Почему ты молчала? - Анна Шнайдер

Готовить Ксеня любила, хотя порой и ленилась, так что далеко не всегда муж на ужин ел домашнюю еду, иногда всё-таки приходилось заказывать. Яков никогда не упрекал Ксеню за это, но теперь она пообещала самой себе, что больше никаких косяков с её стороны не будет. Каждый день — потрясающий стол, королевский ужин, в выходные завтрак и обед должны быть не хуже. А чтобы закрепить эффект, Ксеня сразу озаботилась тем, что пригласила в гости в субботу собственных родителей.

— Хм, — кашлянула Юлия Ивановна, выслушав приглашение дочери, — ты уверена, Ксень?

— Конечно!

— Вы же разводитесь.

— Нет, — решительно отрезала Ксеня. — Никто не разводится. Приезжайте с папой в субботу и сами всё увидите. Заодно Пашку поздравите с началом учёбы, а то на первое сентября вы же не приезжали.

В отличие от родителей Якова, которые жили в городе, мать и отец Ксени несколько лет назад продали квартиру и перебрались в деревню. Как сказал её папа: «Дышать свежим воздухом и слушать тишину». Поездки в Москву были для них тем ещё стрессом, и обычно её родители оставались на несколько дней — раз уж приехали.

Визит тестя и тёщи — что может быть лучше, чтобы отвлечь Якова от затеи с разводом? Только если апокалипсис, но ни к чему такие крайности.

— Ты же знаешь, я всегда рада тебя видеть, дочка, — вздохнула Юлия Ивановна. — Но учитывая обстоятельства… мы с твоим отцом приедем, только если нас пригласит сам Яков.

Услышав подобное заявление, Ксеня на миг онемела.

Она ушам не могла поверить! Не добившись от матери открытой поддержки во время прошлого разговора, Ксеня надеялась повлиять на неё уже очно. Вот приедут родители, посмотрят на них с Яковом — и сразу поймут, что разрушать такую хорошую семью нельзя ни в коем случае. И конечно, Ксеня подумать не могла, что мама начнёт требовать подтверждения приглашения от Якова.

Никогда ведь не требовала!

— Ты… мне не веришь?

— Ксень, — с укоризной протянула Юлия Ивановна, — ты забываешь, что я знаю Яшу не хуже тебя. Он из тех людей, которые долго запрягают, но, если уж запрягли, едут быстро и не оглядываясь. Он матери позвонил, сказал, что развод для него дело решённое, — значит, обратного пути нет.

— Обратный путь есть всегда!

— Какую ж козу мы вырастили… — пробормотала мама вместо того, чтобы поддержать или восхититься геройством. И совсем уж припечатала, добавив сочувственное: — Бедный Яков.

В общем, от идеи с гостями пришлось отказаться. Но всё остальное должно было сработать, особенные надежды Ксеня возлагала на баночку с интересным лекарством, которое она выменяла у подружки — её мужу некоторое время назад выписывали соответствующее лечение. Оно закончилось, а баночка с таблетками осталась. Пришлось, правда, отдать взамен кое-какую свою неоткрытую косметику, да и денег подсыпать, но Ксеня не жалела.

Да, дел было много, и про то, что ей необходимо забрать Пашу из школы, она едва не забыла. Хорошо, что опоздала буквально на пару минут.

Паша должен был стать самым главным её козырем, и откладывать разговор с сыном Ксеня больше не собиралась.

68

Оксана

Ксене не нравилась ни Пашина новая подружка, ни её мамаша. Почему она не имела понятия — просто интуитивно чувствовала неприязнь к этой блондинке. Но, следует признать, и женщина смотрела на неё настороженно. Как её зовут, Ксеня уже не помнила, да и какая разница?

— Спасибо, что побыли с Пашей, пока я бежала сюда, — сказала она мамаше девочки, выдавив из себя вежливую улыбку.

— Не за что, — не менее вежливо, но без улыбки ответила блондинка. Ксеня кивнула, взяла Пашу за руку и повела к автобусной остановке, весьма недовольная тем, что его одноклассница со своими родственниками пристроилась следом. Хорошо хоть ехать им надо было на разных автобусах! Ксене отчего-то хотелось побыстрее отделаться от сопровождения, хотя беседовать с Пашей о серьёзных вещах в транспорте она не собиралась.

Добрались до дома быстро — повезло, пробок не было, — а затем Ксеня сразу усадила Пашу обедать. И только когда хмурый сын скользнул за стол и склонился над тарелкой с супом, подумала: что-то не так. Да, Паша часто страдал неблагодушным настроением, но всё же сейчас он казался ей каким-то слишком загруженным.

— Проблемы в школе? — спросила Ксеня, размешивая в своей тарелке сметану. Паша занимался тем же, но глядел на борщ без энтузиазма, хотя обычно радовался — это был его любимый суп.

— Не, всё в порядке, — ответил сын, но как-то грустно, а потом и вовсе произнёс то, из-за чего Ксеня сначала оторопела, а после разозлилась: — Просто папа сказал, что вы разводитесь.

Ах, вот оно что! Значит, Яков решил играть на опережение и перетянуть на свою сторону Пашу. Вот гад! Ксеня-то думала, что у неё ещё есть время, она успеет и пообщаться с младшим, и что-нибудь предпринять, а оказывается…

Но нет, мы ещё повоюем.

— Не переживай, — она улыбнулась и, протянув руку, погладила Пашу по голове. — Папа несерьёзно.

— Он не выглядел несерьёзным, — хмуро ответил сын, отстраняясь от её ладони, что Ксене очень не понравилось. — Да и Ваня его поддерживал.

Ещё и Ваня! Предатель.

Ксеня не могла сообразить, что ответить, пока Паша молча ел борщ. Лихорадочно думала, забыв про свой обед, и в итоге, решив, что молчит слишком долго, решила быть откровенной.

— Паш, папа и правда хочет развестись, но я не хочу. Буду стараться, чтобы он передумал. Поможешь мне?

— В чём? — судя по настороженному взгляду, сын в восторг не пришёл.

— Во всём. Папа тебя любит и не захочет уходить, если увидит, что ты переживаешь. Попробуй его отговорить. Можешь поплакать…

Паша почему-то вздрогнул, странно сглотнул и наклонил голову ниже, уставившись в борщ, как в зеркало.

А Ксеня между тем продолжала:

— У папы это так, блажь от обиды. Пройдёт, но нужно постараться. Я буду ласковой, а ты просто канючь побольше и капризничай, как не хочешь, чтобы он уходил, — он и не уйдёт. И не переживай, мы справимся!

— Угу, — буркнул Паша без особо