Ведьмам накладывают швы - Джульетта Кросс

– Ты сам сказал, что мы друзья. – По-моему, я даже всхлипнула.

– Я солгал. – Его большие пальцы продолжали мягко описывать круги по моим запястьям, изучая пульс. – Мы никогда не сможем быть просто друзьями. Ты же знаешь. Ты не глупая.

Я знала. Знала! Но черт возьми, не обязательно было говорить это вслух! Как я теперь смогу смеяться над его попытками флиртовать? Как смогу скрывать жгучее сексуальное напряжение? Джинна уже не загонишь обратно в бутылку. Что сказано, то сказано. Да может, к черту уже этот дурацкий расклад? Сама не знаю.

– Мы работаем вместе, – пролепетала я. В моем тоне звучало отчаяние. И откуда только оно взялось.

– Это тоже не так. Я инвестировал деньги в твой бизнес. Время от времени я помогаю с оборудованием и помещением, но мы не работаем вместе. Скорее уж я арендодатель.

– Давай без придирок.

– В любом случае это не имеет значения. – Нико склонил голову и нахмурился.

– Может, у нас конфликт интересов, – добавила я, все еще пытаясь найти выход.

Его пронзительный взгляд стал еще пристальнее. Я могла бы поклясться, что он вот-вот превратится в волка – его энергия током пробегала по моей коже. Его тело шептало мне что-то вроде песни сирены, пленило меня своим почти враждебным и жестоким обаянием.

– Не может. – Его взгляд опустился к моим губам, но между нами все еще сохранялось небольшое расстояние. Нико просто смотрел на меня, его широкая грудь поднималась и опускалась. – Ты просто убегаешь.

– Я боюсь, что все пойдет наперекосяк. – Мой голос дрожал. – И дело закончится разбитыми сердцами. У нас обоих.

– Такого не будет, – убежденно сказал он.

– Мы ведь…

– Я знаю, кто мы, – бросил он в ответ почти со злостью. Он крепко, но осторожно сжал мои запястья. – И кем мы могли бы стать! – рыкнул он. – Если ты позволишь этому случиться. – Он выпустил мои руки. Его голос был хриплым и резким, он требовал моего внимания. – Я устал ждать, Вайолет.

Я не шелохнулась. Не ответила ему. Не воспользовалась возможностью, которую он предлагал. Почему? Потому что он был прав. Я убегала. И я, черт возьми, не знала, что делать. Его первобытный, собственнический взгляд буквально кричал: «сердце, душа» и «навсегда». Но то предостережение из расклада продолжало преследовать меня.

Его сила напугала меня до полусмерти. Никто никогда не смотрел на меня так. Это было невероятно – и в то же время очень страшно.

Впервые в жизни я дрогнула. Я просто стояла, не в силах выдать какой-то ответ, не понимая, как лучше поступить. Я так боялась сделать неверный шаг, что вместо этого просто замерла на месте.

Нико сдержанно кивнул головой, сжал руки в кулаки и отступил на шаг, на мгновение опустив глаза, а затем развернулся и направился в прихожую.

– Знаешь, я правда очень устал. – Он указал на дверь, в его тоне слышались разочарование и недовольство.

Он меня выгонял?

Выгонял!

Он что, бросает меня? Мы еще даже не начали встречаться!

У меня отвисла челюсть, и я не сразу опомнилась. Напустив на себя показную уверенность, я прошествовала через гостиную. Заметив его рюкзак, я кое-что поняла.

– Ты вернулся на день раньше.

Мешки под глазами внезапно стали заметнее, но Нико по-прежнему смотрел жестко. Он словно отгородился от меня ледяной стеной.

– Мне нужно отдохнуть, Вайолет.

Он не собирался объяснять, почему вернулся раньше и почему так плохо выглядит. Я точно знала, что они с Матео обычно возвращались крепче и сильнее, чем уезжали. Что же изменилось сейчас?

– Тебе не обязательно было возвращаться раньше времени из-за стаи.

– Я этого и не делал.

– Они не появлялись, – заверила я его.

Выражение его лица было совершенно непроницаемым, а взгляд по-прежнему враждебным.

– Знаю.

Разумеется, он знал. Он был на связи с Рубеном и Девраджем, которые, очевидно, следили за оборотнями.

– Тогда, пожалуй, я пойду.

– Отличная идея.

Я хмуро посмотрела на Нико. Он был все так же серьезен, непреклонен, равнодушен. В глубине его глаз бушевала буря.

Я пулей вылетела из дома и направилась через двор к студии. Он никогда не сердился на меня по-настоящему, но эта холодная ярость, несомненно, еще долго будет преследовать меня в воспоминаниях. Я прошла через студию и вышла на улицу с ощущением какого-то оцепенения.

Клара ушла, но Генри оставался на своем посту. Я ничего не сказала, а просто направилась домой, отстраняясь от всего. Словно плывя по течению.

По дороге я прокручивала в голове наш разговор. Внутри все сжималось от воспоминаний о нежных, обжигающих прикосновениях его рук. Гипнотический взгляд его глаз и касания пальцев так заворожили меня, что всю дорогу домой я буквально грезила наяву, пока вдруг не обнаружила себя на диванчике в нашей мансарде. Я посмотрела в окно и увидела Арчи, который резвился во дворе у Девраджа.

Я вновь вспомнила, как боль от разбитого сердца отразилась у Нико во взгляде. Меня опять захлестнуло эмоциями, а к глазам подступили слезы. Неужели предсказание Смерти уже сбылось, когда я отвергла то, что могло быть между нами, когда не дала отношениям начаться?

Лежа на боку, я прижимала к животу мягкую подушку. От отвращения и жалости к самой себе мне хотелось кричать. Мысли роились в голове, и рассудок туманило страхом и тоской.

Я крепко зажмурилась, гоня чувства прочь. Мысли перенесли меня в далекое в прошлое. Стоял летний день. Зеленая трава покалывала ноги. Светило теплое солнце. Рядом смеялась сестра-близняшка. Я так и уснула.

Сон шел по кругу, и только чувственные образы сменяли друг друга. Синегрудый жаворонок распевал песни на ветке цветущего кизила. Когда все затихло, внутри моего сознания зазвучал мудрый голос тети Бэрил:

«Твоя настоящая любовь сломана изнутри. Как и сами оборотни».

Резко, словно меня растолкали, я проснулась и подскочила, усаживаясь на диван. Солнце уже скрылось за домами.

– Господи!

Оказалось, я проспала целый день. Но поразило меня нечто другое.

Голос Нико резонировал с голосом тети Бэрил.

– Наверное, я просто сломлен изнутри.

– Это он, – дрожа, прошептала я сама себе.

Слова тети Бэрил врезались в мое воспаленное сознание и пронзили душу:

«Умный провидец сам на себя не гадает».

Магия не просто обжигала мне кожу. Она выжигала нутро, наказывая меня за то, что я этого не понимала.

Не в силах не обращать внимания на внутренний порыв – взяться за карты, – я поднялась в спальню и достала из письменного стола любимую колоду – ту, что подарила мне мама. Именно на ней я гадала в