Охота на бронзовую кисть - Анна Пожарская

тоже было негладко: на заднем плане красовался заснеженный белый храм, чуть ближе на земле стоял снятый колокол, лежали раненые и мертвые, кажется, только что завершилась неудачная битва. Лада могла поставить деньги, что женщина смотрит на нее. И ждет. То ли сигнала, то ли развития событий.

– Что встала? – строго поинтересовалась Нарлиоль. – Вперед!

Лада распахнула шкатулку, хватила ртом воздуха и направилась к «Княжне Таракановой».

***

Весь вечер Лев не мог понять, что происходит. Лада хвостиком ходила за Нарлиоль и совсем не реагировала на его попытки обратить на себя внимание. В конце концов, он решил лишний раз не мозолить глаза, могла подвести маскировка, и понаблюдать со стороны.

Глядя на гуляющих по залам Ладу и Нарлиоль, Лев никак не мог отделаться от ощущения, что сейчас женщины связаны куда крепче, чем Лада и он. Правда, ведьма использовала связь как-то необычно. Выпивая накопленное жертвой, она добавляла немного своей силы и, почти как вигнета, создавала прикрытие. Похоже, именно из-за него местные хранители не воспринимали ее врагом, хотя должны были. Обычно ведьмы не могли смешивать свои силы и материал, из которого воплощали вигнетов, а у Нарлиоль смесь выходила рабочей и казалась безопасной. Лев не брался гадать, дело в опыте или в другой природе дара, просто принял к сведению.

Заподозрил неладное, когда Нарлиоль сняла с Лады часы. Чутье подсказало, что черепашкой, похоже, управляют извне, иначе она давно бы попросила об услуге. Не стала бы ждать до ночи. А уж когда девушка понесла шкатулку к картине, все встало на свои места. Обычная Лада знала, что этого нельзя делать ни в коем случае.

Когда она направилась к картине, Лев стоял поодаль, в десяти метрах от «Княжны Таракановой». Ближе до поры было нельзя. Нарлиоль могла если не увидеть его, то почувствовать.

С Ильей порядок действий не оговаривали, и Лев застыл, раздумывая, как поступить. Затаил дыхание, подсчитывая Ладины шаги. Раз… Он тоже приблизился на полметра. Два… Картина с княжной пришла в движение, ухо четко уловило звук текущей воды. Лада сильнее сжала шкатулку. Лев приготовился к рывку. Три! Сорвался и почти прыгнул на свою пассию, сшибая с ног и откидывая шкатулку в сторону.

Лада выругалась. Лев собрался сказать что-то ободряющее и протянул руку. Слева протяжно и жалобно завыла собака. Все внутри сжалось. Он уже слышал этот вой на кладбище!

– Попался, голубчик, – прорычали голосом Нарлиоль и, прежде чем Лев успел оглянуться, на него прыгнула огромная призрачная псина.

Краем глаза он еще заметил, как Лада подняла с пола шкатулку и пошла к картине. А после монстр клацнул зубами около самого уха, и Лев сосредоточился на нем.

Этот пес пах мокрой шерстью и был куда сильнее и тяжелее кладбищенских, мужчина держал его морду вдали от шеи неимоверными усилиями. Руки онемели, а монстр так и не потерял напор. Рычал и скалился, вовсю напирая вперед. Лев прикрыл глаза и попытался призвать заготовленного вигнета. Главное, чтобы хранители библиотеки не помешали тем явиться. Они не всегда отличали, какие из подручных безопасны, а какие нет.

Пес сменил тактику. Дернулся и со всей ненавистью впился зубами в плечо. Лев взревел. В нос ударил запах сырости. А в тело, будто змеиный яд, впрыснули холод, и тот с неприличным для такой субстанции проворством потек по жилам. Мужчина открыл глаза и поймал взгляд женщины с картины напротив. Она строго смотрела в его сторону.

– Помоги… – прошептал одними губами, пытаясь вспомнить, как называется полотно. Без этого хранители не всегда отвечали на просьбы. Кажется, «Конец Новгородского веча»? Или уничтожение…

Монстр сильнее сжал челюсти, и Лев застонал. Да его же угробят раньше, чем придет помощь! А потом уши уловили глухой звук колокола. Будто его язык был не, как обычно, внутри, а кто-то снаружи бил по звонкой поверхности.

Над головой послышалось конское ржание, и псина, видимо, получив удар, чуть ослабила захват. Лев собрал силы и выбрался на свободу. Рука подчинялась плохо, но все остальное вроде работало.

– Марфа, шкатулка! – выкрикнул стоящий рядом Илья Муромец и еще раз замахнулся на монстра палицей. Тот ловко увернулся.

Лев охнул. Псина была размером почти с конного богатыря. Она то ли росла от ударов, то ли изначально могла менять размеры.

У входа в зал появился Алеша.

Псина изловчилась и снова прыгнула на Льва. Он упал и опять ухватился за монстра. Тот бесполезно лязгнул зубами где-то около уха. Лев пнул врага ногой.

Напор ослаб. Илья выругался так сочно, что стало не по себе.

Пес отпрыгнул в центр зала, и Лев увидел его. Огромное облако из сине-зеленых, сплетенных в единый клубок полупрозрачных змей. Они шевелились и переползали с места на место, но сохраняли контакт. Мужчина тяжело проглотил слюну. Нашел силы отвести взгляд и заметил стоящую на полу шкатулку. Похоже, все-таки освободили Ортранса. Лады нигде не было.

Лев посмотрел на псину. Путь к вигнету ей преграждал подоспевший Добрыня, но она явно собиралась попасть к приятелю. Кольнуло мыслью: если они воссоединятся, случится непоправимое. Учитывая возможности Ортранса, массовая резня в столице будет самым легким развитием событий. Лев хватил ртом воздух и побежал к собаке. Хотя бы попытается остановить этих двоих!

Не сказал бы и под пытками, откуда взялись силы. Пес не ждал атак с его стороны. Лев, как на лошадь, запрыгнул на него верхом, ухватился за шею и затянул убивающее вигнетов заклинание. Не поручился бы, что оно поможет от Нарлиоль, но решил попробовать. В конце концов, если ее сила может смешиваться с их, то они существа одной природы.

Богатыри обступили Ортранса. Лев повторял нужные слова и наблюдал, как слаженно атакуют эти трое. Псина брыкалась как необъезженная лошадь, но, похоже, попытка связаться с Ортрансом на расстоянии отнимала у нее силы, и Льву удавалось удержаться верхом. Свалился перед последним словом. Договаривал, падая на пол и надеясь на провидение.

Громче его слов звучал только призывный звон колокола.

Все закончилось так же внезапно, как началось. То ли без псины Ортранс не мог долго быть за пределами картины, то ли город подкинул сил богатырям, но они даже не стали загонять его к княжне. Добили прямо посреди зала и стояли, наслаждаясь видом пенящийся черной лужицы. Останками могучего монстра.

Лев не мог толком пошевелиться. Болела каждая мышца, но от Нарлиоль не осталось даже сумочки. А вот Лады по-прежнему нигде не было.

– Тут была девушка, – обратился он к Илье. – У нее еще шкатулка…

– Девушка? Гостит у княжны, – пробасил богатырь.