Как найти безымянного фейри - Эй Джей Ланкастер

Хвост Рока хлестнул по воздуху.

— Есть масса вполне разумных причин, по которым человек мог бы захотеть остаться со мной. Для начала, у меня отличная библиотека.

— Ты открываешь свою библиотеку для посетителей? — спросил Харланг с неожиданным энтузиазмом.

Уши Рока снова дернулись.

— Не в этот раз, Харланг. Жизель — исключение.

Воцарилась неловкая пауза. Жизель обратилась к Кайрону:

— Все твердят о том, что ты доставляешь почту, но где ты ее держишь? У тебя же нет сумки.

Встряхнувшись, он снова превратился в обаятельную и флиртующую версию себя, уперев руку в бок.

— Хочешь обыскать меня, милочка?

Рок издал низкий звук, похожий на рык, но тут же подавил его.

Кайрон тоже это уловил.

— Ревнуешь? Предпочитаешь сам меня обыскать? — Он похлопал ресницами.

В глазах Рока вспыхнул тот тревожный, слишком пристальный огонь, который иногда появлялся в них, горя неземным пламенем — один холодным, другой горячим:

— Я бы предпочел, чтобы ты прекратил делать вид, будто способен похоронить свои страхи под тяжестью чужих прикосновений.

Жизель понятия не имела, о чем говорит Рок, но Кайрон резко втянул воздух, и по его лицу пробежала тень, прежде чем привычная ухмылка вернулась на место, будто никуда и не исчезала.

— Какой ты дразнила, Проклятие.

Рок моргнул, и неестественная пристальность в его глазах угасла. Он обвинительно повернулся к ней.

— Проклятие?

— Не вини ее. Если хочешь, чтобы мы звали тебя как-то иначе, милости просим предложить альтернативы, — колко вставила Апфела.

Рок вздохнул.

— Отдай мою почту, Кайрон.

Кайрон изысканно улыбнулся. Ощущение текущей невидимой воды усилилось, и он протянул руку в пустой воздух и с театральным жестом извлек сверток из ничего.

Жизель ахнула.

— Как…?

— Магия, — ухмыльнулся он.

— Это называется карманы синум, — пояснил Рок. — Разновидность лично привязанного карманного измерения для хранения вещей. Ручейные кони обладают врожденной способностью создавать их.

Кайрон одарил его ироничным взглядом.

— Взял и лишил момент всего веселья и тайны, да?

— Не думаю, что это возможно, — заверила его Жизель. — И насколько они большие?

— Мои размеры грандиозны, — мгновенно отозвался он.

Апфела закатила глаза.

— Никогда не жди от мужчины объективных измерений. Он будет утверждать, что у него величественный огурец, даже когда там скромный корнишон.

В глазах Кайрона заплясало веселье.

— Я же жеребец, Апфела, ты должна это признать.

— Я должна признать, что ты напоминаешь мне, почему я предпочитаю кобыл. Отдай почту нашему Проклятию и доставай остальное.

Кайрон приложил руку к сердцу.

— Ах, Апфела, ты ранишь меня. — Несмотря на беспечный вид, он передал сверток Рока с большой осторожностью. Во время обмена вспыхнула инсигния, и Жизель узнала запахи Рока — раскаленный металл и ваниль.

Быстрым движением Кайрон вытащил остальную почту. Харланг получил сверток в форме книги. Апфела взяла несколько пухлых писем. Каждый раз, когда Кайрон что-то передавал, вспыхивали маленькие искорки разной инсигнии. Магический контракт? Оплата?

Невермур пыталась казаться равнодушной к происходящему, но Жизель заметила, как та подтянулась, когда Кайрон раздавал почту, отчаянная надежда вспыхнула и тут же угасла, когда он качнул ей головой.

— Сегодня для тебя ничего нет, моя леди, — его тон стал мягким. — Хочешь что-нибудь отправить?

Невермур пожала плечами, и ее лицо снова превратилось в маску скучающего безразличия.

— Нет. Не стоит переводить бумагу.

— У меня есть немного черновиков и старое перо, — сказал Рок, доставая из кармана мятый лист пергамента и перо. Он протянул их ей. — Я все равно собирался его заменить — перо уже стачивается, так что можешь забрать.

Невермур застыла на грани нерешительности, ее глаза метались от человека к человеку. Все присутствующие с невероятным мастерством изображали полное безразличие, и Жизель попыталась скопировать их поведение, не совсем понимая, зачем они это делают.

— Что в свертке? — спросила она Рока, словно вопрос о том, возьмет ли Невермур его предложение, не имел абсолютно никакого значения.

Рок нетерпеливо взмахнул бумагой перед Невермур, вполоборота повернувшись к Жизель.

— В основном книги. Покажу в доме.

Невермур выхватила бумагу и перо, и общий затаенный вздох облегчения вырвался наружу.

— Я могу подождать, если ты хочешь написать что-то прямо сейчас, у меня даже есть запасные чернила, — предложил Кайрон.

Невермур прошипела что-то сквозь зубы. Бумага исчезла где-то в складках ее одежды.

— Нет. Мне не нужна твоя благотворительность.

— Я вовсе не…

Но девчонка уже шагала прочь, высоко задрав плечи.

— Что ж, все могло пройти и получше, — заметил Кайрон, когда Невермур ушла достаточно далеко.

— Дай ей пару дней и сделай вид, будто она обуза для тебя, — посоветовала Апфела. — Она терпеть не может доброту.

— Не учи коня есть яблоки. — Кайрон огляделся. — Кто-нибудь еще хочет что-то отправить? Если да, давайте сейчас. Я не собираюсь распространять свое ангельское терпение на всех остальных.

Ему передали еще несколько писем, которые Кайрон тут же заставил исчезнуть.

— Ну, ладно. — Он прыгнул обратно в ручей, на лету превращаясь в жеребца, но его копыта провалились прямо сквозь формирующийся водоворот, не встретив дна. Последний раз встряхнув головой, он ушел под воду.

Ручей вернулся к своей обычной мелководности, весело журча. Харланг попрощался кивком головы, а крошка Розенна — и как Жизель снова умудрилась забыть о ней до этой самой минуты? — пискнула на прощание.

Апфела замялась, оценивающе разглядывая Рока.

— Ты сделал хорошее дело, — неохотно признала она. — Неужели ты решил отказаться от своих скверных привычек?

Рок смерил ее тяжелым взглядом, и в нем снова вспыхнул арктический огонь.

— Не испытывай мое терпение, Апфела Гринхейм. Я знаю, что тобой движет вовсе не великодушие.

Он повелительно протянул руку Жизель. Принцесса заставила его руку повиснуть в воздухе на мгновение дольше необходимого, просто чтобы подчеркнуть свое отношение к подобному командному тону. Но в конце концов она снова застегнула дисмеи на запястьях и взяла его под локоть. Лишь едва заметный отблеск в глазах Рока выдал его облегчение.

Апфела даже не пыталась скрыть свое неодобрение, ее губы искривились так, словно она съела что-то кислое. Жизель одарила ее извиняющейся улыбкой.

— Мы поговорим позже, — пообещала она, потому что сгорала от желания остаться с Роком наедине и устроить ему допрос.

Они оставили Апфелу у ворот. Как только та скрылась из виду, Рок сбросил ее руку. Понятно. Значит, этот жест был предназначен исключительно для публики, а не для самой Жизель. Что ж… ничего страшного. Все в порядке, за исключением того, что она все еще чувствовала отпечаток его руки на своей.

— Что ты имел в виду, когда сказал Апфеле, что ей движет не великодушие? —