Магический договор 2 - Татьяна Ивановна Герцик

– Я, лорд Макс Салливерн, представляющий род Салливерн, считаю этот договор исполненным и расторгаю его по согласию с женихом графом Ванским.

Все посмотрели на Криспиана. Тот, кашлянув, повторил эти слова с поправкой на себя. Договор засветился, но вместо того, чтоб самоуничтожиться, как все надеялись, ударил молнией в лежащие на нем руки. Если б не мгновенная реакция лорда Салливерн, отдернувшего и свою ладонь, и оттолкнувшего руку графа, им бы не избежать ожогов.

– Дьявол! – одновременно воскликнули все мужчины и опасливо посмотрели на дам.

Леди Кларисса открыла было рот, чтоб привычно прочесть нотацию о правилах поведения, но глянула на лорда Чарсона и сконфужено промолчала.

– Ничего не получилось, – мрачно констатировал Анрион. – Но, возможно, логичнее отказываться вместо отца – дочери?

– Возможно, – не стал с ним возражать хозяин замка, – как только близнецы появятся, я об этом им расскажу. Уверен, они найдут вас сами, – он прямо посмотрел на навязанного им жениха.

Затягивать визит было неприлично, и Анрион нехотя откланялся. Им разрешили открыть портал прямо у входа в замок, и гости, запрыгнув на своих коней, перенеслись туда, откуда и отправились.

Едва они исчезли, как леди Салливерн, скептически поджав губы, призналась:

– Какой этот граф Ванский недалекий! Внешне вроде бы и ничего, но стоит ему рот открыть, так глупости и пошлости из него так и сыплются, уж извини за прямоту.

– Ты совершенно права, и прощать мне тебя не за что. Я и сам хотел сказать что-то в этом роде, – лорд Салливерн повел жену внутрь замка, искоса наблюдая за оставшейся снаружи леди Клариссой. – Ты заметила, что между твоей родственницей и лордом Чарсоном явно что-то есть?

– Правильнее сказать – было, – поправила его супруга. – Когда-то давно он просил у моего отца, как у главы рода, ее руку, но она ему отказала.

– Почему? – удивился лорд. – Он весьма и весьма неплох.

– Да просто была капризной и самоуверенной. Он и сюда к ней приходил, пытался договориться, но она ни в какую. Мне кажется, потом она об этом сильно пожалела, но поделать уже ничего не смогла.

Леди Кларисса догнала их на лестнице и тихо попросила:

– Дорогая кузина, я себя что-то плохо чувствую и пойду к себе, приму укрепляющий настой.

Леди Салливерн поспешно согласилась. Оставшись одни, супруги понятливо переглянулись.

– Если лорд Чарсон решится еще раз сделать ей предложение, уверена, на этот раз его будет ждать более благосклонный прием, чем прежде, – леди Салливерн лукаво улыбнулась. – А ты как думаешь?

– Целиком с тобой согласен, дорогая. Но вот только решится ли на это лорд? Он теперь пуганая птичка. Может и не приехать.

– Будем надеяться на его отвагу, что еще нам остается? – леди Салливерн звонко рассмеялась, уверенная, что лорд у них все-таки появится, уж слишком заинтересованно поглядывал он на Клариссу.

Глава одиннадцатая

Яркое солнечное утро не радовало бывшего герцога. В последнее время его вообще ничто не радовало. Он чувствовал себя ненужным, старым и всеми забытым. Вот если б с ним рядом была его Генриетта, жизнь была бы намного приятнее.

Или нет, не приятнее – счастливее. А ведь как он был счастлив и покоен рядом с ней! Вот только не понимал этого. Зато сейчас очень хорошо понял. Когда остался один.

Глаза снова заволокла поволока слез. Он стыдливо сморгнул их и осторожно посмотрел по сторонам. Никого. Хорошо, что свидетелей его слабости не было. Он хорошо понимал, что думают слуги – избавившись и от неугодной жены и от бремени власти он теперь, по их мнению, должен пуститься во все тяжкие.

Да что слуги? Он и сам до гибели супруги был уверен, что без нее жизнь заиграет для него новыми красками. И действительно заиграла, только вот исключительно черными тонами.

