Оковы Гарпии - Катерина Траум

— И как же мне передать эту наводку инспектору? Эти парни называли свои имена?

— Да, того, кто вас интересует, зовут Роб, рыжий такой. А второй — Нейт Коллуэл, я так понимаю, они вместе работают в редакции журнала.

Момент был скользкий и опасный: нельзя было выдать ни октавой голоса, какие эмоции у него вызывал Нейт и что он вообще в курсе, кто это такой. Элен неспешно обошла Анджея, окатила его задумчивым взглядом. К счастью, на ней уже была юбка и атласная блузка, и больше странных поползновений явно не планировалось.

— Парни из «Бигль», знаю, да, — наконец, выдала она, потерев подбородок. — Любопытно, если они и впрямь к этому причастны. Тогда я и правда начну верить, что авария подстроена из-за меня… Похоже, не помешает еще раз проверить все свои бумаги, — Элен улыбнулась слабой, неживой улыбкой. — Отлично, Анджей. Ты можешь быть очень полезен даже когда нарушаешь мой прямой приказ. Забавно.

— Мне просто повезло, и я бы тоже хотел, чтобы виновник аварии понес наказание, — совершенно искренне отозвался Анджей, смело посмотрев Гарпии в глаза.

Все еще черные, непроглядные, как сама ночь. Нет, это та женщина, которую лучше обойти стороной, и чей интерес — очень опасная игра, где есть лишь она, как самка богомола, съедающая проигравших.

Аналогия заставила его выпрямиться в струну, сводя лопатки от напряжения.

— Я сейчас же позвоню инспектору, который ведет дело, и все сообщу, — казалось, вполне удовлетворенная его словами, Элен кивнула и посторонилась, пропуская Анджея к выходу. — Можешь идти, Габи тоже скоро проснется.

— Доброго дня, полковник.

Глава 10. Соблазн

Габриэлла знала, что уже ко всем чертям опоздала на игру, но мысль о том, как Анджею приходится ее ждать на улице, грела душу. Она представляла, как он без конца обходит машину, как злится и закатывает глаза, как все опаснее бьется венка у него на виске — и удовлетворенно улыбалась, собираясь еще медленнее обычного. Отвергла подготовленное Норой платье и сама принялась крушить гардеробную, пока не достала на свет потрясающий новенький комплект: нежно-розовую, на грани с белым, блузу из тончайшего фуляра, серебром переливающегося на свету, и ярко-алую расклешенную юбку длиной до колена, которая подвязывалась широким атласным поясом с бантом. Облачившись в выбранный наряд, Габи еще долго крутилась перед зеркалом, подбирала босоножки и ленту для волос, помаду в тон юбки, жемчужные бусы на шею. Под конец вовсе расстегнула две верхних пуговицы блузки и, наконец, посчитав образ завершенным, подхватила сумочку и спустилась на первый этаж.

Ее вел лишь один порыв: доберман должен пожалеть о том, что сделал. Или о том, что не сделал?.. Да какая разница! Она услышит его ответный стон, и только это вернет ее пострадавшую женскую самооценку на место. Габи не верила, что лишь ей суждено мучиться от желания, которое вчера проснулось под наглыми шлепками по ягодицам. Анджею удалось застать ее врасплох и шокировать этой дикой, унизительной поркой, но теперь ход за ней. Он признает вслух, что хочет ее, или она не дочь Гарпии!

— Доброе утро, мисс, — встретила ее вежливой улыбкой Нора, прервавшись от чистки обивки дивана. — Желаете позавтракать? Правда, все уже остыло…

От Габи не укрылось, как удивленно расширились ее глаза, когда младшая хозяйка предстала перед ней во всей красе совсем не в том наряде, который был отутюжен с утра. Вызывающе ярко, подчеркнуто дерзко — на миг даже кольнуло сожаление, что так и не решилась приобрести кричаще вульгарную по длине юбку из новой коллекции Мэри Куант. Но в целом, реакция прислуги вдохновила на лучшее.

— Спасибо, Нора — я ограничусь чашечкой кофе и тостом.

— Минуту, мисс, — кивнув, Нора отложила щетку для мебели и пошла на кухню.

Габи повесила сумочку на плечо и крутанулась на месте — расклешенный подол мягкой алой волной облизнул бедра, сегодня абсолютно голые, даже без чулок. Погода позволяла такие вольности: в гостиную лился теплый солнечный свет с обоих панорамных окон. Габи подскочила к одному из них, не удержавшись от желания как можно скорее показаться перед доберманом, и глянула на подъездную дорожку к гаражу.

Анджей действительно ждал у мини-купера, задом опираясь на капот. Однако все надежды на его раздражение не оправдались: щурясь от солнца, он спокойно вертел маленькую деревянную фигурку в руках, орудуя ножичком для резки. Ни капли беспокойства, сплошная выдержка и солдатская стать: вот же непробиваемая скала! Габи задержала дыхание, наблюдая за тем, как неторопливо работали его ловкие пальцы, снимая новый тонкий слой древесной стружки. Сразу вспомнилось ощущение этой ладони на ягодице, щеки покраснели. Сложив руки на груди, Габи прищурилась, пытаясь рассмотреть, что же из себя представляет фигурка, так тщательно полируемая Анджеем, и потому не обратила внимания, в какой момент на улице появилась компания из трех парней маргинального вида.

Они целенаправленно зашли на подъездную дорожку, и Анджей тут же вскинулся и убрал фигурку в карман пиджака — а вот деревянная рукоятка ножа спряталась за рукавом. Габи нахмурилась, когда один из троицы, долговязый парнишка в застиранном поло, приложил два пальца к губам, явно попросив закурить. Доберман отрицательно качнул головой и что-то ответил. И тут, не дав ему договорить, на него кинулись сразу с двух сторон, пытаясь зарядить кулаками в лицо и под дых одновременно.

Анджей легко отбил первый удар, не дав задиристому ублюдку расквасить ему нос, но за вторым не успел и по инерции отшатнулся, вновь вжимаясь в капот машины. Габи похолодела от страха и с паническим писком отскочила от окна.

— Нора, срочно вызывай полицию! — крикнула она в сторону кухни, лихорадочно озираясь в поисках чего-то увесистого.

Подходящей показалась найденная на полке шкафа за стеклянной дверцей здоровенная бронзовая статуэтка, изображающая летчицу возле «Спитфайера». Не думая, Габи схватила ее и выбежала на улицу, намереваясь как минимум огреть одного из напавших по затылку. Ее появление было как нельзя кстати: двое парней уже держали Анджея за руки с обеих сторон, буквально распяв его на капоте, пока третий разминал кулаки. Видно было, каких усилий стоило гаденышам сдерживание добермана: тот отчаянно рвался из своих оков, приглушенно шипя от злости, а ткань его пиджака трещала.

— Пора показать тебе твое место, песик, — злорадно скалился тот самый заводила в поло, примеряясь для удара по печени. — Привет от Лиама Фолтена.

Он уже замахнулся, и тут Габи метнулась вперед, пронзительно