Связанная с ним - Аврора Белль

Её глаза наполнились слезами. Руки сжались в кулаки.

— Он поднял пистолет. Он выстрелил, и мы потеряли отца.

— Но почему? — Я смотрела на них двоих, и у меня болел живот, я отчаянно нуждалась в ответах. — Почему?

— Потому что Этторе Скала — бесчувственный монстр. Он выстрелил в папу и убил его хладнокровно.

Этторе рассмеялся, но в этом не было ничего смешного:

— Как всегда, Винченца, в твоей истории не хватает деталей. Я не поднимал оружие, пока это не стало необходимым.

— Лжец! — моя сестра вскочила, кипя от ярости. — Ты целился и стрелял, чтобы убить!

Этторе нахмурился, глядя на неё. В изнеможении он рявкнул:

— Да, стрелял, но целился я не в него.

Что?

Последовавшая тишина была болезненной. Казалось, я получу ответы только от одного человека, поэтому я повернулась к мужу. Мой голос дрогнул, когда я взмолилась:

— Что случилось? Пожалуйста, расскажи мне. Мне нужно знать. Я никогда не исцелюсь, если не узнаю.

Этторе посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на дрожащую от ярости сестру.

— Это была квартальная встреча. Всё шло гладко, пока дело не дошло до места Веро. Обычно говорил твой папа, но в тот день он позволил Винченце говорить за него. Вместо того чтобы придерживаться сценария, твоя сестра решила потребовать больше территорий. И я не знаю, на что она рассчитывала, но все над ней посмеялись, а я был достаточно глуп, чтобы сказать, что она может получить мою территорию, если сможет отвоевать её в бою. Смех стал громким, и я тоже смеялся, потому что то, о чем она просила, было безумием. Она ничего не заслужила. Очевидно, это не то, что она хотела услышать. Смущенная Винченца вышла из себя и сделала глупость. Она вытащила пушку. Смех сразу прекратился. Её предупредили, что это повод для изгнания. Она знала, что облажалась, как только это сделала, но её эго было уязвлено, и её реакция была такой: «Ну что ж, тогда надо сделать так, чтобы это того стоило». Она нажала на курок. Мой последовал за ним. И хотя твоя сестра стреляет так же плохо, как и ты, малышка, моя пуля попала бы в цель… — О боже. Я поняла, что будет дальше, еще до того, как он сказал. — Если бы твой отец не принял на себя пулю, предназначенную ей. Твой папа умер, и место Веро пустовало. До сих пор. — Он искренне посмотрел на меня. — Я бы никогда этого не сделал, если бы меня не спровоцировали.

— Он лжет, — произнесла Винченца. — Он лжет. Я — твоя сестра. — И затем она закричала: — Он лжет! Это была не моя вина!

Это была не её вина. Ничто и никогда не было её виной.

— Я верю тебе, — сказала я.

Лицо Тора смягчилось, когда мои слова достигли его.

— Что? — Винченца была шокирована моим признанием. — Но я же твоя сестра!

— Забавно, что ты это говоришь, — грустно произнесла я. — Ты никогда не относилась ко мне как к сестре.

Я видела, что она ошеломлена моей прямотой.

— Вики, пожалуйста. Всё, что я делала, я делала для нас. Я пожертвовала всем ради этой семьи.

— Включая меня, — сказала я.

Её рот открылся, и впервые на моей памяти она выглядела бессильной.

— Ты знал об этом? — спросила я Комо, и его колебание сказало всё. Я едва могла сдержать разочарование. — Конечно, ты знал.

Тишина затянулась, пока я всё осознавала.

Эмоции в комнате накалялись, и Этторе хотел избежать очередной семейной драмы Веро.

— Думаю, пора уходить.

Он был прав. Было пора, и я сомневалась, что когда-нибудь вернусь сюда. Как ни странно, я не чувствовала грусти. Просто… пустоту.

Я вложила свою руку в его, посмотрела ему в лицо и устало выдохнула:

— Поехали домой.

В ту ночь я оставила свою сестру позади. Это не значило, что я её не любила. Это просто значило, что я достаточно повзрослела, чтобы понять: она никогда не полюбит меня.

Где-то после полуночи я лежала, прижавшись к груди мужа, вслушиваясь в биение его сердца, и как раз в тот момент, когда мне показалось, что оцепенение поглотило меня целиком, он вернул меня к жизни.

— Я бы выбрал тебя, — прошептал он, касаясь губами моих волос, и мягко поцеловал меня в макушку. — Снова и снова.

Мои руки крепче обняли его, и он держал меня, пока я не уснула.

Полагаю, я должна поблагодарить сестру за одно, и только за одно.

Она подарила мне Тора.

Глава 19

Пока смерть не разлучит нас и даже после

Виттория

Было около полудня, когда я заглянула в кабинет Тора под предлогом того, чтобы принести ему кофе, хотя на самом деле мне просто хотелось быть рядом. Я присела на край его стола и наблюдала, как он подносит макиато к губам. В этот момент я нанесла удар:

— Ты не рассказываешь о своей первой жене.

Я не была великим кулинаром, но по поводу своего кофе жалоб не получала. Он поставил маленькую чашку на блюдце:

— Нет, полагаю, не рассказываю.

— Расскажешь мне о ней?

На мгновение мне показалось, что он откажется, но затем он протянул руку, взял меня за икру и начал нежно массировать.

— Её звали Амара. Если коротко: в один день она была здесь, а в следующий — её не стало.

О.

— Она болела?

— Да.

Его руки творили чудеса.

— Мне жаль. Должно быть, это было тяжело.

— Она никогда не была частью моих планов. Как и у нас с тобой: мы оба вступили в брак, зная, что это такое, но у неё был особый дар делать всё как надо. Она была жесткой. Устойчивой. Не боялась ни черта. — Маленькая улыбка тронула его губы. — И упаси бог, если бы ты попыталась обидеть кого-то из наших детей. — Он присвистнул. — Когда она шла в