Измена дракона. Изгнанная с его наследником - Майкл Скофилд

Не успел.

В дверном проеме появилась рука в черной перчатке. Райгар схватил его за ворот и вытащил из кареты так, будто тот ничего не весил.

Через секунду снаружи глухо ударило тело.

Я не видела, убил он его или просто бросил. И в тот миг мне было все равно.

Я опустилась к полу и протянула руку под сиденье.

— Нарен. Ко мне.

Он выполз.

Лицо белое. Глаза огромные. На руках — тонкие золотые искры, которые гасли и снова вспыхивали.

— Я не хотел, — прошептал он.

— Знаю.

Я прижала его к себе.

Он был горячий.

Слишком горячий.

— Тавия!

— Жива, — отозвалась она из-под щитника. — Этот тяжелый, как долг перед короной, но жива.

Я помогла ей выбраться. Щитник лежал без сознания. Или мертв. Проверять было некогда.

Снаружи бой еще шел.

Райгар стоял у разбитой дверцы. Без плаща. На правом плече кровь. Не его? Его? Я не поняла сразу. Черная линия у горла снова стала заметной, хотя утром почти ушла. Он использовал пламя, и оно ударило по нему.

За его спиной сражались двое всадников, которых я не знала. Значит, он пришел не один. Асден держал лошадей, одновременно отбиваясь от нападавшего с коротким клинком. Мерик стоял у заднего колеса, прижимая руку к боку. Кровь текла между пальцами, но он держался.

— Сколько их? — спросила я.

Райгар не стал говорить «оставайся внутри». Только быстро ответил:

— Было девять. Четверо лежат. Двое ушли в лес. Один стрелок на склоне.

Я посмотрела вправо.

Склон был низкий, с редкими соснами и камнями. Среди ветвей мелькнуло движение.

— Не один, — сказала я. — Там второй. Левее валуна. Он ждет, пока вы поднимете щит к первому.

Райгар повернул голову.

Не стал спрашивать, откуда я знаю. Не стал спорить.

— Асден! Левый склон!

Но Асден был занят у лошадей.

Я увидела, как у валуна блеснул наконечник.

— Райгар!

Он развернулся и поднял щит пламени не перед собой, а перед каретой.

Болт ударил в защиту и сгорел.

Второй стрелок в тот же миг выстрелил по нему сбоку.

И вот здесь Райгар послушал меня до конца.

Он не стал принимать удар на себя. Не стал изображать героя. Упал на одно колено, пропустив болт над плечом, и швырнул короткую дугу огня по снегу у валуна. Не в человека — в землю перед ним.

Снег взорвался паром.

Стрелок выскочил из укрытия, ослепленный, и Мерик, раненный, но еще быстрый, ударил его рукоятью меча по затылку.

— Живым! — крикнула я.

Мерик удержал второй удар.

Хорошо.

Нам нужны были ответы.

Оставшиеся нападавшие поняли, что засада провалилась. Двое бросились к лесу. Один упал от стрелы одного из людей Райгара. Второй ушел между деревьями.

Райгар хотел дернуться за ним, но я увидела, как у него подломилось плечо.

— Стоять, — сказала я.

Он остановился.

Удивительно.

Но остановился.

— Он уйдет, — произнес он.

— Зато вы не упадете лицом в снег. Сейчас мне нужен живой отец моего сына, а не героический труп.

Слова вылетели сами.

Я поняла, что сказала, только после тишины.

Отец моего сына.

Райгар тоже услышал.

Но не стал цепляться за это. Только кивнул, коротко, почти незаметно, и отступил к карете.

Хорошо.

Очень хорошо.

Потому что если бы он сделал из этих слов событие, я, возможно, ударила бы его сама.

— Состояние? — спросил он.

Я посмотрела на Нарена. Искры на его руках стали слабее. Он сидел на полу кареты, прижимаясь к моей ноге.

— Испуг. Выброс пламени. Пока без ожогов.

— Тебя?

— Ушибы. Неважно.

— Важно.

— Потом.

Он принял.

Тавия уже перевязывала Мерика. Асден связал живого стрелка и второго нападавшего, которого Райгар вытащил из кареты. Тот был без сознания, но дышал. Щитник внутри кареты умер. Первый, которого ударила Тавия болтом, тоже.

Я заставила себя не смотреть на их лица слишком долго.

Когда на тебя нападают, ты хочешь, чтобы враг исчез. Когда враг лежит на снегу и больше не дышит, тело все равно помнит: это был человек.

Но жалеть сейчас было некогда.

Я подошла к стрелку, которого взяли живым. Маску с него сорвали. Мужчина лет тридцати, с разбитой губой и серыми глазами, полными ненависти. На шее у него был такой же знак — лист с шипом.

Я показала его Райгару.

— Второй.

Он взял знак.

Лицо стало неподвижным.

— Это знак не самого Ирвента.

— Похож.

— Это знак его хозяйственного дома. Им метят людей, которые работают на его внешние поручения: перевозки, склады, закупки.

— Удобно. Если их поймают, можно сказать, что они просто служащие.

— Да.

Мы оба посмотрели на пленного.

Райгар присел перед ним.

— Кто приказал?

Мужчина плюнул ему под ноги.

— Мальчик принадлежит роду.

Райгар ударил его не сразу.

И не кулаком.

Просто наклонился ближе. В его глазах поднялось черное пламя, очень тихое, почти без света.

— Ты назвал ребенка вещью. Подумай, стоит ли продолжать.

Пленный побледнел, но упрямо сжал зубы.

— Мы служим праву.

— Чьему?

Молчание.

Я присела рядом.

— Вам сказали взять мальчика живым. А меня можно не беречь. Кто сказал?

Он повернул ко мне лицо.

— Ты не должна была выжить.

Фраза была та же.

Не похожая.

Та же самая.

Как на записке.

Тавия медленно подняла голову от перевязки Мерика.

Я почувствовала, как весь шум дороги отступил.

— Кто написал записку? — спросила я.

Пленный улыбнулся разбитым ртом.

— Поздно прятать наследника.

Райгар схватил его за ворот.

— Имя.

Мужчина засмеялся. Коротко, хрипло.

— Совет уже знает. Жрецы знают. Камень видел. Теперь ее ложь ничего не стоит.

Райгар резко отпустил его и встал.

Я увидела в его лице то, чего раньше не видела.

Не ярость мужчины.

Ярость отца.

И она была опасна.

Не для меня. Пока.

Но для всех, кто стоял рядом.

Я поднялась тоже.

— Не убивайте его.

Он посмотрел на меня.

— Он пытался забрать Нарена.

— Поэтому должен говорить.

— Он не скажет.

— Тогда скажет бумага, знак, маршрут, люди, которые знали, по какой дороге мы поедем. Мертвый он будет просто мертвым. Живой — доказательством.

Райгар сделал вдох.

Черная линия у горла дернулась.

Я видела, чего ему стоило остановиться. Видела, как пламя внутри него рвется не хуже, чем у Нарена в карете.

И все же он остановился.

— Асден, связать обоих живых отдельно. Рты закрыть. Оружие собрать. Тела не трогать до осмотра. Мерик?

— Жить буду, — прохрипел тот.

Тавия затянула повязку так, что он застонал.

— Будешь, если не станешь умничать.

— Тогда точно буду.

Асден проверил упряжь.

— Карета повреждена. До Ларна доедет, если осторожно. Но не быстро. Одна лошадь ранена.