Сезон продаж магических растений - Валентина Ильинична Елисеева

— Ни в чём, — убеждённо и веско опроверг Левитт, и она поверила ему безусловно. — Никогда, ни при каких обстоятельствах, я не рассматривал "физическое устранение" кого бы то ни было как способ решения политических или иных проблем. Этим как раз грешат венценосные особы и их ближайшие родственники, на которых действие проклятья не распространяется.

— Да, оно распространяется на тех, кого они делают своим орудием, как нэссу Лиеру, — горько согласилась Кэсси. — Очевидно, у моей наставницы не имелось личных мотивов для убийства короля, так что у совершённого ею преступления был заказчик. Надеюсь, не мой студент пытался прикончить папу-правителя?

Кэсси нахмурилась в ожидании ответа. Она разбиралась в людях куда хуже, чем в растениях, и признавала это. Однако хотелось верить, людей она знает не настолько плохо, что считает милым пареньком отцеубийцу!

— Не он, — слабо улыбнулся Мар, — мои двоюродные племянники — на редкость приличные люди для наделённых властью. Кэсси, не строй догадки, я не имею права посвящать тебя в закрытые сведения особой секретности. Покушения на короля не было, на этом всё.

— Тогда откуда это? — Кэсси указала пальчиком на метку.

— Возможно, я так часто задумывался о дипломатических методах смены правителей в королевствах империи, что проклятье всё-таки сочло меня злостным заговорщиком, — язвительно ухмыльнулись ей.

— Предположу, что тогда все главы СИБа все триста лет существования конторы щеголяли такими же метками, но о преждевременных смертях высокопоставленных безопасников в учебниках истории ничего не написано, — резонно возразила Кэсси.

— Ты рассуждаешь в точности, как я.

Повисло молчание, в течение которого глава имперской безопасности с клеймом предателя страны на груди пытался приподняться и опереться на подушки, а Кэсси старалась сдержать нарастающую злость. Мужчине не хватило сил для осуществления задуманного — он изнеможённо завалился на бок, а вот женщину сила воли не подвела: подавив всю злость на него и весь свой страх за него, Кэсси бережно вернула голову мага на подушки и подтянула одеяло на грудь. Метка скрылась под украшенной вышивкой тканью, но казалось, они оба видят сквозь слои материи её смертельную пульсацию.

— За шесть с лишним лет ты не мог не придумать объяснения, — отчеканила Кэсси. — Хочу его услышать, а заодно узнать, как часто тебя настигают такие приступы.

— Примерно раз в год, но после первого раза мне исключительно везло: приступы случались ночью, когда я мирно спал в своём доме. Жутковато просыпаться от ощущения, будто из вен быстро-быстро вытекает вся кровь, словно их взрезали острым кинжалом. Подскакиваешь и понимаешь, что стремительно теряешь магию, а не кровь, что не особо меняет диспозицию к лучшему. Восполнить резерв из амулетов-накопителей не выходит: магия протекает сквозь меня, как вода сквозь песок, и бессмысленно рассеивается в пространстве. Пытаться залить меня магией во время обострения — всё равно, что пытаться наполнить водою решето. Постепенно метка бледнеет, и процесс истекания магии замедляется, будто «вода» становится вязкой или замерзает. Дальше всё идёт как при обычном истощении, которое легко поправить сном и едой, только… это самое «дальше» наступает всё позднее и позднее, а метка отчётливо видна на теле всё дольше и дольше, прежде чем временно исчезает до очередного обострения.

В тот вечер, когда я познакомился с тобой, меня свалил самый первый приступ: настиг внезапно в небе при возвращении в столицу с границы. Я заподозрил, что сработал подспудный подарочек от схваченного и сданного дознавателям перебежчика — тот как раз был специалистом по проклятьям и грозился отомстить. Спустился вниз за помощью, не ожидая особых проблем от простого, как мне казалось, истощения, лишь сетовал на себя, что сразу не распознал стандартное проклятье и попал в такую смехотворную для безопасника ситуацию. Правда, после блужданий под ледяным ливнем без капли магии и с быстро истощающимися физическими силами, мне уже было не до смеха. Если бы не ты — имел реальный шанс не дожить до зари. После твоего ухода осмотрел горящее огнём место под рубашкой — и не поверил собственным глазам. Счастье, что смог улететь на рассвете! А вот в последний раз я пролежал без сил двое суток, велев слугам меня не беспокоить и сообщив в контору, что составляю важный документ. Я его действительно составлял, записывая основные пункты и доводы дрожащими от слабости руками.

— Сейчас ты не сможешь оправдаться важными делами — у тебя на носу бал, на который ты не вправе не явиться, — глухо напомнила Кэсси, тронутая долгожданным рассказом об обстоятельствах их знакомства. Много лет она гадала, какая напасть привела его к её порогу, но предпочла бы остаться в неведении, если б это изменило хоть что-то в безнадёжной ситуации.

— Именно, что не вправе: я должен поймать чёртову диверсантку до того, как сойду в могилу! Не благородно сваливать на следующего главу конторы исправление совершённых мною ошибок и созданных ими проблем.

— Про взаимосвязь бала и магини в подземелье, испортившей тебе какую-то политическую махинацию, я догадалась, когда увидела у клиенток лавки список «особо предпочитаемых тобою растений», — хмыкнула Кэсси, — но я не дам тебе ловко уйти от предыдущего вопроса: что спровоцировало появление метки?

— Гипотеза у меня одна, и она в последнее время не раз получила косвенные подтверждения, причём одно из них как раз связано с диверсанткой.

— Неужели? — похолодела Кэсси, боясь строить предположения. Может, ей приснились события в потайных переходах дворца? Она же никак не может быть связана с проклятием зеленоглазого брюнета!

— Да, гипотеза проста и звучит так: древние заклинания, основанные на крайне сложной и опасной магии крови, иногда дают неожиданные и непредсказуемые сбои. Мой случай — такой сбой, случайная промашка, нелепый казус. Все мудрецы древности не смогли создать заклинание, безошибочно работающее с миллионами людей — кто-то волей-неволей попадает в область спонтанных ошибок. К сожалению, дознаватели такую версию не примут, они по закону принять её не могут: если есть метка — человек заочно осуждён и приговорён.

— Приговорён к плахе за ошибку старой магии?!

— Ну, если в кратчайшие сроки не поймаю девицу из подземелья, меня казнят, не ссылаясь на метку, — «успокоил» Мар.

То есть голову отрубят либо ей, либо ему? Прелестно, просто прелестно. Она всегда мечтала о таком моральном выборе!

— Кэсси, я не готов рисковать тобой: если завтра не случится чудо