Едва постучав, в комнату заглянула одна из новых служанок, нанятая дворецким. Она была вполне во вкусе того, прежнего герцога – пухленькая, улыбчивая и кокетливая. То есть вполне доступная. Но вот теперь она и ей подобные Эрнольда лишь бесили.

– Ваша светлость, – служанка подошла к нему непозволительно близко и наклонилась, давая насладиться прелестями белой груди, чуть не вываливающейся из слишком глубокого декольте, – вас приглашают на завтрак!

Измученный черной печалью и глубоким чувством вины герцог вспылил:

– А ну прикрой свое вымя и не смей тыкать им мне в лицо! И немедля позови ко мне дворецкого!

Отпрыгнув от гневно сжавшего кулаки хозяина, девица испуганно попятилась, не понимая, что она сделала не так. Ведь господин Макронс ясно ей приказал – скрасить герцогу его вдовство. Она старалась, но не получилось. Или просто нужно немного подождать? Решила не спорить и отправилась к дворецкому.

В ответ на ее жалобу тот недоуменно пожал плечами. И чего его светлость так рассердился? Господин Макронс прекрасно знал, как себя вел герцог во дворце. В его постели не побывала только та, кто этого не хотел. Но таких было немного. Так что изменилось теперь? Вот ведь не было печали – хозяин здесь всего второй день, а с ним уже столько хлопот!

Не спеша направился на вызов герцога. Тот сидел в кресле напротив окна и уныло глядел в небо. С точки зрения дворецкого, совершенно бесполезное занятие.

– Звали, ваша светлость? – господин Макронс даже кланяться не стал, ведь герцог сидел к нему спиной.

Тот повернулся и окинул дворецкого таким властным и требовательным взглядом, что тому захотелось уткнуться носом в колени.

– Чтоб я рядом с собой больше никаких коров не видел! – жестко приказал Эрнольд. – Иначе я сам поменяю весь штат прислуги! И вообще баб ко мне не посылать! Терпеть их не могу! – герцог снова отвернулся к окну, не ожидая ответа.

– Будет исполнено! – жалко проблеял дворецкий, впадая в еще более сильное недоумение.

Неужто герцог переключился на мужчин? Это было так неприятно, что дворецкий пошел советоваться с камердинером герцога господином Янгом. Высказав тому свои подозрения, услышал покровительственное:

– Ничего вы в человеческом характере не понимаете! Наш герцог искренне и глубоко любил свою супругу. Вот после ее трагической гибели никак и не может оправиться. А вы ему тупых шлюшек подсовываете. Это, вообще-то, оскорбление. Так что вы еще легко отделались.

Господин Макронс остолбенел. Герцог любил супругу? Отчего же тогда изменял ей постоянно? Причем об его похождениях знали все, потому что его пассии своих к нему чувств не скрывали. Даже сюда, до их глухомани доносились слухи о его постельных приключениях.

Но спорить с личным камердинером хозяина было глупо, и он лишь кивнул, принимая его слова к сведению. Янг видел сомнения дворецкого, но добавлять ничего не стал.

– Если все так, то я напрасно нанял хорошеньких служанок, – с горечью признал господин Макронс. – И куда теперь их девать?

Господин Янг пожал плечами.

– Вы их что, только как герцогских грелок нанимали? Другого они ничего делать не в состоянии?

– Нет, конечно, – дворецкий несколько возмутился, – они все делать умеют.

– Так вот пусть в доме приберут нормально, я сам проверю, – камердинер указал на свисающую с потолка черную паутину. – Грязь кругом. Да, была бы жива герцогиня, она бы такого бардака не потерпела, – горько добавил он и ушел.

Дворецкий пошел по комнатам, осматриваясь будто впервые. В самом деле, в каждом помещении на потолках виднелись тенета, кое-где даже и с пауками, на мебели лежал толстый слой пыли, полы были просто грязными.

Он озадаченно почесал в затылке. Вот ведь как привыкаешь к обстановке, что даже не замечаешь ни грязи, ни пыли. Для него это было так привычно, что не требовало каких-либо усилий по их устранению. Хотя для него есть весомое оправдание – он никак не ожидал, что на его бедную голову свалится отказавшийся от престола герцог.

Он вызвал старшего лакея и экономку. Велел им собрать всех слуг, взять в руки ведра и тряпки и навести в поместье порядок.

Экономка, госпожа Праксия, поморгала подслеповатыми глазами. Ей было уже