Я приручила безумного Генерала - Аматариэль Джулианна Кортес

— Монстры — это твоя новая гвардия, — я улыбнулась, и он побледнел еще сильнее. — Они пришли спасти тебя от изменников. Я, Ён Бора, привела их, чтобы защитить трон. Ты объявишь это на утреннем собрании министров.

— Собрании? — пролепетал он. — Но они… они же увидят…

— Они увидят то, что я им скажу, — я приблизила свое лицо к его лицу. — Ты выйдешь к ним и скажешь, что клан Чхве и Кан Муёль готовили переворот. Что они отравили твоего отца. И что только верность дома Ён спасла Династию. Ты назначишь меня Великой Регентшей с правом управления армией и казной. Ты понял?

— А… а если я откажусь?

Я посмотрела на Уджина. Тот стоял в тени, поигрывая рукоятью меча. Его фиолетовые глаза вспыхнули во мраке. Тень за спиной Принца ожила, превратившись в когтистую лапу, которая нежно погладила его по шее.

— Если откажешься, — спокойно сказал Уджин, — я сделаю из твоей кожи плащ для Хозяйки.

Принц икнул и часто закивал.

— Я понял! Я всё сделаю! Регентша! Спасительница!

— Вот и славно, — я отпустила его воротник. — Умойся и переоденься. Ты должен выглядеть как монарх, а не как побитая собака. Уджин, приставь к нему двух «теней». Если он попытается сбежать или сказать лишнее слово — убей его сразу. Мы найдем другого Наследника, семья большая.

* * *

POV Соль Уджин

Я шел по коридорам дворца. Слуги, которых мы не тронули, жались к стенам, закрывая лица, когда я проходил мимо. Они чувствовали, что я — не человек.

Мои шаги были тяжелыми. Мне не нравился этот дворец. Слишком много золота, слишком много перегородок и слишком много мест, где может спрятаться крыса с ножом. В лесу было честнее. В лесу враг пах врагом. Здесь враг пах духами и лестью.

Но Хозяйка хотела этот дворец. Значит, я вычищу его для неё.

Я вошел в Тронный зал. Это было огромное помещение с высоким потолком, поддерживаемым красными колоннами. В конце зала, на возвышении, стоял Трон Дракона. Золотой стул, ради которого было пролито море крови.

Сейчас на троне никого не было. Но вокруг суетились мои монстры. Гарпии снимали дорогие гобелены, чтобы постелить их в своих гнездах. Тролли выносили тела убитых министров, которые пытались сопротивляться ночью.

— Генерал! — ко мне подбежал вожак оборотней, Рарг, его морда была в крови — он недавно позавтракал. — Мы нашли винные погреба!

— Не пить, — рыкнул я. — Кто напьется — тому я лично вырву глотку. Мы еще не победили.

Рарг прижал уши.

— Понял, Генерал. А что с людьми? С теми, кто в богатых халатах пришел к воротам?

Я подошел к окну. У главных ворот Дворца толпились сотни людей. Министры, чиновники, главы кланов. Они пришли на утреннее собрание, как обычно это делали, но ворота закрыты, а на стенах стояли чудовища. Они были в панике, кричали и требовали объяснений.

Среди них я увидел одного человека. Высокий, седой, с прямой спиной. Он не кричал, стоял и смотрел на дворец тяжелым взглядом. Отец Хозяйки. Министр Ён.

Моя рука сама легла на меч. Змея. Та, что продала Хозяйку Принцу. Та, что хотела отправить её в монастырь. Тень внутри меня зашептала:

«Убей его. Оторви ему голову. Принеси её Хозяйке».

Но я помнил приказ. «Отца нельзя трогать».

— Впустите их, — скомандовал я Раргу. — Всех в Тронный зал. Обыскать. Оружие забрать. Если у кого-то найдете — ломайте пальцы.

— А если будут сопротивляться?

Я улыбнулся, обнажая клыки.

— Разве овцы сопротивляются волкам? Впустите их в загон. Хозяйка хочет поговорить со своим стадом.

Глава 28

Час Дракона. Время утреннего собрания.

На троне, дрожа как осиновый лист под тяжестью короны, сидел Ли Джин. Я стояла справа от него, на ступеньку ниже. На мне было черное платье с серебряной вышивкой — цвета траура и власти. Мои волосы были собраны в высокую прическу, пронзенную отравленной шпилькой.

Ворота зала распахнулись. Внутрь хлынула толпа чиновников, их было около сотни. Самые влиятельные люди Империи. Они вошли… и замерли.

Вдоль стен, в тени колонн, стояли не гвардейцы в золотых латах. Там стояли оборотни с алебардами. Застыли каменные горгульи, которые на самом деле были живыми химерами. А у самого подножия трона, скрестив руки на груди, стоял Белый Дьявол — Соль Уджин.

Страх волной прокатился по залу. Кто-то вскрикнул, кто-то начал пятиться.

— Молчать! — голос Уджина, усиленный магией, ударил по ушам, как гонг. — Склонитесь перед Императором!

Они упали на колени, инстинкт подчинения силе сработал безотказно.

— Ваше Величество… — пролепетал старший министр церемоний, уткнувшись лбом в пол. — Что происходит? Где Император-отец? Где гвардия? Кто эти… существа?

Ли Джин посмотрел на меня. Я едва заметно кивнула. Он сглотнул, облизнул пересохшие губы и начал говорить заученный текст.

— Империя в трауре. Наш отец… и наш брат… пали жертвой гнусного заговора клана Чхве и предателя Кан Муёля.

По залу пронесся шепот. Клан Чхве был могущественен, обвинить их — значит объявить войну.

— Они наняли убийц, — продолжал Принц, набираясь уверенности, страх перед Уджином был сильнее страха перед министрами. — Они впустили во дворец наемников. Но Небеса послали нам спасение… Леди Ён Бора…

Все головы повернулись ко мне.

— …Леди Ён Бора, верная вассал трона, раскрыла заговор. Она призвала древние силы Хранителей, так мы назвали монстров, чтобы народ меньше боялся, чтобы очистить дворец от скверны.

Я сделала шаг вперед.

— Встаньте, министры.

Они поднимались медленно, с опаской глядя на меня. Среди них я нашла глазами отца. Советник Ён стоял в первом ряду. Он был бледен, но держался прямо. Мужчина смотрел на меня с непередаваемой смесью ужаса, неверия и… восхищения?

— С сегодняшнего дня, — провозгласила я, — и до совершеннолетия Императора, я принимаю на себя бремя Регента. Все указы проходят через мою печать. Все назначения утверждаю я.

— Это нарушение законов! — выкрикнул кто-то из задних рядов. — Женщина не может быть Регентом! Это узурпация! Где доказательства вины Чхве?

Я посмотрела на Уджина, он щелкнул пальцами.

Два тролля втащили в зал Кан Муёля. Бывший глава шпионов выглядел ужасно. Его парадные одежды были разорваны, лицо в синяках, руки скованы антимагическими кандалами. Но мужчина был жив, и он улыбался.

Мы договорились с ним в подземелье час назад. Жизнь в обмен на спектакль. Он был прагматиком. Ему плевать на честь, ему нужно было выжить.

— Скажите им, Кан, — приказала я.

Кан Муёль обвел зал своим разноцветным взглядом.

— Я признаюсь, — его голос был хриплым, но четким. — Я действовал по приказу Министра Чхве. Мы отравили Императора