Измена. Я теперь (не) твоя, дракон! - Илана Васина

Медленно вздыхаю. Как бы то ни было, наши дорожки разошлись. Ее козни в прошлом, а в настоящем мне надо решить, куда я потрачу ближайшие полчаса до обеда. Я уже пропустила большую часть следующего занятия. Идти в самую дальнюю часть здания, чтобы застать зеленое мерцание стены, нет никакого смысла. Поэтому, с минуту потоптавшись на месте, отправляюсь в сторону столовой.

Погруженная в свои мысли, резко вздрагиваю, когда на мое плечо опускается тяжелая ладонь, а за спиной раздается голос.

Глава 43

— Почему ты молчала? — это Дарран стоит за моей спиной, вот только его вопроса и упрека в карих глазах я не понимаю.

Недоуменно развожу руками:

— Ты о чем?

— Тебе нужна помощь с плетениями. Фабиан считает, что у тебя особая магия. Сильная, но дикая. Как необъезженный жеребец. Другие с детства объезжают свою силу, а ты дождалась ее расцвета.

— Я боялась.

— До обеда осталось пол часа. Позанимаемся?

Я киваю, сдержанно, даже слишком, хотя меня захлестывает благодарность. Муж готов мне помочь, хотя наверняка сознает, что подобная помощь поможет мне задержаться в Академии! И тем не менее, он готов поступиться своим желанием ради моего.

Хочется его обнять, прильнуть к широкой груди, но я сдерживаю порыв. Ограничиваюсь выразительным «Спасибо!»

Мы заходим в мой любимый тупичок. В Академии осталась всего парочка таких мест — совершенно не обустроенных, заставленных полузасохшими кустиками в кадках, без единой скамеечки, а потому всегда малолюдных. Снимаю с плеча сумку с учебниками и оставляю на полу, рядом с кадкой.

Мы становимся рядом, плечом к плечу, лицом к окну. Дарран принимается медленно выводить огненное плетение, тихо приговаривая:

— Следи за моими руками. Видишь? Они напряжены... Ты должна не просто совершить нужные движения, а делать это с силой. Чтобы магия проскользнула в твои пальцы и сразу ощутила себя в узде.

Повторяю за ним. Черточка к черточке вывожу мерцающий голубизной узор, одновременно прислушиваюсь к бархатистому голосу.

Когда из мерцания дракона складывается небольшое пламя размером со свечку, мой узор превращается в целый костер, на котором можно запросто запечь взрослую индюшку. Я ахаю и начинаю бестолково махать руками, в попытке его притушить. К счастью, муж быстро сплетает капли, которые с шипением гасят мое творение.

Стыдоба какая! Прячу лицо в ладонях.

Ну вот. Намагичила огонь! В результате пол мокрый. Лужа не большая, но… позорная.

Выдавливаю из себя тихое:

— У меня не получается.

Дарран задумчиво складывает руки на груди и окидывает меня оценивающим взглядом. Чувствую себя бесталанной девчонкой, из которой пытаются выжать хоть какой-то, пусть даже мизерный, результат.

Муж становится вплотную за моей спиной. Что он творит? Растерявшись, шагаю вперед, но он хватает меня за талию левой рукой и практически вжимает мою спину в себя. Приказывает:

— Сделай то же самое еще раз!

Мне не по себе. От его прикосновений мысли утекают в другую сторону — в ту, где мы стоим вплотную если и для магии, то совершенно другой.

— Ну же, малышка, — шепчет дракон, склонившись к уху, — фокусируйся! Только так я увижу, в чем твоя ошибка

Буквально заставляю себя сосредоточиться на магии. Повторяю тот же узор, собираюсь уже задать последний мерцающий штрих, как вдруг Дарран хватает меня за правое запястье, останавливая процесс. Моя рука в его горячей ладони сбивает с мыслей! Вся суть происходящего: его близость, желание помочь в учебе кажется мне каким-то нереальным подарком.

Внезапно Дарран ликующе восклицает:

— Вот оно! В самом конце ты ослабляешь кисть.

— Я не специально, — выдыхаю огорченно. — Не понимаю, как это получается.

— А я понимаю. Боишься собственной силы.

— Не силы боюсь. Страшно сжечь Академию, — выдавливаю из себя.

— Будешь бояться, — начинает он, — точно сожжешь. Лучше вспомни, как ты управлялась с иголками. Разве ты их боялась?

— Нет. Но то иголки! Я их знаю. Они мне родные. Как продолжение тела. А тут… Целая стихия!

— Представь, что пламя — те же иголки! Сможешь?

Я неуверенно киваю:

— Попробую...

Старательно вывожу плетение, но на сей раз представляю, что внутри моих рук иголочки, просто огненные, желающие весело танцевать красивыми, яркими всполохами. Когда заканчиваю магический узор последним штрихом, он складывается в несколько аккуратных, маленьких всполохов, каждый — размером с иголку.

Пламя возникло аккуратное, маленькое — как раз такое, которое я хотела! Получилось!

Не удержавшись, поворачиваюсь к нему, и прижимаюсь к его груди, щекой ощущая приятный бархат его камзола:

— Спасибо, что помогаешь! — срывается с губ.

Он подцепляет за подбородок мое лицо, заставляя встретиться с теплым взглядом карих глаз. Большим пальцем поглаживает по правой скуле и тихо произносит:

— Я здесь для тебя, Лу. Ты — моя главная причина.

Киваю, а сама с трудом сдерживаю слезы. Как же я ненавижу этот эмоциональный, беременный беспредел! Глаза, вечно на мокром месте! Что-то плохое — плачу. Что-то хорошее — тоже плачу. Пожалуй, это самая неприятная составляющая беременности. Впечатлительность… и еще тигриный аппетит. Словно в подтверждение моим мыслям громко бурчит живот.

Одновременно с бурчанием коридоры наполняются говором адептов. Видимо, только что закончилось занятия, и все направляются обедать.

Дарран, продолжая нежно поглаживать мой висок, насмешливо произносит:

— Моя голодная бедняжка. Иди, поешь, как следует, чтобы у нашего сына хватило сил дождаться ужина.

Улыбнувшись в ответ, киваю, подбираю с пола сумку с книжками и иду в столовую. Ем много, обильно и вкусно. Особенно остро наслаждаюсь утиным паштетом и запеченой телятиной. Когда живот наполняется под завязку, я с облегчением встаю из-за стола. У меня в планах попросить у однокурсников конспекты с пропущенного занятия. Но это можно сделать практически в любой момент, а пока хочу быстренько сходить в библиотеку.

Сейчас малолюдно, потому что большая часть адептов после обеда идут гулять во двор,