Её Чудовищные Звери - Э. П. Бали

не крик, не стук в голове. Это охотничья тишина Регины. И она укладывается в каждую артерию, каждую вену, растягиваясь вместе с тенями, следующими за закатом. Мои чувства оживают, становятся связанными с моими нервами, с пространствами в моем мозгу, предназначенными для стратегии.

Сегодня потечет кровь.

В воздухе я превращаюсь в орла, обменивая перепончатые крылья на перья и легкие кости, морду на клюв. Мое зрение меняется, не такое резкое, как у дракона, но орлиные глаза — это то, к чему я всегда привыкла. *«Давайте сделаем круг»,* — говорю я.

Я превращаюсь в кобру, снимая свою невидимость, чтобы друзья могли видеть меня, и ползу к сторожевым башням. Низко к земле, мир кажется больше, но я знаю, что держу эти моменты в своей власти.

Наступает полная темнота, и включаются большие прожекторы, направленные на дорогу перед передним забором. Есть два вращающихся маяка, направленных в небо. Пока Гиацинт ведет свою стаю к воротам, я наблюдаю за моими кошачьими анимами, левитирующими рядом со мной. Мой раздвоенный язык высовывается, пробуя воздух, и я чувствую их запах. Женственный, сладкий, похотливый. Как сочащийся мед, он покрывает воздух, похотливый и тоскующий.

Этот запах создан, чтобы путешествовать. Чтобы привлекать, притягивать внимание и доводить самцов до исступления. Это оружие, которое обходит орденские способности, интеллект и военную стратегию. Я пострадала за привилегию обладать этой информацией и теперь использую ее как оружие против самих врагов, которые пытались использовать ее против меня.

Мои друзья тяжело дышат под силой этого запаха, их тепловые сигнатуры ярки и горячи для моих змеиных глаз. Минни касается плеча Гиацинт, прежде чем поднять всех шестерых на первую сторожевую башню, где двое охранников держат автоматы.

— Что это за запах? — говорит коренастый кенгуру, поворачиваясь, чтобы понюхать воздух. — Пахнет так чертовски хорошо.

— Здесь есть анимы? — отвечает другой, бессознательно теребя воротник формы. — Если она снова накачала Коннора этой дрянью, я буду так... Да, кто-то в течке. — Он потирает свой член, потому что не может сдержаться. Эти кенгуру не спарены, и это видно по штанам, которые теперь натянуты.

Мои анимы ничего не говорят, позволяя запахам окутать башню, прежде чем Минни уводит их прочь. Охранники нюхают воздух и хмурятся про себя, прежде чем первый спрыгивает с башни и приземляется на землю, поднимая облако пыли. Второй следует за ним.

Мы продолжаем путь ко второй и третьей сторожевым башням, собирая по пути трех крокодильих охранников, патрулирующих пешком. Охранники отвлекаются, теряя патрульный строй и покидая свои посты, чтобы проследить за запахами аним. Две мои подруги — Регины, и они сильные, сладкие угощения для неспаренных анимусов.

Это Сабрина с маленьким ножом, действующая с точностью, за которую она известна, ответственна за смерть двух анимусов, которые не реагируют на запахи, вероятно, потому что они часть спаренной группы.

Остальные составляют группу из двенадцати крупных, вооруженных самцов, и когда Минни перелетает аним через главные ворота, самцам не остается ничего другого, кроме как отпереть ворота и последовать за ними. Гиацинт и ее стая ведут их в ночь, а мои кошки бегут обратно ко мне.

Я не знаю этих существ, но я знаю, что они охраняют Коллекционера, чтобы она могла совершать самые ужасные преступления нашего рода. Кто еще у нее в плену, истерзан и голоден в темноте под ее домом?

Сабрина спотыкается, возвращаясь ко мне, на ее щеках крошечные пятна крови. — Пошли, — шепчет она. — Гиацинт уводит их на западную сторону. — Она достает последний шприц из кармана и протягивает его мне.

Я обращаюсь в человеческую форму и беру его с кивком, бегом направляясь к главному дому. Крышка шприца снимается с помощью зубов, и я выплевываю ее в грязь, прежде чем ввести себе в левый дельтовидный мышцу. Знакомое жжение пронзает меня, и вдруг вспышка ярких галогенов и белых стен, лабораторных халатов и змеиного пота наполняет мой нос.

Но я не в поместье Дракос. Я свободна.

Мои кошачьи сестры и я бежим быстрым шагом по длинной дороге к дому. Я сохраняю нашу невидимость вокруг всех нас, различая, кто есть кто, по их тепловым сигнатурам. Примерно на полпути появляется группа из пяти охранников на джипе, целенаправленно движущихся в противоположную сторону. На заднем сиденье сидит не кто иная, как гиеновая королева.

У меня есть лишь доля секунды, чтобы принять решение, но я принимаю его.

Моя телекинетическая сила вырывается наружу, и я останавливаю грузовик. Он с визгом тормозит, колеса застревают на месте. Водитель нажимает на газ, но Сабрина, должно быть, знает кое-что о машинах, потому что ее сила проносится мимо меня, и что-то взрывается в двигателе, заставляя дым валить из-под капота.

После множества ругательств они выпрыгивают из машины. Молча мы приближаемся к ним, и им требуется менее трех секунд, чтобы заметить запах. Но происходит нечто неожиданное, когда группа останавливается, нюхая воздух, как хищники.

Стэйси издает сдавленный звук и спотыкается, врезаясь в меня. Я хватаю ее, но она яростно отталкивает меня, проносясь мимо меня и врезаясь в солдат. — Мой Рекс! — задыхается львица, хватая одного из самцов. — Ты мой Рекс!

— Без понятия, — бормочет Сабрина.

Минни хватает меня за руку. Самец отшатывается, не в силах увидеть нападающего, и у меня нет другого выбора, кроме как раскрыть Стэйси.

Когда она раскрывается, мы все видим, как Стэйси вцепилась в руки высокого самца, вглядываясь в его глаза. Он смотрит на нее сверху вниз, как будто увидел призрака, и я уверена, что он смотрит на ее шею и брачную метку, которую они разделяют. Она тянется к нему тонкими дрожащими пальцами, но он хватает их. — Зачем ты здесь? — хмурится он. — Как ты здесь оказалась?

Гиеновая королева встает из джипа. — Если она здесь, остальные тоже шныряют вокруг. Как мыши.

Один из охранников ближе к нам подносит рацию ко рту. Без предупреждения Сабрина выскальзывает из-за меня, и я подавляю крик, сохраняя вокруг нее невидимость.

*«Возьми первых двух»,* — говорю я Минни. *«Я возьму средних двух».*

Когда Сабрина прыгает на охранника, выбивая рацию из его руки и заставляя его покачнуться, сила Минни вырывается наружу, телекинетически обвивая передних охранников.

Самцы пытаются увидеть невидимого нападающего, и я направляю свою силу в груди двух в среднем ряду, сжимая их сердца, пока они не теряют сознание. Кровь хлещет из горла мужчины, на которого набросилась Сабрина, в то время как у передних троих выбивают ноги из-под них, они падают и сильно ударяются затылками о землю.

Стэйси скулит, когда ее Рекс