Как найти безымянного фейри - Эй Джей Ланкастер

свести к минимуму помехи. — Его целеустремленность наконец спала настолько, чтобы заметить ее кухонный фартук и ряды банок. — Оу. Только если ты закончила, конечно. Ты сделала все это сама? Потрясающе. Тебе следовало сказать мне, я мог бы помочь с нарезкой.

Он был настолько раздражающе обаятелен в своем неловком энтузиазме, что на ее губах вопреки шоку от вида прялки проскользнула невольная улыбка.

— Тогда поможешь с яблоками. На сегодня я закончила. Что за новая теория?

— Сначала сними их. — Он вывел ее наружу, и его уши затрепетали от волнения. Она поплелась за ним с гораздо меньшим энтузиазмом, потирая голые запястья.

Установив прялку в тени разрушающегося пьедестала, он уселся на табурет и устроился поудобнее.

— Поскольку твоя магия золота сейчас работает как противоположность моей, я подумал, что может быть полезно понаблюдать за тем, как работает моя. Тогда чисто теоретически ты сможешь использовать тот же процесс в обратную сторону.

Из сумки он начал доставать горсти соломы. Все внутри Жизель похолодело, и она отчаянно подумала о дверях, захлопывающихся между ними. Рок на мгновение нахмурился, но она сохранила каменное выражение лица, и он медленно возобновил занятие.

— По своей сути это особый вид магии высшего превращения, — говорил он, но ее уши заполнял стук сердца. — И, как и при любом превращении, ключевую роль играет воля. Я навязываю ей собственную версию реальности, в моем сознании это уже золото. — Он подавал солому в прялку, педали стучали, и весь ее мир сузился до блестящей золотой нити, наматывающейся на шпульку. Это было так знакомо.

И стало еще более знакомым, когда золотая пряжа пустила побеги с листьями и почти в тот же миг вспыхнула пламенем. Рок отскочил с криком.

Она чувствовала абсолютное оцепенение, наблюдая, как горит прялка.

— Жизель? — донесся откуда-то издалека голос Рока. Он встал перед ней, перекрывая обзор, и взял ее за руки. Тепло выдернуло ее из странного паралича, заставив хватать воздух ртом, словно рыба.

— Жизель, — тихо повторил он. — Поговори со мной. Ты в порядке? Я сделал что-то не так, верно? Это… О, я идиот. Прясть солому в золото. Ну разумеется. — Его голос напрягся.

Она перевела дух, смутившись.

— Не то чтобы я не знала, что ты это умеешь, — произнесла она с иронией. — Извини, я в порядке. Тебе стоит убедиться, что огонь потушен. — Она с неохотой качнулась в сторону прялки, но он продолжал держать ее за руки.

— Не извиняйся, — разгневанно произнес он. — Небесная Мальва сама с этим справится. — Он решительно увел ее от дыма к скамье в тени величественной липы. — Садись.

Она села и позволила звукам и краскам сада окружить себя. Присутствие Рока ощущалось обжигающе ярко всего в нескольких дюймах от нее.

Зингибер появился из зарослей сорняков и без лишних церемоний запрыгнул на скамью рядом с ней, ткнувшись головой в ее ногу.

Погладь меня, тебе станет лучше, — предложил он.

Она механически начала гладить его шерсть. Это действительно помогло. Теперь, когда шок прошел, она почувствовала себя невероятно глупо из-за своей реакции.

— Это… Это напомнило тебе о том, как началось проклятие? — осторожно спросил Рок.

Она качнула головой, глядя на свои руки.

— Ты представляешь, сколько стоит комната, полная золота?

Он вздрогнул.

— Это риторический вопрос? Я знаю условия сделки, которую заключил.

Бросив на него насмешливый взгляд, она пояснила.

— Я не о первенцах. В амбаре, где заперли мою мать, было около тридцати тонн соломы. Вполне обычное количество для соломы. Но когда она превратилась в золото, моя мать, а вскоре и корона Ишшии, оказалась обладательницей большего количества золота, чем когда-либо видела казна. Количество, изменившее все королевство. — Она носком туфли толкнула камешек, наблюдая, как тот остановился возле одуванчика. — Знаешь, что происходит с маленькими, незначительными королевствами, которые в один миг становятся невероятно богатыми?

Опасение отразилось на его лице.

— Они внезапно перестают быть незначительными?

— Именно. К счастью, у Ишшии была моя мать. Выйдя замуж за отца, она провела страну через рифы угроз вторжения и дипломатических маневров. Бьёрна обручили с баваренской принцессой. Ишшия избежала захвата.

Она рассказала ему, как ее мать приказала переплавить золото и отчеканить монеты — все, кроме одного-единственного тюка, который оставили на виду в тронном зале. — Ей следовало переплавить и его, но она говорила, что это важный символ. — Жизель ненавидела этот тюк. — Остальное золото разошлось… о, повсюду. Дороги, каналы, общественная канализация, библиотеки. Знаешь ли ты, что в Ишшии одна из лучших систем народного образования на континенте? И все это оплачено соломой, ставшей золотом. Королевство, построенное на нем. — Она тяжело вздохнула. — Честно говоря, это казалось разумным обменом. Члены королевской семьи должны служить народу. Это и была моя служба — плата за все то золото.

Рок издал невольный звук, не сумев скрыть ужас.

— Ты стоишь больше, чем любое количество золота.

Она повернулась к нему, почти с гневом.

— Разве я только что не рассказала тебе, что это золото сделало для Ишшии? Как ты смеешь говорить, что оно ничего не стоило!

Он встретил и выдержал ее взгляд, не уступая.

— Я рад, что его использовали во благо, но это не делает его твоим мерилом.

Она первой отвела взгляд, в груди бушевал клубок эмоций. Зингибер потерся подбородком о ее пальцы.

— Что произошло с золотом, Жизель? — тихо спросил он, уловив то, о чем она умолчала.

Теперь она отчетливо могла представить, что произошло в ту ночь, когда ее мать заключила сделку о первенце. Комната, заполненная тюками соломы, и тонкие пальцы Рока, изящно превращающие ее в сияющее золото.

— Оно начало превращаться обратно. Это было… Однажды я потеряла контроль над своей магией прямо в тронном зале. Это был сороковой день рождения Бьёрна. Устроили церемонию.

— Это был и твой день рождения тоже.

Она качнула головой.

— Мы всегда праздновали дни рождения отдельно. Чтобы никто случайно не перепутал нас друг с другом.

Рок издал звук отвращения.

— Никогда.

— Мне не следовало туда ходить. Я знала, что мое присутствие лишь заставит всех чувствовать себя неловко. Знала, что моя магия нестабильна. Я думала, если сяду подальше от семьи, все будет в порядке. Но в порядке ничего не было. То золото, что не вспыхнуло пламенем, превратилось в древесину. Абсолютно все золото в зале. Люди получили травмы. — Она до сих пор слышала крики придворных, когда золотые кубки взрывались у них в руках, а сусальное золото на креслах пускало побеги с листьями. — Тот единственный оставшийся тюк золотой соломы тоже изменился.

Рука Рока накрыла ее ладонь, а его присутствие в ее разуме отозвалось