Связанная с Падшим Королём Теней - Джен Л. Грей

уходом каждой из вас выдадут по два диска. По одному будет прикреплено к каждому из ваших запястий. Если вы выживете, можете оставить их себе. Когда начнётся испытание, вы окажетесь на платформе в начале лабиринта, и вам нужно будет найти дорогу к башне и подняться наверх. На вершине башни вы найдёте круглые прорези с эмблемой, соответствующей каждому из ваших дисков. Вы вставите свои диски в пазы, и тогда ремешки освободятся. Если у вас есть крылья, они будут связаны магическим образом, когда вы перенесётесь через портал с изображением теневого зверя. Я советую вам зарисовать их перед тем, как покинуть зал Вознесения.

— Если у вас есть магия, она будет ограничена, пока вы находитесь в самом лабиринте, за одним исключением — на стартовой платформе. Если вы попытаетесь использовать магию где-либо ещё, вы будете наказаны. Пассивная магия может использоваться до тех пор, пока вы ничего не предпримете для её использования. Символы и сигилы на [ED1] [JG2] не позволят вам сделать больше, чем это. Всё, что вам понадобится, чтобы помочь себе, — это ваша сообразительность и эти утяжелители, которые удерживают знак, которому вы соответствуете.

У меня комок подкатил к горлу, когда он взмахнул рукой, и появились слуги в тёмно-синей форме с пустыми бронзовыми дисками размером с обеденную тарелку. Слуги двинулись вдоль очереди, пристегивая их к запястьям толстыми кожаными ремнями. Как только обе пластины были прикреплены к женщине, в дисках запульсировал свет, и сформировалось изображение.

Прекрасно. Я совершенно уверена, что снова останусь без знака. Так что готова поспорить, что у меня не будет возможности «выиграть».

Квен стояла рядом со мной, и на её дисках появился огненный жук.

Слуги взяли меня за запястья и закрепили на них гладкую кожу. Как только они отступили, на моих дисках вспыхнул свет, и я увидела бабочку с огненными крыльями, идентичную моей татуировке.

Когда я опустила руки, диски потянулись вниз, удивив меня своим весом. Они были раздражающими, но не такими неподъёмными, как я опасалась.

Кейлен подняла их, словно они были пустышкой, и насмешливо надула губки, когда заметила, что я смотрю на неё.

— Слишком тяжёлые для тебя? — спросила она, и в её голосе прозвучало фальшивое сочувствие.

Я подняла диски над головой и подержала их, одарив её в ответ зубастой улыбкой.

Она прищурилась и улыбнулась, но не последовала примеру.

Интересно. Я помолчала, склонив голову набок, изучая её. Она выглядела намного здоровее, чем прошлой ночью. Намного здоровее, чем остальные фейри. Я попросила свою волчицу объяснить моё быстрое выздоровление, но она этого не сделала.

Казалось, что-то не так.

К ней вернулся цвет лица, и, хотя у её платья были длинные рукава, они были прозрачными, и я не могла разглядеть ни своего укуса, ни каких-либо других следов от ползучих тварей. Могут ли фейри исцеляться так быстро?

Кейлен посмотрела на Велессу и прищёлкнула языком.

— О, моя сестра-лесная, я так тебе сочувствую. Как ты собираешься справляться со вторым диском, если твоя рука в таком плохом состоянии?

Подняв подбородок, Велесса прижала диски к груди, чтобы один из них не давил на её повреждённую руку.

У меня защемило сердце. Без сомнения, что в этом раунде она будет бороться изо всех сил.

— Как все себя чувствуют? — я обратила своё внимание на нашу группу. Возможно, другим стало лучше так же быстро, как Кейлен.

Юки и Квен тихо признались, что у них всё затекло и болело после вчерашних укусов. Утром стало ещё хуже, хотя целитель сказал, что к вечеру боль в основном пройдёт. Мианта тоже была вся в укусах, и у неё были исцарапаны руки.

Пытаясь перенести вес тела на левую ногу, Талира поморщилась, когда они прикрепили диски к её рукам, и нахмурила темные брови.

— Мы должны носить их всё время?

Слуги кивнули.

Это нелепо. Я шагнула вперёд, диски болтались у меня по бокам.

— А как насчёт тех из нас, кто ранен?

— Они должны быть умны, чтобы выжить. Чем быстрее вы двигаетесь, тем меньше вероятность того, что на вас нападут движущиеся платформы и существа.

Конечно, там было бы больше чёртовых тварей. И, зная мою удачу, это снова были бы ползучие твари размером с волка. Я содрогнулась, вспомнив холодный яд. Я сосредоточила своё внимание на жнецах в капюшонах.

— Некоторые из нас едва могут ходить, не говоря уже о том, чтобы сражаться, бегать и ориентироваться в постоянно меняющемся лабиринте движущихся платформ, а теперь вы добавили ещё и существ?

Плечи Вэда напряглись. Он изучал меня, и мне показалось, что на его лице промелькнуло беспокойство.

Моё сердце сжалось от желания дать ему понять, что я говорю о других, а не о себе. Я хотела избавиться от этого беспокойства.

Но тут Сайлас что-то прошептал ему, и он сжал губы. Он отвёл взгляд.

Вираетос оставался таким же спокойным, как и раньше.

— Если хотите, можете оставаться на сплошной чёрной стартовой платформе в начале лабиринта. Сплошные чёрные платформы по всему периметру не трансформируются, и, хотя существа всё ещё могут атаковать, они будут атаковать не столько на внешних участках лабиринта, сколько внутри.

— Но, если в течение часа никто не достигнет финиша, стартовая площадка начнёт уменьшаться, пока у участниц не останется иного выбора, кроме как соревноваться. Это испытание, в котором каждая может погибнуть. Но только трое должны дойти до конца, чтобы испытание завершилось.

— На самом деле, это дополнительный стимул быть в числе первых трёх. На праздничном балу каждая получит право танцевать с принцем в порядке, выбранном принцем. И одна из них может быть выбрана ведущей первого танца с королём.

— Хвала Судьбе, — Кейлен улыбнулась и захлопала глазами.

Пожалуйста, Судьба, нет. Пусть женщина, с которой он развлекался прошлой ночью, не будет этой сукой.

Две женщины, стоявшие в сторонке, и группа дрянных девчонок начали торопливо и вполголоса переговариваться. Напряжение в комнате усилилось. На лице Кейлен появилось мрачное выражение. Что бы ни говорили девушки вокруг неё, она не выглядела довольной.

Я сжала диски и сделала глубокий вдох. Я не могла позволить стеснению в груди остановить меня. Я должна была пройти через это. Не для того, чтобы танцевать с Вэдом — мне было наплевать на это.

Мой волчица зарычала, уличая меня во лжи. Об этом мы поговорим позже.

— Не могу поверить, что они это делают, — Талира, прихрамывая, сделала несколько шагов к центру нашей группы. — Заставляют нас соревноваться, когда мы едва держимся на ногах, и даже не дают нам использовать магию?

— Поверь, —