Мой ласковый и нежный ... эльф - Елизавета Владимировна Соболянская

Когда первые солнечные лучи позолотили верхушку стены, дроу собрались уходить. Подписанный в трех экземплярах договор скреплялся магией и кровью Марианны и матриарха.

Дамы развернулись к воротам, а две дюжины мужчин, на которых магичка ощущала свои метки, остались.

— Матриарх Диенна! — окликнула старуху баронесса на человеческом. — Вы забыли своих воинов!

— Они испорчены твоей магией, — на том же языке ответила старуха, сверкнув белыми подпиленными зубами, — забирай себе! Или убей. Пещеры не примут их обратно!

Марианна с трудом нашла в себе силы промолчать. Как, по мнению этой чокнутой, она должна разговаривать с мужчинами дроу, не зная языка?

— Матриарх, — все же добавила она ее в спину, — тогда оставьте мне еще и эльфа. Как же я буду отдавать приказы вашему подарку?

— У тебя свой эльф есть! — фыркнула вредная старуха, входя в портал.

— Да чтоб… — магичка заткнула себе рот руками, но, видимо, вербальная формула ее огню не особенно была нужна — рой искр сорвался с ее головы и помчался к порталу, влетев в плюющееся фиолетовыми искрами кольцо в последний момент.

Почему-то от дроу-воинов пришло ощущение одобрения, а вот женщины, тихо просидевшие все переговоры за спиной Марианны, ахнули.

— Что теперь будет?

— Да ничего, — вздохнула Марианна, — дроу и сами сильны в магии. Перехватят. О, уже перехватили. Думаю, даже не обиделись. Сочтут достойным ответом за “подарочек”.

— Так вам этих мужиков подарили? — пискнула в восторге одна из дочерей Калеба. Кажется, Фиона?

Девушка миловидная, но весьма рослая и крепкая. По возрасту она уже вполне могла быть женой и даже матерью, но не торопилась замуж. Дел и детей ей и в родительском доме хватало, а вот приданого большого не было.

— Подарили, — вздохнула баронесса, — и мне теперь нужно решать, что с ними делать.

Ее собственные солдаты уже спустились со стен, с долей опасения поглядывая на рослых темнокожих бойцов.

— Ваша милость, что с этими делать-то? — спросил Кеннет.

— Придется на довольствие брать, — вздохнула Марианна. — Матриарх дроу отдала их мне как порченных моей магией. Скорее всего, они еще и шпионить для нее будут. Насколько я знаю, материнские клятвы завязаны на кровь и не снимаются. Толку от них никакого, одна обуза…

Сотник посмотрел на дроу нехорошо, и, видимо, этот взгляд стал последней каплей, один из дроу шагнул вперед — плавно, грациозно, удивительно красиво — и опустился перед Марианной на колени:

— Госпожа, — сказал он на ломаном человеческом, — мы не вредить. Мы служить. Верно.

— А клятвы? — Марианна не стала говорить о том, что понимает эльфийский. — Если ваша матриарх прикажет, вы зарежете меня или моих людей.

— Нет, — с этими словами дроу рванул кожаный колет так, что завязки и пуговицы полетели в стороны, и показал белые татуировки, перечеркнутые свежими ранами. — Матриарх… опасалась, что через это, — тут воин ткнул в язычок пламени на плече, — нас заставят убить их.

Марианна протянула руку, прикоснулась своей магией к тонкой вязи знаков и прислушалась. Вязь действительно была оборвана. Кто-то не просто поранил воина, кто-то знающий и умелый рассек полотно клятвы, обрывая нити, идущие между этим мужчиной и его родом.

Это было так же страшно, как потерять семью, страну, жизнь… Удивительно, что эти мужчины еще стояли тут, а не бросились на свои мечи.

— Вам… предлагали умереть? — спросила Марианна, подходя к другому воину под пристальным взором Кеннета.

Сотник не выпускал из руки меч, а его воины наставили на дроу заряженные арбалеты. Впрочем, темнокожие бойцы отнеслись к этому спокойно.

— Мать моей матери сказала, что наша жизнь в руках человечки с белыми волосами, — говорил все тот же воин, что первым снял одежду.

— Значит, будете жить, — констатировала Марианна, проверяя татуировку следующего дроу. Она собиралась проверить всех — одной тонкой нити магичкам дроу достаточно для подчинения мужчины. Лучше не рисковать. И если они действительно принадлежат ей… Есть альтернатива воинам герцога, докладывающим его светлости о каждом шаге баронессы.

Глава 43

Возвращение в Лучегорск вышло весьма заметным.

Дроу с трудом выносили солнечный свет, так что пришлось им закутаться в плащи с глубокими капюшонами, отчего процессия, идущая вслед баронессе, выглядела не то похоронной, не то черномагической.

Марианна спокойно доехала до своего дома, спешилась и отдала Кеннету приказ:

— Дроу размести, накорми. Ночные дежурства им в паре с твоими парнями. Как освоятся, будут нести караул самостоятельно. На довольствие поставить как мою личную стражу. Потом решим, что с ними и как.

— Ваша милость… можно ли так доверять? — перешел на шепот сотник.

— Мои метки с них никуда не делись, — хмыкнула Марианна, зная, что именно шепот привлек внимание дроу сильнее крика. — Попробуют сбежать или причинить мне зло — вспыхнут, не успев помолиться Ллос.

— Понял! — Кеннет не особо доверял магии, но был хорошо знаком с искусством Марианны, поэтому, успокоенный, повел отряд в казармы.

Баронесса оглядела утреннюю суету во дворе дома и устало потерла висок — спать хотелось неимоверно. А придется идти к герцогу, докладывать, а потом еще и отчет писать со всеми подробностями.

Корбет ждал на крыльце ратуши — ему уже доложили о возвращении Марианны, и он стоял, делая вид, что наблюдает за ремонтом коновязи, нервно похлопывая перчатками по бедру.

— Доброе утро, ваша светлость! — Марианна старалась выглядеть собранной, прятала зевки, но опытного командира провести не удалось.

— Доброе, всю ночь совещались?

— Пришлось, — пожала плечами девушка.

— Удачно?

— Как сказать… Ваша светлость, вы действительно хотите обсуждать переговоры с дроу на площади? — с легким любопытством спросила Марианна. При этом держалась она так, словно готова была немедля все выложить — прямо тут, невзирая на чины и звания.

— В кабинет! — Корбет кивнул на здание ратуши, и баронесса спокойно пошла впереди него в… собственно, в свой кабинет.

Рассказала все коротко, экземпляр договора для королевской канцелярии предоставила не споря, потом устало потерла лицо и отпросилась отдыхать. Герцог кивнул, отпуская, а сам все смотрел в договор…

На человеческом и дроударе было написано все — соглашение, подписи, обязательства сторон… Кроме конкретных сумм и товаров для обмена! Вот как эта девчонка умудрилась уговорить матриарха прописать