариком из предместья, оказались одна тревожнее другой.

— В столице теперь сложно и смутно, — сказал он негромко. — Князь Лань захватил часть Запретного города. Не весь, но достаточно, чтобы блокировать императорский дворец, в котором заперся Сын Неба. Говорят, он серьезно ранен и мятежники уже празднуют победу.

— Ранен? — переспросила я, и сердце сделало странный кульбит. Почему меня это задело? Мы теперь чужие люди, а у меня