Охота на бронзовую кисть - Анна Пожарская

Откусила и зажмурилась. Пицца была что надо: тонкое тесто, пикантный соус и нежный сыр.

– Значит, надо снова на Введенское, – вернул в реальность собеседник. – Расскажи, какая она? Большая, маленькая? Что нам искать.

Лада нахмурилась, пытаясь вспомнить. Ничего дельного, кроме ощущений, в голову не приходило.

– Она действительно походила на кисть… И все. Может, с полторы ладони длинной. Тяжелая. Больше ничего не разглядела.

– Полторы ладони – это довольно большой предмет, – обнадежил Лев. – Поищем, пока светло. Должны найти.

– Хотелось бы, – несмело согласилась Лада. – Я бы не отказалась от банального везения.

– Я тоже, – мужчина поцеловал ее в висок. – Ешь! И пойдем испытывать удачу.

Она снова откусила пиццу и посмотрела на Льва с благодарностью. Все-таки испытывать удачу после еды приятнее, чем на голодный желудок.

Глава семнадцатая. О чем молчат картины?

К вечеру Лев чувствовал себя идиотом, доверчивым дурачком, которого вигнеты ловко обвели вокруг пальца. Они с Ладой облазили Введенское вдоль и поперек, устали как собаки и даже немного повздорили, но ничего не нашли. Ни кисти, ни даже палки, которая могла хоть отдаленно напоминать нужное.

– Ладно, – примирительно подытожил Лев, когда они, взявшись за руки, топали к метро. – Подумаем о других местах завтра. Понимать бы, где именно находится то призрачное метро, поискали бы кисть по пути. Полагаю, ты потеряла ее во время перехода.

Посмотрел вокруг, прикидывая, куда тот мог вести. Вокруг не было ни одной подсказки: только деревья и фонари.

– Хорошо, – согласилась Лада и сильнее сжала его ладонь. Он улыбнулся и обнял девушку за плечи, понимал, они оба устали, и хотел хоть немного подбодрить ее.

– Предлагаю поужинать в тихом местечке и обсудить наш завтрашний поход в галерею.

– Я бы отправилась домой, – она бегло поцеловала его щеку. – Нет сил на местечки. Может, закажем какую-нибудь доставку и посидим у меня? Не хочется оставаться одной.

– Как скажешь. Я с тобой готов хоть на край света.

– В общем-то, иногда мне даже верится, – нервно рассмеялась Лада. – Если не брать в расчет условия со звездочкой.

– Лучше учить географию уже совершенных походов, – попытался оправдаться мужчина. Понимал ее досаду, но не считал себя неправым.

Она только махнула рукой. Потерлась затылком о его плечо, и Лев с предвкушением подумал о совместном ужине. Поймает свою черепашку в объятия и заставит ее забыть обо всем. Хотя бы ненадолго.

– Знаешь, о чем подумал? Надо посмотреть, какие объекты попадаются по пути от станции Лефортово к Третьяковской. Ты же вышла к людям на ней? Вдруг там есть за что зацепиться глазу и мы найдем кисть? Вряд ли она упала где-то и лежит как обычный предмет. Скорее, попала куда-нибудь ближе к своим.

– Можно попробовать. Все равно других вариантов нет.

– Завтра пойду в галерею после обеда, – поделился Лев планами. – Поговорю с обитателями, вдруг кто-то из них знает что-нибудь о Нарлиоль. А утром хотя бы обозначим места.

– Я могу заглянуть куда-нибудь и до встречи с ведьмой, – с энтузиазмом отозвалась Лада. – Все лучше, чем сидеть и ждать. Когда остаюсь одна, я начинаю волноваться о бабушке. Понимаю, что моя суета бесполезна, но помогает это мало. Так что лучше я тоже займусь делом.

– Так даже будет быстрее, – согласился Лев и снова поцеловал ее в висок. Он тоже всегда предпочитал действия пустому ожиданию.

***

Лев попал в Третьяковку, как и планировал, чуть позже полудня. Купил билет и как обычный посетитель принялся обходить залы. Большая часть картин не отличалось хорошей памятью и каждый раз им следовало напоминать, что ты свой и пришел не обижать, а скорее, попросить помощи. Самыми разумными были Васнецовские «Богатыри», но и они должны были сначала приглядеться, чтобы вспомнить, кто перед ними.

В залах оказалось прохладно, и Лев успел пожалеть, что не заехал домой хотя бы за пиджаком. Здесь поддерживали специальную температуру, и после теплой улицы контраст чувствовался особенно четко. Махнул рукой. Все равно не стал бы уезжать от Лады заранее. Слишком хорошо было рядом! Чем бы ни занимались, ее теплая ладонь отнимала разум и всякое желание покидать девушку. Большую часть вечера и утра они провели за компьютером, сладкого перепало мало, но Лев надеялся получить свое, когда все устаканится.

Он постоял у Врубелевской «Принцессы Грезы», нежного полотна, когда-то служившего театральным занавесом, потом навестил картину Юсупова «Вихрь». Всегда казалось, что изображенные там женщины в красных одеждах разносят новости быстрее самого продвинутого интернета. Заглянул к «Бурлакам» и направился в зал Виктора Васнецова к «Богатырям». Решил, что дал картинам достаточно времени.

Повезло! Не пришлось долго ждать, чтобы зал опустел. Хранители Третьяковки умели создавать условия для разговора, повинуясь их власти, посетители просто проходили мимо. Льву показалось даже, что в зале немного потеплело, и он мысленно поблагодарил всех за гостеприимство.

– Хочу предупредить и попросить совета, – начал Лев вполголоса. Дожидаться приглашения к разговору не было смысла, обитатели картин говорили немного.

– Слушаем, – нарисованный Илья Муромец оторвал руку ото лба и слегка наклонился в сторону гостя.

– Сегодня к вам придет ведьма, Нарлиоль. Знаем о ней мало, но вигнеты говорят, она старше галереи. Ей нужен Ортранс, а мне нужно от нее избавиться. Не подскажете, кто в состоянии мне помочь?

– С супостатом Ортрансом поможем мы, – пробасил Илья. – А с ведьмой как поступить, не ведаю.

– Илюша, – подал голос Алеша Попович, – может, ему охотники помогут? Земля слухами полнится, а они их собирают.

– Прав ты, Алеша. Пусть к ним сходит. Они болтать горазды, кумушек в базарный день переговорят, – пристально вгляделся в Льва. – Слышал? На привале они. Найдешь? А мы пока путь расчистим да Марфу-посадницу предупредим.

Гость кивнул. Иногда обитатели картин говорили витиевато, но сейчас все было понятнее некуда. Готов был поручиться, что речь шла о картине Василия Перова «Охотники на привале». Не знал, кто такая Марфа, но подозревал, что это хранитель с картины неподалеку от «Княжны Таракановой». Ортранса не любили и побаивались все обитатели галереи. Правда, попытки Льва выяснить, в чем причина страха, потерпели крах, никто так и не ответил толком.

Не сразу отыскал «Охотников», скорее ориентировался на самый пустой зал, чем помнил, где висит картина. Но они явно ждали его и, скорее всего, уже знали его вопрос.

Он встал напротив картины, будто желая разглядеть ее получше, и улыбнулся, уловив ни с чем не сравнимый запах осени. Многие картины делились с одаренными атмосферой, и эта не стала исключением.

– Илья отправил к вам