Мой ласковый и нежный ... эльф - Елизавета Владимировна Соболянская

С некоторым напряжением эльф вошел в сводчатое помещение и, к собственному удивлению, увидел там… эльфийку!

— Леди! — вежливо поклонился он.

— Аннелис Традион Сэтти, — представилась та полным именем, — отправлена на службу Владыкой.

— Эллиас Горион Тэлла, — назвался ледяной маг, быстрым взором ловя подсказки в одежде и прическе незнакомки.

Очень юная, скорее, всего лишь недавно отметила совершеннолетие. Однако клинок на бедре прилажен так ловко, что если бы Эллиас сам не служил, он бы, пожалуй, его и не заметил. Девушка тонкая, хрупкая, изящная — настоящая чистокровная эльфийка, да еще портальный маг. Почему Владыка отправил человечку на службу человеческому королю? Потому что его сестра тоже здесь? Чтобы принцесса могла исчезнуть, если того пожелает?

Закончить мысль эльф не успел — ему указали на портальный круг и уточнили:

— Лучегорск?

— Лучегорск!

— Постарайтесь не упасть!

Вспышка света, легкая тошнота, и… под ногами кривая брусчатка центральной площади Лучегорска!

Облегченно выдохнув, Эллиас развернулся в сторону дома баронессы дю Сольм и застыл — у ворот, сияя синеватой металлической броней, застыли воины дроу! Глава 42

Встреча с матриархами дроу по традиции проходила в полночь.

К пещерам Марианна не поехала, предпочла встретить суровых воительниц в домике травниц — от слишком деятельного герцога подальше и в целом потише, никто ничего лишнего не увидит.

В качестве свиты баронесса взяла две дюжины бойцов из выделенной ей сотни, плюс жену и нескольких дочерей Калеба. Хотела бы взять парочку дам постарше — матриархи дроу ценили возраст, до которого в пещерах доживали не все, но увы, настолько смелых дворянок в Лучегорске не нашлось.

Когда дамы расположились на крыльце, распахнув ворота, а воины встали на стенах, готовясь защищать и оберегать баронессу, с тропы донесся легкий шелест, ударил порыв пряного ветра, а через миг в воротах показались первые воины дроу. Марианна вскинула голову и как-то разом пересчитала их, застывших между столбами. Две дюжины. Двоих не хватает.

В отличие от эльфов, дроу считали “черными дюжинами” — не по двенадцать, а по тринадцать. Два воина погибли от ее огня при попытке взломать “рисунки” на их телах.

С трудом сохранив самообладание, магичка замерла, умоляя свой огонь сидеть тихо.

Сейчас не время для огненного буйства, сейчас ей необходимо ледяное спокойствие. Нужно вспомнить, с каким равнодушием ко всему она жила в этих стенах до появления Эллиаса… Вот мужа она, пожалуй, вспомнила зря. Маска чуть не треснула! А между тем за воинами дроу показались рослые матриархи.

Худощавые темнокожие женщины с широкими плечами и очень маленькой грудью. Очень грациозные, воинственные, увешанные оружием, одетые в легкие доспехи, отливающие синевой, украшенные насечками в виде паутины. Волосы собраны в высокие хвосты и отличаются цветом — в основном серебристые или седые, но есть и чернильно-черные, и крашеные прядями в разные цвета. Марианна не знала, что это все означает, но заметила, что на ее седую голову матриархи смотрят с долей уважения.

— Приветствую вас, матери дочерей! — встав из кресла, уважительно сказала баронесса.

Матриархи чуть сощурили глаза и вытолкнули вперед… эльфа! Мелкого, бледного, худого и рыжего. Тот поклонился низко-низко и залепетал на дровском, который был по сути диалектом эльфийского, а уж язык противника Марианна худо-бедно знала. Во всяком случае, понимала почти все.

Эльф споро перевел приветствие, не добавив ни одного лишнего слова. Баронесса сделала себе мысленную пометку. Переводчик явно боится матриархов, но переводит дословно.

В ответ вперед выступила самая рослая дроу с пауком на плече и заговорила. Марианна поняла ее речь, но внимательно смотрела на эльфа, который переводил почти синхронно.

А говорила матриарх о том, что у них был договор с виконтом о поставках льна, зерна и свежих овощей. Что злодей получил аванс золотом, а товар не предоставил, и теперь баронессе придется поставлять в пещеры товары, пока долг не будет уплачен. А еще мать матерей и жрицы Ллос считают всю ситуацию оскорблением и требуют свою виру — молодых, крепких мужчин на алтарь паучьей богини, а также тонкие мягкие ткани, меха и сладости.

Марианна выслушала весь этот бред со спокойным лицом, потом сдержанно улыбнулась:

— Виконт Домбрей сознался под пытками, что не получил от вас ни одной золотой монеты. Зерно и ткани он менял на оружие, тонко выделанную кожу, драгоценные камни и редкие ингредиенты для зелий. Все это он продавал сам, а чаще менял, чтобы получать от нужных людей бумаги, с помощью которых надеялся отнять мои земли навсегда. Зачем же начинать переговоры с обмана? — почти ласково сказала Марианна и улыбнулась той неживой кровожадной улыбкой, которой улыбалась в бою.

Дроу не дрогнули, но отступили, перегруппировались и выпихнули вперед даму помельче, покруглее и явно более хитрую. Та запела мягким голосом о том, что людям нужны добрые отношения с дроу, особенно сейчас, после войны с эльфами…

— Вы именно поэтому прислали две дюжины воинов, чтобы заключить со мной мирный союз? — хмыкнула Марианна.

Дроу даже не сбилась с речи, подтвердила, что “мальчики хотели передать послание матриарха дроу — и только”.

— Что ж, они его передали, — так же сладко улыбнулась в ответ баронесса, — а теперь я хочу услышать реальное предложение о торговле, или ни одно зерно, ни один кусок ткани не попадет в пещеры с моей земли. Наложу магический запрет! Такой же, как наложила на них, — тут девушка небрежно кивнула на мужчин, которые спрятали язычки огня под одеждой, но она все равно ощущала на них свою магию.

Матриархи поперхнулись и снова перегруппировались. Теперь вперед вышла старуха с мудрыми глазами. Сутулая, седая, морщинистая, но все еще мощная и очень проницательная:

— Хотела бы я иметь дочь, похожую на тебя, — сказала она, — или внучку.

Марианна промолчала.

Вообще, она знала, что это огромный комплимент от такой дамы, но… иногда лучше молчать, чтобы не попасть на крючок слишком личных отношений.

Молчание было принято благосклонно, и с этой минуты пошли уже настоящие переговоры.

Баронесса не зря затвердила цены на товары дроу, не зря делала вид, что слушает переводчика, а на самом деле с помощью “чуткого уха” прислушивалась к болтовне матриархов и мужчин — благодаря этому она отчаянно торговалась и к рассвету сумела договориться не только о продаже зерна и льна, но и о продажах готовых тканей, льняного масла, свежих овощей, сушеных ягод