В погоне за лунной альфой - Инесс Эшборн

Он поцеловал её в макушку и улыбнулся.

— Ты права, — сказал он. — Мы — клан. И мы никуда не денемся.

Они стояли на крыльце, глядя на горы, и чувствовали, как ветер приносит запах свободы. Все уходят — но они остаются. И это было главным.

Сольми не знала, что попросит ведьма. Не знала, когда вернётся Юн. Не знала, что ждёт её впереди. Но она знала, что Тэхён будет рядом. Что её стая будет рядом. И что она справится со всем — потому что у неё теперь есть то, ради чего стоит жить.

Она улыбнулась и взяла его за руку.

— Пойдём, — сказала она. — У нас ещё есть неделя до полнолуния. Я хочу провести её с тобой.

Он сжал её ладонь и улыбнулся в ответ.

— Я тоже, — сказал он. — Я тоже.

Глава 28

Тэхён стоял на границе территории клана Хан, вглядываясь в сумерки, которые опускались на горы Канвондо. Последние дни были наполнены тишиной и покоем — такими, каких он не знал уже много лет. Сольми была рядом, её метка горела на его плече тёплым серебряным светом, и он чувствовал себя впервые за долгое время по-настоящему живым.

Но этот покой был обманчив.

Он почувствовал его запах за несколько минут до того, как увидел. Магия — терпкая, горькая, с нотками старой крови и высушенных трав. Тэхён замер, вглядываясь в темноту между сосен, и через мгновение из тени выступила знакомая фигура.

Юн.

Маг выглядел лучше, чем в их последнюю встречу на поле боя. Его зелёные глаза светились ровным, спокойным светом, а лицо больше не было бледным и измождённым. Он восстановился. Или почти восстановился. Тэхён не считал сколько времени прошло с тех пор, как маг исчез в лесу после битвы с Чон Пэком, казалось это всё было в прошлой жизни.

— Ты вернулся, — сказал Тэхён, не двигаясь с места.

— Да, пришел забрать должок, — ответил Юн, останавливаясь в нескольких шагах. — Ты же всегда держишь свои обещания?

Тэхён не стал отвечать на его вопрос, посчитав его риторическим.

— Ты знаешь, где я живу. Ты мог прийти в лагерь.

— Не мог, — покачал головой маг. — Там слишком много глаз. Слишком много ушей. Разговор, который нам предстоит, не для чужих ушей.

Тэхён напрягся. Внутри него зашевелилась тревога — та самая, которую он научился подавлять за годы скитаний.

— Говори.

Юн помолчал, глядя на него странным, проницательным взглядом. Потом заговорил — тихо, но отчётливо:

— Помнишь наш уговор? Ты должен был мне плату за помощь. Я помог тебе спасти твою пару. Я помог тебе победить Чон Пэка. Теперь настало время отдать долг.

— Я помню, — ответил Тэхён. — Говори, что тебе нужно. Если это в моих силах — я отдам.

Юн посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. Его зелёные глаза в свете луны казались почти чёрными, как бездонные колодцы.

— Амулет, который носит твоя пара, — сказал он. — Её отца, что она нашла. Старый, серебряный, с чёрным камнем. Она с ним не расстаётся.

Тэхён замер. Холод разлился по его венам, сковывая движения, сжимая горло. Он знал, о каком амулете говорит Юн. Сольми носила его на груди всегда, с того самого дня, как нашла его в тайнике отца. Он стал её талисманом, её защитой, её связью с прошлым.

— Этот амулет — не моя вещь, — сказал Тэхён, стараясь говорить ровно. — Он принадлежит Сольми. Он — наследие её отца. Ты не можешь просить меня отдать его.

— Могу, — спокойно ответил Юн. — И я не прошу. А требую соответсвующую оказанной услуге плату. Потому что этот амулет теперь интересует меня. И только теперь. Раньше он был просто артефактом — старым, сильным, но бесполезным для меня. Однако после того, как вы с Сольми закрепили истинную связь, свойства амулета изменились. Теперь он представляет собой ценность не только для оборотней.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Тэхён, чувствуя, как внутри него разрастается тревога.

— Амулет, теперь это не просто оружие против оборотней, — сказал Юн, делая шаг ближе, — это ключ. Ключ к древнему знанию, которое хранилось в вашей крови. Когда вы поставили друг на друге метки, когда вы соединили свои души, амулет счёл вас достойными. Он открылся. И теперь в нём — сила, которая мне необходима.

Тэхён смотрел на мага, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног.

— Но ты должен понимать, что я не могу просто взять и отдать амулет Сольми. Это предательство. Это разрушит всё, что мы с ней построили.

— Это плата за мою помощь, — ответил Юн. — Ты дал слово, Тэхён. Ты обещал мне плату, когда она понадобится. Настал этот час. Я могу уйти без амулета — и ты никогда не увидишь меня снова. Но тогда никто не может гарантировать, что оборотни, которые тебе дороги будут живы и здоровы. Таковы последствия нарушения сделки.

Тэхён молчал. Он смотрел на мага и чувствовал, как внутри него разрывается что-то важное. Он дал слово. Он пообещал плату. Но плата оказалась слишком высокой. Слишком личной. Слишком болезненной.

— Дай мне время, — сказал он наконец. — Я подумаю.

— Дам, — кивнул Юн. — Три дня. Если через три дня амулет не будет у меня, я уйду. И ты меня больше не увидишь. И что-то исправить уже не выйдет.

Маг исчез так же бесшумно, как и появился. Тэхён остался стоять на краю леса, глядя на то место, где только что стоял Юн, и чувствовал, как холодный ветер пронизывает его тело до самых костей.

Три дня. У него было три дня, чтобы выбрать между честью и предательством. Между словом, данным магу, и любовью, которую он чувствовал к Сольми. Мысль о том, что нарушенная сделка с магом может обернуться трагедией для его родных не давала ему здраво мыслить.

Он вернулся в лагерь. Сольми стояла у печи, вымешивая тесто, и её руки двигались в ритме, который он знал так хорошо. Она улыбнулась, когда увидела его, и в её глазах зажглась та искра, которая делала его счастливым.

— Ты ходил на границу? — спросила она.

— Да, — ответил он. — Проверял, всё ли спокойно.

— Хорошо, — она кивнула, возвращаясь к тесту. — Я испеку сегодня что-то новое. Придумала рецепт, который должен дать нам ещё больше сил.

— Я люблю тебя, — сказал он вдруг.

Сольми обернулась, удивлённая его тоном. Он редко говорил это так серьёзно, так прямо.

— Я тоже тебя люблю, — ответила