Между преданностью и предательством - Шейн Роуз

братства просто замяли. Даже те девушки, которые стали его жертвами до меня, не свидетельствовали против него. Вместо этого его семья придумала другую историю.

Сплетни расползлись, дружба рухнула, дом, который я так любила, стал для меня чужим, и моя жизнь изменилась навсегда.

Я провела рукой по подвеске, которую когда-то носила вместе с Тоней. Сейчас, я знала, она больше ее не надевает.

– Кто-то пришел. Позвоню тебе позже.

– Ты мое солнышко, Эви, – прошептала она.

– Мое единственное солнышко, мам, – ответила я и повесила трубку как раз в тот момент, когда открыла дверь Деклану.

– Ты не выглядишь так, будто уже готова, – он расплылся в яркой, подобной лучам солнца, и раздражающей, как будильник на рассвете, улыбке.

– Я говорила, что никуда с тобой сегодня не поеду. Мне нужно к Кларе, а потом на работу.

– Все это отменено.

– Я планировала…

– Планы меняются, – он пожал плечами и прошел мимо меня в дом. Я заметила в его руках стаканчик кофе – и это была единственная причина, почему я позволила ему войти. Он протянул его мне.

Он не стал ждать особого приглашения: прошел мимо гостиной и кухни и направился прямо в спальню.

– Что ты делаешь? – я запнулась и, поставив кофе на стойку, бросилась за ним.

Он открыл ящики комода, в котором я аккуратно разложила всю свою одежду на неделю по цветам, и достал голубой свитер. Сегодня я бы его точно не надела – голубой для среды.

– Наденешь это, – пробормотал он, вытащил джинсы и, черт возьми, даже нижнее белье.

– Я не надену ничего из этого, – я фыркнула и схватила свитер, чтобы запихнуть его обратно в комод.

Он перехватил мою руку и притянул к себе.

– Будешь со мной спорить, Капелька? Из-за одежды? Тебе же нравится вся твоя одежда, так?

– Конечно, мне нравится моя одежда. – Я попыталась вырвать руку, но он не отпускал.

– Тогда для тебя не будет проблемой надеть то, что мне хочется видеть на тебе во время нашей поездки.

– Я не знаю, куда ты собираешься меня отвезти, поэтому не думаю, что…

– Все под моим контролем, – он перебил меня. – Надень это. Или ты хочешь, чтобы я тебе помог?

Мои глаза ошарашенно распахнулись. Я не смогла себя сдержать, потому что он вел себя как наглый придурок.

– Ты не всегда получаешь то, что хочешь, Деклан. Я сказала, что никуда с тобой не поеду…

– Верно, – он вздохнул, будто этот разговор его раздражал. Затем он схватил мою сорочку и стащил ее через голову. – Одевать тебя, прям как ребенка, не совсем то, что я планировал делать этим утром, но, знаешь, я не против раздеть тебя.

– Ты с ума сошел? – Я попыталась сопротивляться, но Деклан мастерски пресек все мои попытки и натянул на меня свитер, забыв при этом о лифчике. – Знаешь что? Ладно. Я надену то, что ты хочешь.

Я просунула руки в рукава.

– Дай мне минуту.

Уголок его рта дрогнул, показалась милая ямочка на щеке.

– Одевайся, малышка. Я подожду.

– Что? Ты думаешь, я не сделаю этого? – Я сощурилась и ткнула его в широкое плечо. На Деклане была белая майка с V-образным вырезом, которая подчеркивала рельеф его мышц, на вороте болтались очки-авиаторы. Бедра обтягивали черные шорты, а на ногах у него были мокасины.

Деловой Деклан был горяч, но повседневный Деклан – божественен.

– Думаю, ты найдешь, куда потратить свое драгоценное время. Может, составишь расписание в своей голове или распишешь все возможные сценарии этого дня? – Он хрустнул костяшками пальцев. – Я слишком нетерпелив для этого. К тому же… тебе стоит прожить хотя бы один день без лишних раздумий.

Я смотрела на него и думала о том, как же сильно этого хотела. Моя голова уже болела от мыслей об утреннем мамином звонке. Мне было интересно, сможет ли Деклан помочь забыть о нем, избавит ли от тревог и даст ли почувствовать себя в безопасности.

Я медленно скользнула ладонями по бедрам к кромке нижнего белья и подцепила ее большими пальцами.

Деклан не отвернулся. Напротив – он опустился на мягкое покрывало, которое лежало на моей кровати, и откинулся назад. Его глаза жадно наблюдали за мной.

– Не хочешь отвернуться?

– Зачем? Люди платят миллионы, чтобы купить шедевры искусства в свои дома. Любуются ими, прячут от чужих глаз. А ты передо мной – настоящий шедевр. И я не собираюсь упускать возможность еще раз полюбоваться тобой, малышка.

Белье упало на пол, кружевная ткань, проскользившая по ногам, вызвала стаю мурашек. Тело отреагировало на Деклана моментально – я чувствовала, что намокла. Он завладел тем, что я не хотела отдавать ни одному мужчине.

Моим желанием.

Моей страстью.

И мое доверие к нему росло. Пропорционально. Опасно.

Деклан ждал меня, непринужденно уговаривал, убеждал, находя нужные слова. Он приказывал, но вместе с тем щедро хвалил. И если бы я захотела отказаться, он бы дал мне произнести стоп-слово и уйти.

Он протянул джинсы, которые сам выбрал, и я медленно натянула их.

Никаких слов не было сказано. Они нам были не нужны. Его проницательный, изучающий взгляд скользил по моему телу.

К моменту, когда я была уже полностью одета, мне захотелось снова раздеться.

– Готова? – Он хлопнул в ладоши, будто мы просто собирались провести день как обычно.

Мне хотелось закричать, а ведь еще ничего не произошло.

– Куда мы едем? – Я повернулась к зеркалу и поправила кудри.

Он ходил по комнате и рассматривал все вокруг.

– В одно местечко – до него ехать минут двадцать отсюда. – Он остановился и взял несколько резинок для волос, которые лежали в маленькой баночке на моем комоде. Он надевал их одну за другой на свое запястье.

Я нанесла тушь и собиралась нанести блеск для губ, но остановилась и указала аппликатором на его запястье.

– Что ты делаешь?

– Ты всегда забываешь эти штуки. – Он беззаботно пожал плечами, а мое сердце бешено застучало.

– Я могла бы сама взять их, Деклан.

– Могла бы, но я сделаю это вместо тебя. – Он кивнул в сторону моей косметики: – Тебе все это не нужно. Твое лицо и так прекрасно.

– Мое лицо и так прекрасно? – я усмехнулась и повернулась, чтобы нанести еще один слой блеска.

– Ты красива. – Он внезапно оказался у меня за спиной. Его взгляд изучал меня. А через мгновение Деклан наклонился и уткнулся мне в шею. – Макияж не изменит завораживающую синеву твоих глаз, которые не уступают красоте моря, Капелька. И того, что твои губы созданы для того, чтобы их целовали мои.

Почему мои бедра