Сломленная - Брэнди Элледж

была счастлива, что Финн снова со мной. Настоящий вопрос заключался в другом: должна ли я злиться на Метатрона и его близнеца или простить их и поблагодарить? Не понимая, что делать и что чувствовать, я лишь кивнула ему.

Мой взгляд сразу же остановился на тех, кто недавно к ним присоединился.

— Я никогда не смогу в полной мере отблагодарить вас за то, что вы спасли Финна. Я правда думала, что потеряла его.

Мама кивнула.

— И это было так. Ты сама увидела, что может случиться, если попытаться изменить будущее. Мы рискнули, положившись на видение Ханиэль.

Задкиил погладил бороду.

— Я рад, что всё в итоге обернулось к лучшему.

В ответ раздались многочисленные кивки и тихие согласные возгласы.

Наконец мама сказала:

— Наверняка ты уже знаешь, что часть Пылающего Меча оказалась у врага. Человек по имени Райвер владеет ею ради Камаэллы. Они пытались открыть Врата Ада и столкнулись с двумя неожиданностями: сущности Пылающего Меча оказалось недостаточно, чтобы сделать это, и у Врат постоянно дежурит архангел.

Разиэль пожал плечами.

— Могу обещать тебе, что, прежде чем меня поразила сила Пылающего Меча, я успел отправить на тот свет куда больше их.

— Простите, — сказала я, чувствуя, будто во всём этом каким-то образом виновата я.

— Не нужно, — ответил Разиэль. — Мы все хотим вернуться домой. Просто сначала нам нужно выполнить свою работу. — Он слегка пожал плечом. — Я счастлив снова быть дома, рядом с моими братьями и сёстрами.

В помещение неспешно вошла красивая женщина. Её волосы были длинными и светлыми, а глаза — того же удивительного оттенка, что и у Реми.

— Ариэль, — сказала я.

Ханиэль поднялась, уступая Ариэль своё место. Она заключила меня в объятия и крепко прижала к себе. Я стояла совершенно неподвижно, пока она меня обнимала. Мне было ненавистно, что я не могла вспомнить всё то, что помнили они, но было более чем очевидно, что когда-то меня связывали особые отношения с каждым из архангелов.

Наконец она отпустила меня.

— Прости. В последнее время столько всего произошло. Братья и сёстры говорили, что ты часто к ним приходишь, но я всё равно не ожидала увидеть тебя здесь.

Я похлопала её по руке.

— У меня здесь в последнее время тоже всё было вверх дном.

Она кивнула.

— Мне рассказали о Финне.

— Спасибо вам огромное за то, что вы для него сделали.

Она ущипнула меня за щёку.

— У нас всего одна племянница. Конечно же, мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы ей помочь. И потом, мы сделали это не только ради Финна или тебя. Мы сделали это ради человечества. И, если честно, я устала быть Защитником. — Она подмигнула мне. — Я слышала, что Разиэль сдался не так легко. Перед тем как пасть, он успел оставить огромную брешь в армии Камаэллы.

Я с любопытством наблюдала, как Задкиил и Михаил стукнулись кулаками.

Рафаэль поймал мой взгляд.

— Мы все изучали человеческие выражения.

Они выглядели такими довольными собой.

Теперь Ханиэль стояла позади моей мамы, всё ещё стоявшей передо мной на коленях.

— Иногда будущее может измениться в одно мгновение. Каждый день перед человеком открывается множество путей. Я ужасно переживала, что этот план обернётся против нас.

Мама улыбнулась мне.

— Мы все очень любим Финна.

— Я рада, — сказала я. — Я им слегка одержима.

Это заставило Ариэль тихо рассмеяться.

— Не думайте, что я неблагодарна, — сказала я всем двенадцати архангелам. — Это не так. Я правда благодарна. Но план всё же немного обернулся против нас. Я потеряла подругу.

— Найди Азраэля и поговори с ним о своей подруге. Он укажет тебе путь, по которому нужно идти. — Мама прочистила горло. — Милая, нам нужно, чтобы ты выследила Райвера и вернула то, что ему не принадлежит.

— Очень важно, чтобы он не умер с сущностью внутри себя, — сказал Уриэль. — Мы не можем позволить ей попасть в Ад.

Я кивнула.

— Вы хоть представляете, где он сейчас?

— Он будет пытаться выследить остальных архангелов, — ответил Уриэль. — Последних двух Защитников.

— Потому что вы по очереди охраняете Врата?

— И поэтому тоже. Но ещё у Камаэллы есть личная вендетта, — сказала Иофиил. — К тому же они считают, что это, скорее всего, заставит шестерых избранных выйти из укрытия.

Нет ничего хуже, чем иметь дело с ревнивой и мстительной женщиной.

Ариэль сжала мою руку.

— Жаль, что у нас так мало времени, чтобы наверстать упущенное.

Мама вздохнула.

— Но, как всегда, моя дочь нужна где-то ещё.

Задкиил рассмеялся.

— Да, и с ней гораздо приятнее иметь дело, когда она не упивается собственной жалостью к себе.

— Очень смешно, — сказала я.

Быстро попрощавшись со всеми своими тётушками и дядюшками и крепко обняв маму, я решила ненадолго заглянуть к Камаэлле. Я удивилась, когда наконец узнала от неё кое-что, что могла использовать.

Глава 25

Камаэлла была одета в кремовое платье, доходившее ей ниже колен, но оно облегало её стройное тело, словно вторая кожа, отчего её вид был почти непристойным. На её прекрасном лице застыла хмурая гримаса, пока она обращалась к мужчине, который, как я теперь знала, был Райвером, а также к Ишаму.

— Не понимаю, — пожаловался Райвер. — Понадобились месяцы, чтобы забрать у Луны весь Пылающий Меч, а мы всё равно не можем открыть Врата Ада? Какая пустая трата времени.

Камаэлла вздохнула.

— Мы уже обсуждали это. Очевидно, Габриэлла была сильнее твоей девушки. Нам нужно то, что носит в себе она. Возможно, вместе с тем, что уже есть у тебя, этого окажется достаточно.

— Она не должна была умереть, — захныкал Райвер.

По выражению лица Камаэллы было видно, что ей хочется сорваться на Райвера, но он был ей нужен, поэтому она сдержалась.

— Наверное, она думает, что я её предал, — сказал Райвер, с силой отшвыривая ногой стул со своего пути.

Потом он указал пальцем на Ишама.

— Мне нужно, чтобы ты поговорил с ней за меня.

Похоже, этот разговор у них был уже не впервые.

Ишам раздражённо покачал головой.

— Я уже говорил тебе, что она не решила остаться на этом земном плане. В ту же секунду, как демон раздавил её, она позволила своей душе уйти.

Райвер вцепился руками в волосы и что-то пробормотал себе под нос.

Камаэлла закатила глаза.

— Можно подумать, ты впервые кого-то убил.

— Я не убивал её! — выкрикнул он.

Она вопросительно изогнула идеально очерченную бровь цвета ржавчины.

— Правда? Потому что, если память мне не изменяет,