Враг императора - Жасмин Мас

Я напряглась, ожидая ответного удара.

Его ресницы дрогнули, ноздри раздулись. На лице мелькнула жестокая насмешка. Прошли долгие, мучительные секунды, и как раз в тот момент, когда я уже решила, что он нападёт — словно свернувшаяся кольцами ядовитая гадюка, готовая в любой миг броситься, — его плечи расслабились.

— Пришло время вечерней тренировки, Равенал.

В его голосе звучало холодное, издевательское удовольствие.

— Пойдёшь со мной в пустыню. Сейчас же.

Близнецы одновременно облегчённо выдохнули.

— Все трое.

На этот раз выругалась не только я.

11

СТАДИЯ ГОРЯ: ЯРОСТЬ

— Останови мою атаку! — крикнул Тарантул в стремительно остывающую ночь, и его вытянутая рука засветилась во тьме.

По другую сторону ревущего костра я стояла рядом с близнецами. С ладони Тарантула сорвалась штормовая магия, превратившись в настоящий огнемёт. Я стиснула зубы, мысленно готовясь к боли, но не сдвинулась с места.

Правило выживания: Никогда не показывай свой страх.

Жар лизнул лицо. В самое последнее мгновение я отпрыгнула.

Близнецы остались стоять неподвижно, скрестив руки в Щитах, и магическое пламя погасло, едва коснувшись их предплечий.

Тарантул опустил сияющую руку. Линия его челюсти была такой острой, будто могла рассечь металл, а глаза вспыхнули. Я попыталась вспомнить глухой удар его тела о песок, когда он рухнул с нераскрывшимся парашютом. Хорошие были времена.

Близнецы тяжело дышали, опуская Щиты и пытаясь перевести дух.

— Достаточно, — сказал Тарантул Элле, когда та согнулась, уперев ладони в колени.

Тарантул резко развернулся, вскидывая руку. Магия взорвалась ещё ярче прежнего.

Удар обрушился на ничего не подозревающего Акселя. Тот едва успел выпрямиться, создать Щит и отбросить вспышку в сторону. Вдалеке взметнулся песок, когда перенаправленное пламя врезалось в землю.

— Промазал, — поддел Аксель. Пот ручьями стекал по его лицу.

Тарантул послал в него новую волну магии.

Аксель попытался её отразить, но более мощный огненный поток оказался ему не по силам; он взревел, сильнее прижимая предплечья к груди и едва удерживая пламя. Секунды растянулись в бесконечную минуту.

Под натиском он рухнул на колени.

— ХВАТИТ! — закричала я, вскакивая на ноги.

Тарантул развернулся и направил прямо на меня гораздо меньшее пламя. Я повторила стойку Акселя, широко расставив ноги и выставив руки в Щит, прекрасно понимая, что это ничего не даст.

Прошу тебя, древний бог, защити меня.

Ноги задрожали. Жар набросился на меня, словно взбешённый свирепый волк, щёлкая зубами у самой шеи, и я рухнула на землю, опалив конец косы.

Я перевернулась и легла на прохладный песок, дрожа, пока пот высыхал на коже. Над головой мерцало море звёзд. Сердце болезненно колотилось, а экзистенциальное истощение разъедало мои уставшие до костей силы.

Это задание невыполнимо. Я не справлюсь.

Сквайр бесшумно парил в чернильной темноте неба, широко расправив крылья, наслаждаясь прохладой пустынной ночи. В его клюве билась крошечная свирепая мышь. Он подбросил её в воздух и целиком проглотил. Насилие повсюду.

— Ещё раз, Равенал. — Голос Тарантула хлестнул, словно кнут.

Я подняла голову, затёкшая шея ныла, и взглянула на это зло.

Между нами плясал костёр, отбрасывая на него зловещий силуэт. Его глаза налились багрянцем, а в их стеклянной глубине отражалось пламя.

— На ноги. Мы не остановимся, пока ты не добьёшься результата.

Я никогда этого не добьюсь. Это просто пытка. Никто меня не спасёт. Не от этого.

Я поспешно вытерла глаза, пытаясь скрыть слёзы. Поленья сдвинулись с громким треском, и в небо взметнулся дождь искр.

— Равенал, на ноги! — Он указал на меня пальцем.

Спасай себя сама.

Я резко отползла назад, и пламя лишь чудом не коснулось босых пальцев. Час назад мои сапоги начали плавиться, и это ощущение оказалось настолько ужасным, что я просто сбросила их.

Близнецы наблюдали за мной с одинаковыми мрачными лицами, пока я, пошатываясь, вставала рядом с ними. Все трое подняли руки, создавая Щиты, но лишь один из нас притворялся. Час спустя у меня не осталось половины брови, самый кончик носа был обожжён, а ступни покрылись волдырями.

— На сегодня всё. — Тарантул одарил меня взглядом, полным ледяного раздражения, и зашагал обратно к ангару.

Опираясь на Эллу, я ковыляла рядом с ней и Акселем, а Сквайр молча сидел у меня на плече. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем мы наконец добрались до спальни.

— Зора, ты в порядке? — обеспокоенно прошептала Элла, пока я вытирала глаза.

Сквайр вспорхнул с моего плеча и юркнул под одеяло, устраиваясь возле подушки. Я заставила себя улыбнуться.

— Конечно. Бывало и хуже. А ты как? Ты сегодня была невероятной.

Крошечный кинжал зависти болезненно вонзился мне в сердце. Почему я не родилась рыцарским магом, как она? Железный ритуал проклял меня. Элла покраснела от похвалы, и я почувствовала себя самым отвратительным человеком на свете. Аксель вышел из ванной с аптечкой. Его лицо оставалось серьёзным, когда он жестом велел мне сесть. Он потянулся к моим ступням, набрав на пальцы целебную мазь…

— Только тронь её, шут…

Тарантул внезапно возник в дверном проёме.

— …и погибнешь от моей руки.

Взгляд Акселя стал совершенно пустым, когда он медленно повернулся к Тарантулу.

— Я же говорил тебе… не называй меня так.

Мы с Эллой переглянулись.

— Всё нормально, — сказала я, когда Элла схватила брата за руку и оттащила назад. — Я сама справлюсь.

Аксель злобно ухмыльнулся.

— Нет. Я помогу тебе.

— Я уже чувствую приближение твоей гибели, шут.

Тарантул скрестил руки, с обманчивой небрежностью прислонившись к дверному косяку. Благодаря росту он смотрел на Акселя сверху вниз, хотя тот вовсе не был низким. Аксель вырвался из хватки Эллы и шагнул прямо к нему.

— Расслабься, паук.

Он с силой хлопнул его по руке. Тарантул медленно опустил взгляд туда, где к нему прикоснулись, и опасно прищурился.

— Коснись меня ещё раз, бард… и я выдерну тебе ногти. Один за другим.

В его голосе звучала странная мечтательность, будто он уже делал это раньше.

— Я запутался. Так я всё-таки шут или бард?

Аксель насмешливо повёл бёдрами, изображая игру на невидимой скрипке. Порыв серебристой магии мгновенно свернулся петлёй вокруг его горла. Аксель захрипел, лицо стремительно покраснело. Тарантул наклонился ближе и обхватил длинными пальцами его напряжённую шею, пока тот отчаянно пытался оторвать его руки.

— Как же приятно видеть, что они сохраняют спокойствие, — прошептала я.

Элла закатила глаза.

— Мужчины. Хочешь, я останусь с тобой? — Она тревожно взглянула на Тарантула.

— Всё правда хорошо.