Измена. Я теперь (не) твоя, дракон! - Илана Васина

Глава 41

— Эйрина! Что ты несешь?! — ахаю в ужасе.

— Правду! — восклицает она.

Заглядываю в ангельски-красивое лицо. Пристально всматриваюсь в лазурь ее глаз, нежные черты лица. Пытаюсь понять, что творится в ее голове. Зачем она врет? Я ведь только вчера рисковала исключением, вытаскивая эту занозу из неприятностей!

Лихорадочно вспоминаю наш утренний диалог. Она говорила, что начала обо мне по-другому думать. Наверно, ночью поняла, что Дарран хочет быть рядом и готов мне подставить плечо в трудный момент. Из несчастной беглянки я превратилась в леди, которую добивается красавец муж.

Завидует? Мстит за удачную партию со знатным драконом? Или хочет избавиться от соседки по комнате, чтобы иметь большую свободу для своих маневров? Каждый довод кажется глупым, абсурдным, и все же факт остается фактом. Что-то подвигло ее на подлость.

— Это правда, Луара? — Фабиан буравит меня колким взглядом из-под нахмуренных, густых бровей.

И не только он. На меня устремлены глаза всех сокурсников, от осуждающих до удивленных. Ненавижу быть в центре внимания, а уж, когда обвиняют незаслуженно, да еще человек, от которого меньше всего ожидала… К горлу подкатывает ком… Бездна, еще не хватало разреветься на глазах у всех!

Возвращаю перо в блестящую, пузатую чернильницу, закрепленную на темной древесине парты.

— Я не знаю, чьи леденцы... — начинаю взволнованно, но меня визгливо перебивает подлая соседка.

— Это ее! Я видела, как Луара Амакиир крошила леденцы этой ночью. Она что-то подсыпала мне, чтобы я спала. Но я все равно видела!

Как можно с таким ангельским личиком так мерзко врать?! Мне кажется, я стала жертвой дурацкого розыгрыша. С трудом давлю в себе нервный смех. Если я сейчас засмеюсь, меня точно запишут в полоумные!

Белая стена покрывается зеленым мерцанием, оповещая об окончании урока. Но никто и не думает расходиться. Всем интересно, чем закончится конфликт. Тем более, обвинили не абы кого, а саму Луару Амакиир, принадлежащую к древнему, драконьему семейству!

Мои обвинители стоят, так что я тоже поднимаюсь со скамьи.

— Когда я могла подсыпать вам леденцы, магистр?

— Это либо ее странная магия, — опять встревает Эйрина, — либо сообщники.

— Может, это была ты? — оборачиваюсь к ней, не выдержав лицемерия. — Ты так уверена, что леденцы мои, словно сама их взяла из моего ящика и засунула магистру.

— Занятие закончено, — объявляет маг, правой рукой подхватив портфель, а двумя пальцами левой зажав слипшуюся пачку бумаг. — Луара Амакиир, вы отправляетесь со мной к ректору.

Собираю в наплечную сумку учебники под перешептывания остальных. Держу спину ровно, подбородок задираю повыше. Не унывать, приказываю себе. Уверена, ректор разберется в ситуации. Он умный человек, и хорошо понимает людей.

— Эйрина Гравиали, вы идете с нами, — сообщает Фабиан.

Наглая врунья, встрепенувшись, с готовностью кивает. Живо собирает учебники и торопливым шагом присоединяется к нашей компании, идущей на выход из аудитории. Видимо, радуется возможности побыть вместе с «будущим мужем».

Широкие коридоры уже наводнили шумные адепты. Магистр шагает впереди, а мы с Эйриной плетемся в хвосте. Наверно, наша троица смотрится колоритно. Чего стоит один Фабиан с огромной, липкой уликой, брезгливо зажатой в руке! Нас то и дело провожают заинтересованные взгляды.

Мне неприятно находиться рядом с лгуньей. Я слишком быстро приняла ее в сердце, помчалась на выручку, а она… Поддалась зависти и подставила при первой возможности.

В коридоре, махнув рукой на гордость, догоняю магистра и, понизив голос, заверяю:

— Магистр Луций, я этого не делала! Поверьте, мое единственное желание — учиться! Мне не нужны проблемы.

— Вы хотите сказать, ваша сокурсница лжет? — магистр говорит громко, будто специально донося до Эйрины, что речь идет о ней, причем не в самом позитивном ключе.

— Не думаю. Знаю, — выдаю после секундного колебания.

— Разберемся, — отрезает маг, ускоряя шаг. — В любом случае, подобные выходки я терпеть не намерен. Виновник должен быть найден и исключен из Академии.

Длинные коридоры скоро приводят нас к знакомому тупичку, где восседает за коротким столиком секретарша ректора Вернона, седовласая милая дама, одетая в строгое темно-серое платье. Здесь нет стульев, поэтому ждем стоя.

Про себя репетирую оправдательную речь для магистра Вернона. Вот только нелицеприятные факты не в мою пользу. Продавец в магазинчике подтвердит, что я купила у него пару дней назад кучу леденцов. Теоретически я могла подсыпать леденцы в документы, а потом притвориться опоздавшей.

Стоит мне прийти к выводу, что свидетелей моей невиновности, кроме Эйрины, нет, как дверь с позолоченным ректорским вензелем открывается и нас впускают в кабинет.

Оказавшись в знакомой обстановке немного успокаиваюсь и… тут же напрягаюсь еще сильнее.

Помимо ректора, в кабинете находится муж. Сегодня он в темно-синем камзоле и темных штанах. Он стоит перед окном, повернувшись к нам спиной, но разве можно спутать с кем-то этот широкий разворот плеч, гордую осанку, узкие, мощные бедра, а главное, флер легкого пренебрежения к окружающим?

Мне хочется провалиться под паркет, оказаться где угодно, лишь бы не здесь! Вчера я впуталась в неприятности из-за Эйрины. Сегодня опять влипла туда же, и Дарран тому свидетель.

— У вас посетитель. Я не вовремя, — заявляет Фабиан деревянным голосом, заметив второго дракона. — Прошу простить за вторжение. Мы подождем.

Он уже делает шаг к двери, как его останавливает голос ректора:

— Зачем же ждать? Думаю, получилось удачно, что лорд Амакиир находится здесь. Говорите.

В нескольких словах Фабиан обрисовывает ситуацию. Вроде бы не сказал ничего откровенно лживого, вроде был нейтрален, но в целом картинка для меня выглядит не очень. Как ни странно, магистра Вернона эта история веселит. Пока он слушает, уголки рта приподнимаются, а в синих глазах пляшут смешливые огоньки. Он складывает руки на груди и подходит к мужу, безмолвно стоящему у окна.

— Что скажешь, Дарран? — посмеивается ректор. — Думаю, твой прежний опыт работы нам крайне пригодится в расследовании столь серьезного преступления.

— Я бы попросил! — передергивает плечами Луций. — Был причинен ущерб, как моим документам, так и моей репутации. Ничего смешного не вижу.

Эйрина активно