Белка на метле - Анна Леденцовская

— Повар? — неожиданно хохотнул княжеский гридень из стоящих у двери. — Да этот ваш кашевар деревянной ложкой в ночи полстражи перебьет так, что никто не чухнется. Тоже мне повар. Ты, де... кхм… вы, госпожа, видать, про орочьи татуировки не в курсе, но дамам-то их в академиях не преподают, это ж понятно.

На удивление разболтавшийся типчик, правда, осекся на миг под тяжелым княжеским взглядом, но то ли от стресса, то ли еще с чего язык остановить не смог, пока не договорил, хоть и сменил тон на уважительный.

Самого Клыкастого информация не впечатлила, да и Белкина смутно помнила, что старый орк что-то упоминал. То ли про князя, то ли про его отца, но так, как будто знакомы они были.

— Ольгу сейчас можно везти, не навредим? — задал Клыкастый следующий вопрос кандаге. — И сами как? Завтра выехать сможем?

— Завтра может быть поздно, князь. Надо собираться как можно скорее. — Лимала даже бровью не повела. — Мы с сыном за Оленьку головой отвечаем. Ты нам знаки дай, что охрана мы ее личная. Да Йонтеку тоже навесь чегой-то, на что фантазии хватит. А болтуна вон того с напарником оставь тут за детьми пригляд вести. Завтра-послезавтра разберут горемычных. Ну и О'Манчерам надо весть послать. Пусть присмотрят. Они нам теперь ох как обязаны. Не как охотники, а чисто по-людски да по совести. Может, время придет и тоже подмогнут, коли успеют.

По мнению новоиспеченной невесты князя, говорила мать орка местами расплывчато и непонятно, прям не женщина, а диктор прогноза погоды в духе: «Где-то облачно и туманно, но это не точно, потому как циклоны, они такие переменчивые и могут...»

— Эй! — Павлентий до сих пор сидел тихо и переваривал все происходящее вместе с чужой магией и тем фактом, что он все же фамильяр, но только не ведьмы. Сейчас же бельчонок вдруг встрепенулся и воззрился на Войтомира сверкающими от негодования глазами. — А свадьба? В смысле обряд? Невеста сегодня одна, а завтра другая. Ты женись сначала, а потом уже тащи в ваши ужасы. Чем ты, глупый волк, думаешь? Случись что с тобой — и кем она будет? Правильно! Дурой в фате, и все. Что ж так не везет-то? То ведьма чокнутая под чужим воздействием, теперь вот невеста князя с проклятием. Никакой спокойной жизни.

Такой знакомый ворчливый бубнеж бельчонка словно снял камень у Ольги с души. Она прижала к себе выпутывающегося из бинтов приятеля, который чесался от магического отрастания шерсти, и с хихиканьем чмокнула его в нос под ревнивое ворчание будущего мужа.

— Ничего, Павля, справимся. А свадьба, она...

— Нет! Сейчас же свадьба! — Все же князь тоже был не железный, и нервы сдали. — Гвиртек, Хватес, живо за служкой из управы. Пусть книгу свидетельств прихватит. И печать чтоб не забыл! Детвора за гостей сойдет, ты, зеленый, за отца будешь и руку ее мне отдашь, Лимала за мать. Олечка моя, очень прошу. Умоляю... — Он преклонил колено перед все еще сидевшей на полу девушкой. — Давай совершим обряд сейчас. Мы быстренько. А свадьбу, если надо, сыграем как потом захочешь. Хоть на весь лес мой, хоть на весь мир. Ольга Белкина, прошу тебя, стань моей женой!

Ну конечно, она сказала «да».

Эпилог

Крытые сани, что-то вроде кареты на полозьях, мчались по заснеженной дороге, вьющейся среди деревьев. Шуршание и легкое поскрипывание убаюкивало. Йонтек, одетый в теплую меховую курточку, дремал на широком сиденье вместе с Павлентием, сунув под голову шапку.

Мальчишка был сыт и доволен. Одели, накормили, не обманули и взяли с собой. Про опасности, которые могут их подстерегать во владениях князя, пареньку пока ничего не сказали. Надели на шею подвеску в виде волчьего клыка на толстом кожаном шнуре, оплетенном серебряной нитью, и чуть намекнули, чтобы охранку эту не снимал.

— Волки не люди, мало ли что, — шепнула ему Белкина, когда они садились в сани. — Везде полно плохих типов. Ты, конечно, большой, — польстила она пареньку, — может, плохих от хороших и отличишь, но, наверное, не тех, что шкуру сменить могут. Береженого, сам знаешь...

Мальчишка независимо дернул плечом, шмыгнул носом и, пытаясь казаться солидным, заверил, что доверять никому не собирается.

— Ну, кроме тебя и князя. Да? А Угду можно с Лималой или не стоит? А Павлентий уже хороший? Его больше не заколдуют?

Надолго его важничанья не хватило, вопросы из пацана посыпались почти сразу, да только умаялся он, пока церемонию провели и в дорогу собирались, поэтому вскоре задремал.

Ольге же не спалось, тревога грызла. Она надеялась, что ее подруг по академии ждала более спокойная семейная жизнь. В окно было видно, как скользят вдоль дороги настороженные тени серых хищников. Князь и его охрана, окружив сани с самым ценным для Клыкастого грузом, неслись во всю прыть, торопясь вернуться домой. Парой запряженных в сани крупных лошадок, мохнатых, словно плюшевые игрушки, правил Угд.

Перед отъездом старый орк, видимо решив для себя, что все и так в курсе, вышел на крыльцо во всеоружии. Йонтек, даже не подозревая, кем когда-то был повар академии на самом деле, увидав его, только глаза вытаращил и даже присвистнул.

Громадную зеленую фигуру в меховой жилетке на голое мускулистое тело покрывали темно-лиловые татуировки из рун. Может, лицо орка и пересекали борозды морщин, лысая голова с клочками седых волос по краешку ушей выдавала возраст, но мышцы мужчины силу не утратили и кожу натягивали так, что можно было рисовать анатомическую карту. Широкий пояс изобиловал прикрепленными к нему штуковинами, из которых Ольга опознала только ножны с торчащими из них черными рукоятками. Какие-то мешочки, блестящие заточенным металлом кольца, мотки веревок, своеобразный патронташ, из которого высовывались перышки. За спиной крепилось короткое копье, вытянутая полая трубка, два огромного размера топора на длинных ручках. Апофеозом всего этого устрашающего арсенала стала большая деревянная ложка-разливашка, которую ухмыляющийся Угд на глазах княжьих охранников демонстративно сунул за пояс. Он натянул толстые штаны, меховые ботинки и прихватил мешок на лямке, как и его мать.

Лимала, впрочем, в сани сесть отказалась и в виде орчанки тоже пребывала недолго. Прыжком взлетела на крышу и в истинной кандажьей форме черной кляксой растеклась по закрепленным там пожиткам. Спорить с этой дамой никто не рискнул.

Им обоим Войтомир