Всё начинается с нуля - Ания Сказ

принимал за песок, а ночью за гальку, на деле оказалось россыпью мелких янтарных камней. Игриво переливаясь на полуденном солнце, они создавали иллюзию сверкающего драгоценного ковра, который жаль топать пыльными сапогами.

Не заметив никакой опасности, мы выбрались наружу. Дивную картину вокруг портила только растерзанная корзина Улимы. Вокруг неё, повинуясь ветру, перекатывались клочки пергаментной бумаги. Бутыль в ивовой оплетке валялась неподалёку.

— Сожрали только фрукты и хлеб, — констатировала Улима, закончив осмотр пострадавшего провианта. — Ой, смотри-ка, вяленое мясо осталось.

Пока Улима разбиралась с едой, я спрятал меч и до хруста в спине потянулся. Взгляд мой невольно привлекло движение впереди. Я увидел их. Злосчастных ночных монстров.

Как и говорила Улима, черные и большие, они топали вдоль кромки моря, всхрапывая и пробуя солёную воду на вкус.

— То, что надо! Не придется ходить пешком, — с довольной улыбкой я направился к четверке вороных. Очевидно, запряжённых ещё с вечера. — Кажется, транспорт моих «приятелей» отыскался.

Я неспешно подошел к лошадям, стараясь их не напугать.

Но то ли кони были привычны к двуногим, то ли эльфы и правда умеют ладить с животными, в общем, мне позволили погладить бархатные морды. Пара из них с любопытством сунула носы в карманы моей куртки в поисках поживы.

Рассеянно почёсывая скакунов, я устремил взгляд на водную гладь. Открывшаяся картина показалась ужасно знакомой. В морских волнах, неспешно накатывающих на янтарный берег, слышались отголоски давно прошедшей битвы. Звоном стали шуршали листья овсяницы.

— Ну конечно! Ведь все это случилось здесь. Мой последний бой. А дальше провал и забвение.

Внезапно я почувствовал, как меня охватывает странное ощущение — будто что-то важное просачивается в сознание. Сначала перед глазами появились отрывочные образы: вспышки света, лязг мечей, свист стрел. Вся эта мешанина завертелась в памяти, вызывая легкую панику. Наконец картинка приобрела чёткие очертания.

Вода пенилась под килем лодок, солнечные лучи играли на шлемах и доспехах воинов. Я стоял в первом ряду, облачённый в серебряные латы с королевским гербом на груди, меч в правой руке, взгляд устремлён вперед. Люди в портовом городке заметили нашу флотилию ещё издали. Засуетились и забегали на башне, отправляя сигналы на сушу. Только это бесполезно. Им не выстоять. С нами древнее мастерство и магия.

Эльфы высаживались организованно, распределяясь по секторам. На горизонте показались военные силы людей. Не прошло и получаса, как побережье наполнилось движением и криками солдат, готовых к обороне.

Сотни стрел из луков и арбалетов, выпущенные со стен башни, пересекли открытое пространство, готовясь волной накрыть непрошеных гостей. Эльфы открыли ответный огонь, выставив магические щиты. Их стрельба из эльфийского орудия, пропитанного боевой магией Файтелин, оказалась более успешной. На янтарную крошку упали первые жертвы, но люди и не думали сдаваться. Словно обезумев, они двинулись в наступление, стремительно приближаясь к позициям эльфов.

Я подал знак, и эльфы моего отряда приготовились атаковать в ответ. Не ведая страха, я бежал впереди, оставляя на янтарной насыпи глубокие следы, разрезая ряды врагов мечом с горящим магическим плетением по всей длине клинка. Глупые люди не понимали, во что ввязываются. Их командиры вели их на верную смерть.

Через четверть часа эльфы отбили побережье мыса. Осталась только старая башня, именуемая людьми Стражницей. Оставшиеся в ней солдаты вновь и вновь посылали сигнал о подкреплении. Наивные. Пока соберут новый отряд, мы займём башню, а если надо — дойдём и до самого дворца Златавира!

Воинственно думал я. Вот это их король обрадуется, а ещё больше его дочь. Тогда она поймёт, что нельзя просто так оскорблять наш древний народ. Никому.

Яркая вспышка озарила небосвод. Земля задрожала, сбрасывая с себя эльфов и ещё оставшихся на поле боя людей. В воздухе разлился резкий запах горелого аниса. В разные стороны полетели куски оружия, доспехов и чего-то ещё не очень приятного. Сверкала сталь, горела плоть.

— Что за дрянь?!

Забыв обо всём, я ринулся к эпицентру, когда вторая волна жара и света опалила глаза. Сбила шлем с эльфа, бегущего впереди. Сквозь мутную пелену я словно узнал себя со стороны.

— Отторно! — Сорвалось с моих губ.

Оглушённый эльф обернулся, пытаясь сфокусировать заторможенный взгляд на мне. Он поднял палец, указывая вверх за своей спиной.

Я запрокинул голову и увидел, как человеческий солдат что-то бросил из полуразрушенного окна башни в нашу сторону. Овальная хрустальная сфера, сильно дымя прокатилась по янтарной гальке, остановилась в паре метров от сапог контуженного эльфа и засветилась, с каждой секундой становясь всё ярче. Внутри плескалась какая-то жидкость.

— Отторно, нет! — Собрав последние силы я прыгнул вперёд.

Белая вспышка поглотила меня и эльфа. Выжигая дотла всё вокруг. Я закричал что есть мочи. Осыпанный градом мелких камней и чужой брони, тело столкнулось с землёй. Воздух мгновенно выбило из легких. Затылок немилосердно приложился о твердую насыпь. В шее больно щелкнуло.

Рыча, как раненый зверь, я неистово замотал головой, стараясь унять саднящий гул в ушах, но был пойман в капкан тёплых и настойчивых рук, не позволявших мне вырваться.

Я забился ещё сильнее и закричал в агонии. Руки исчезли, звонкая оплеуха остудила накал эмоций. По лицу и за шиворот потекла холодная вода, мигом возвращая реальность на свое место.

Я закашлялся и замахал руками. Первое, что открылось моему взору, было нависшее надо мной испуганное лицо Улимы. Заметив, что я открыл глаза, она шмыгнула носом и тяжело осела рядом.

— Скажи мне, Отто, что я тебе сделала такого, что ты уже второй раз за сутки пытаешься довести меня до сердечного приступа?

Улима всхлипнула и промокнула глаза рукавом.

Ничего не ответив, я сел рядом. Голова гудела, как храмовый колокол. Перед глазами ещё плавали цветные круги. Мы сидели у самой кромки воды. Волны заигрывали с нами, подползая опасно близко, но ни разу так и не дойдя до подошв нашей обуви.

— Берегись! — Взвизгнула Улима, отскакивая прочь.

Пока я размышлял о коварстве морской пучины, одна самая смелая волна, подкравшись схватила меня за обе ноги, промочив штаны до самых бёдер. Неприятным холодом залившись в сапоги. Цветисто выругавшись, я тоже вскочил на ноги.

Отойдя подальше стащил обувь. Из голенища левого сапога вылилась вода и жалкие размокшие страницы трактата Горация. Ценные знания синими неровными кляксами растекались по бумаге. Разобрать смысл в их замысловатых узорах было решительно невозможно.

— Невезуха. — Угрюмо протянул я, разрывая испорченную книженцию пополам и падая обратно на янтарную насыпь.

— Вот возьми, — Улима сочувственно протянула мне наполовину пустую бутылку с водой. — Тут ещё осталось.

Я вдруг осознал, как сильно хочу пить. Одним махом