Инкуб на сессию - Аника Ледес

— Готово, — сказала я, чувствуя, как внутри что-то сжалось.

— Молодец, — одобрила Софи. — А теперь, раз уж я тут, давайте-ка я вам расскажу про свою бабушку.

— Про бабушку? — усмехнулась я, предвкушая рассказ об этой прекрасной даме.

— Ага. Она вчера решила, что ей скучно, и записалась на курсы испанского. В восемьдесят три года. Говорит, что хочет найти себе испанского любовника, пока не поздно.

Я фыркнула.

— Она серьёзно?

— Вполне. Папа рвёт и мечет, а она говорит: «Я полжизни на вашего отца угробила, теперь хочу пожить для себя». И знаешь, что самое смешное? Она пристает ко всем испанцам в округе. Представляешь?

— Бабушка — огонь, — рассмеялась я.

— Это точно, — вздохнула Софи. — Иногда я думаю, почему я не в неё пошла? Она в моём возрасте уже трёх парней имела... Одновременно, кстати, а я всё за учебниками сижу.

— У тебя тоже будет испанский любовник, — пообещала я и погладила подругу по волосам.

— Надеюсь, — хмыкнула Софи. — Ладно, я побегу. Завтра навещать Анну. Она там, кажется, уже мужа достала так, что он готов сбежать в монастырь.

— Передавай привет.

— Передам. — Софи встала, накинула куртку и на прощание ткнула в меня пальцем. — Завтра отчитаешься, как пройдет свидание. И без отмазок!

— Без отмазок, — пообещала я.

Она ушла. Дверь закрылась. Мы с Риэлем остались вдвоём.

— У тебя завтра переаттестация? — я отставила пустую чашку и повернулась к нему.

— Да. В десять утра. А у вас — свидание.

— Ага, — я закатила глаза и потянулась, хрустнув спиной. — Вечером.

Тишина заполнила комнату, только часы на стене мерно тикали.

— Ты будешь волноваться? — я поймала его взгляд.

— Я всегда волнуюсь, — он пожал плечами, но в уголках губ дрогнула улыбка. — Но за вас — не буду. Вы справитесь.

— Спасибо, — я улыбнулась в ответ. — За всё.

— Не за что. — Он поднялся, собрал со стола учебники и ушёл на свою сторону, к баррикаде из книг.

Я улеглась в кровать, тупо пялясь в экран телефона, как будто там могло высветиться решение всех моих проблем. Например: «Ой, извини, это была шутка, на самом деле Матис Вернер — инопланетянин и улетает на свою планету, так что свидание отменяется».

Но нет. В чате висело моё «с удовольствием схожу» и его ответ: «Отлично! Заеду за тобой в 18:00». И смайлик. Весёлый такой, с улыбкой до ушей. Смайлик, который явно не подозревал, что адресат сидит на диване в позе креветки и пытается вспомнить, когда именно её жизнь превратилась в бразильский сериал.

Я уставилась в потолок и попыталась провести инвентаризацию чувств.

Пункт первый. Завтра свидание с Матисом. Матис Вернер. Тот самый, по которому у меня три года текли слюни на каждой общей паре. Тот самый, чьё имя я вбивала в поиск по инстаграму с периодичностью раз в три дня (для проверки, не завёл ли он девушку). Тот самый, чьи дети у меня были сгенерированы в двух вариациях.

Пункт второй. Что я чувствую? Правильно. Ничего. После того вечера в его квартире как будто кто-то пришёл и выключил рубильник под названием «Леина влюблённость в Матиса».

Пункт третий. Где этот рубильник и кто его выключил? Я покосилась на дверь, за которой тихо шуршали страницы. Ответ напрашивался сам собой. Хвостатый. Интроверт. С вечным «простите, я не специально» и печеньками.

Телефон пиликнул. Я подпрыгнула так, что чуть не свалилась на пол. Матис: «Кстати, там в меню есть креветки. Ты любишь креветки? А то я закажу сразу побольше».

Креветки. Он пишет про креветки. В час ночи. А я сижу и думаю о том, что у инкуба за стеной сейчас хвост, наверное, обмотан вокруг ножки стула в три оборота, потому что он волнуется перед переаттестацией.

— Я схожу с ума, — констатировала я. — Окончательно и бесповоротно.

Я набрала в ответ: «Креветки люблю. Спокойной ночи». Отправила и зарылась лицом в подушку окончательно.

За стеной тихо шуршали страницы. Мерзавец. Даже не знает, что творит.

Утро воскресенья началось с того, что Риэль метался по квартире как угорелый.

— Где моя папка? — бормотал он, перерывая стол. — Я её вчера здесь оставлял. Или не здесь? Я мог положить её на полку? Нет, я точно помню, что клал на стол!

— Риэль, — сказала я, наблюдая за его метаниями. — Успокойся.

— Не могу успокоиться, — простонал он. — У меня через два часа переаттестация. Если я провалюсь, меня лишат лицензии. А если лишат лицензии, аннулируют контракт. А если аннулируют контракт, вы останетесь без помощи, а я без...

— Папка на подоконнике, — перебила я.

Он замер. Посмотрел на подоконник. Папка лежала там, где он её оставил вчера вечером.

— Спасибо, — выдохнул он, прижимая папку к груди так, будто это был щит от всех несчастий сразу.

— Не за что. Давай я с тобой схожу? — я уже потянулась за курткой, но он замотал головой так, что волосы взлетели.

— Нельзя. Туда пускают только лицензированных существ и сотрудников. Людей — только по спецпропускам. А у нас нет времени его оформлять, — добавил он, покосившись на часы.

— Ой, ладно, иди уже, а то опоздаешь. И амулет для спокойствия надень. Тот, с камешком.

— Я оставил его для вас... — он полез в карман, но я перехватила его руку.

— Надень. Я гораздо более... стрессоустойчива, — я ухмыльнулась и поправила задравшийся воротник его пальто.

Он улыбнулся, кивнул, сунул руку в карман, проверяя, на месте ли амулет, и вылетел за дверь так быстро, будто за ним гналась стая голодных церберов.

Я осталась одна. В квартире мгновенно стало тихо. Подозрительно тихо. Даже часы на стене, кажется, притихли в знак солидарности.

Ждать пришлось четыре часа. Я пила кофе, листала ленту, смотрела в окно и думала. О том, как он там. О том, сдаст или нет. О том, что вечером у меня свидание.

В четыре дверь открылась.

Риэль стоял на пороге. Запыхавшийся, растрёпанный, с папкой в руках и счастливой улыбкой на лице.

— Сдал, — едва не прыгал он. — Я сдал.

— Получил лицензию? — спросила я, замерев.

— Да! Настоящую. Категория Б, подтверждённая. Теперь я официально инкуб-мотиватор.

— Поздравляю! — я подскочила к нему и обняла. Коротко, быстро.

Он обнял в ответ. Тоже коротко, быстро.

— Спасибо, — выдохнул он. — Вы помогли.

— Я только советы давала. И была подопытной.

— Этого хватило.

Он прошёл в комнату и рухнул на стул. Я села напротив.

— Ну, рассказывай.

— Экзаменатор сказал, что у меня хорошие базовые знания, — начал он. — И что моя магия, хоть и нестабильная, может быть эффективна в работе с