Хозяйка драконьей оранжереи - Ольга Ломтева

— Вам наколдовать лужайку?

— Нарастить. Если бы я хотел обманку, то пригласил бы иллюзиониста.

Я все еще не решаюсь сказать «да». Боги, как же трудно довериться посторонним, когда попадаешь в ужасное положение. Еще труднее к тому, кто уже хоть раз отказывал в помощи.

— Я вам ночлег, вы мне лужайку, идет?

— Хорошо, — киваю. — Такой обмен меня устроит.

Хартинг вызывает Адель, отдает распоряжение и оставляет нас одних. Горничная провожает меня в комнату для гостей.

Спальня выполнена в сине-зеленых тонах и напрочь лишена индивидуальности. Ни вазочек, ни предметов декора, ни цветов на подоконнике, ни книг на полках. Чисто, но пусто и безжизненно.

— Колин принесет ваш чемодан и растопит камин, — услужливо говорит Адель. — Я могу заняться вещами, если хотите.

Ее взгляд падает на запачканный низ юбки. Грязь уже высохла, наверняка глубоко въевшись в ткань. Наверно, платье придется выкинуть. Хотя нет… Я больше не могу себе позволять выкидывать платья. Я его перешью.

— Я буду очень рада, если почистите платье. Насколько это возможно, конечно.

— Тогда оставьте его в коридоре у двери. Я заберу, — улыбается Адель. — Располагайтесь, миссис Рид.

Не успевает уйти горничная, как заходит лакей в темно-синей ливрее с чемоданом в руке. Колин. Он не особо разговорчив, зато быстро работает. Через пять минут в камине полыхает огонь.

Наконец, меня оставляют одну. Я не сразу решаюсь переодеться. Меня не покидает ощущение слежки и страх, что Хартинг или кто-то другой вот-вот ворвется в комнату.

Поэтому первым делом я запираюсь на ключ. Вдобавок, использую заклинание защиты на дверь. И на окна тоже. Только потом раздеваюсь.

Испачканное платье я кладу за дверь, как и просила Адель. Приходится повторить процедуру запирания, и уже после освежиться в ванной комнате и лечь в кровать. Вещи я не разбираю. У меня нет никакого желания оставаться здесь на еще одну ночь.

Завтра справлюсь с лужайкой и подумаю, куда еще могу отправиться.

Однако же утром меня ждет сюрприз.

Окна спальни как раз выходят на задний двор, и мне предстает ужасное зрелище.

— Да тут работы не на один день…

6

Вид лужайки на заднем дворе удручает. Настоящее сорняковое море. Отсюда, с высоты второго этажа, ни дорожек, ни клумб, ни самой земли не видно. Гигантский осот с меня ростом, колосистый пырей и амброзия.

Чтобы газонную траву вырастить, сначала придется все очистить.

Возиться в саду я люблю, так что долгая и кропотливая работа не пугает. Беспокоит срок ее выполнения.

Чтобы все хорошенько очистить понадобиться три-четыре дня. И это если не будет дождя, и у Хартинга припасен хороший садовый инвентарь.

Оба условия кажутся мне сомнительными. По прогнозу у нас стояло дождливое лето, а Хартинг вряд ли держал инструмент, судя по тому, как запущен задний двор.

Хотя как-то же приводили в порядок газон и садик перед домом?

До завтрака мне приходится сделать то, что я долго откладывала — залезть в многострадальный чемодан и осмотреть одежду.

Боюсь представить, какое там месиво.

Однако все не так уж и плохо. Нижнее белье удачно завернулось в юбку и больше ничего не испачкало.

Для завтрака я выбираю повседневное платье серого цвета с длинными рукавами свободного кроя. Никакого декольте, никаких элементов декора. Я выгляжу в нем бедно, но зато ничто не будет мешать при работе в саду. А именно туда я собираюсь отправиться сразу после завтрака.

В столовую меня провожает Адель.

— Ваше дорожное платье еще у прачки, миссис Рид, — с извиняющейся улыбкой произносит она.

— Хорошо.

Я киваю, но о грязном белье ничего не говорю. Для начала я не знаю останусь ли еще на одну ночь в доме Хартинга. Понять, что на уме у этого дракона трудно. Вдруг он выгонит меня, как только сообщу, что лужайку за один день не вырастить.

Предугадать, что выкинет Хартинг в следующую минуту, невозможно.

— Доброе утро, — здороваюсь, входя в столовую.

Пахнет кофе и свежей выпечкой.

Хартинг уже сидит во главе стола с газетой в руках. Он читает так внимательно, что не обращает на меня никакого внимания.

Конечно же, утренняя газета — это важно. Дирк не мог существовать без свежей порции городских новостей. Муж никогда не замечал меня за завтраком.

— Доброе утро, миссис Рид, — Хартинг отвлекается от газеты и окидывает меня оценивающим взглядом. — В этом платье вы похожи на сельскую учительницу.

— Это хорошо или плохо? — я прохожу к своему месту. Определить его не трудно. Мне накрыли по правую сторону от хозяина.

— Это не подлежит оценке, — он возвращается к газете. — Или вы имеете что-то против учительниц?

— Нет, но может вы имеете что-то против сельских людей.

— У меня всегда есть что-то против людей, я же адвокат.

Мне не находится, что ответить, и разговор прекращается. Тарелка Хартинга почти пуста. На краю покоится кусочек недоеденного тоста с джемом. Рядом белоснежная чашечка кофе на блюдце.

Лакей поднимает баранчик с моей тарелки. Пышный омлет с зеленью и жаренная ветчина аппетитно пахнут. Порция кажется большой, но уже через пять минут я понимаю, что съем все.

Хартинг молчит, чем напрягает меня. Даже не знаю, что лучше: когда молчит или когда разговаривает.

— Забавно, — он складывает газету и кладет ее передо мной на стол.

На странице красуется моя черно-белая фотография из семейного архива. Надо сказать, не самая лучшая. Помню, в тот день фотограф бросался комплимента насчет моей выпуклой родинки над верхней губой. Сказать ему, что это здоровенный прыщ, я не решалась. На фото я похожа как ведьму. И почему-то именно оно попало в газету.

Но гораздо хуже выглядел заголовок.

«КРАЖА ФАМИЛЬНЫХ ДРАГОЦЕННОСТЕЙ. МУЖ ИЩЕТ БЕГЛУЮ ЖЕНУ».

У меня пересыхает в горле. Я сжимаю вилку так сильно, что она впивается в кожу.

— Я был прав насчет жандармов.

Спорить с этим бесполезно и неприятно. Впрочем, принимать его правоту тоже неприятно.

— Ты что-то украла?

— Конечно нет! — вспыхиваю я, отрываясь от газеты.

— Лучше не врать, — от его взгляда становится холодно.

— Вы все равно не беретесь за мое дело!

Хартинг хмыкает.

— А чем, позволь узнать, ты собиралась заплатить мне за работу? У тебя есть свои деньги?

Подловил. Формально своих денег у меня нет, как у любой жены в нашем королевстве. Есть деньги отца, мужа, на крайний случай старшего брата.

— Из компенсации, которую получу после развода.

— То есть ты собиралась оплатить мои услугу после победы в суде? — усмехается он.

— Да.

Правда, как она есть.

— Миссис Рид, — он качает головой. — Да вы требовательнее криминальных