Виновница торжества - Анастасия Чехова

наконец-то подали наши напитки. Мы с подругой подняли каждый свой стакан — я потихоньку отпила свой виски, вкус дымчатый, с нотками дуба, ванили и лёгкой сладостью фруктов, приятно обжигал горло, разливался теплом по телу, и казалось, как будто он уже ударил в голову, заставляя расслабиться, забыть на миг о проблемах.

— Что ты будешь делать? — попивая свой коктейль, спросила Стелла.

— Ты о чём? — посмотрела на неё вопросительно, крутя свой стакан в руках.

— Я про Дэвида. Понимаю, это же была ссора?

Подняла свой стакан и глотнула спиртное, немного щурясь от крепости.

— Не знаю, что это было — недоверие или он решил показать свой дьявольский характер, — уставилась я в столешницу бара, пожав плечами. — Но мне кажется, он что-то чувствует, — выпила я залпом стакан с алкоголем, чувствуя, как оно обжигает внутри, и слёзы наконец прорвались — тихие, но жгучие, от смеси злости на него и жалости к себе.

Стелла посмотрела на меня расстроенно и прильнула к моему плечу.

— Жалко, жизнь не бывает лёгкой, — вздохнула она, и я взглянула на неё.

— Она будет лёгкой, если не усложнять её, как это сделала я, — ком застрял в горле, голос дрогнул, и я моргнула, чтобы не разрыдаться прямо здесь, среди чужих людей.

Я попросила бармена повторить, и он кивнул.

— Тебе не будет плохо? — начала волноваться подруга, трогая меня за руку, и её забота только усилила мою грусть — она всегда была опорой, а я тяну её в свой бардак.

— Пофигу, — ответила я, забирая новый стакан и отпивая, чувствуя, как алкоголь обволакивает разум, притупляя боль, но и усиливая одиночество внутри.

Мы сидели спокойно за баром, кушая солёный арахис и болтая о жизненных проблемах — от её "трагедий" с парнями до моих офисных драм. Меня накрывал с головой алкоголь, мне стало ещё больше хорошо — мир слегка поплыл, эмоции притупились, и на миг стало легче.

Приятную беседу нам прервали два молодых парня, которых сразу приметила Стелла.

— Такие красивые дамы и одни? — сказал один, подмигивая.

Я ухмыльнулась, но ответила дерзко: — Нам и так хорошо.

— Жгучая девчонка, — парень лет двадцати пяти улыбнулся и облокотился рядом со мной. От него пахло цитрусовыми нотками, он был блондин с короткой стрижкой и зелёными глазами, которые искрились в полумраке бара. Одет в белую рубашку с расстёгнутым воротом, показывающую загорелую кожу, тёмные джинсы и кеды, но с намёком на стиль, как будто только что вышел с работы в креативном агентстве. Парень был симпатичным, с той мальчишеской улыбкой, которая обычно цепляет, но после Кристиана и Дэвида казался слишком... обычным, без той искры, что жгла внутри.

Стелла была рада, что тот, кто ей понравился, обратил на неё внимание — это был шатен, подтянутый, с лёгкой щетиной и уверенной осанкой. Одет в тёмную рубашку, заправленную в брюки чинос, с часами на руке и кожаными мокасинами — выглядел как парень из IT, расслабленный, но ухоженный.

Подруга была увлечена разговором с этим парнем — она хохотала, была такой свободной, раскованной, что я улыбнулась от этого, но поёжилась, когда к моему плечу прикоснулись чьи-то пальцы — холодные, настойчивые.

Я дёрнулась и развернулась к блондину: — Вроде бы разрешения трогать меня не было, — с прищуром посмотрела на него, чувствуя, как раздражение смешивается с лёгким опьянением.

— Просто как будто ты меня не слышишь, — он усмехнулся, но в глазах мелькнул вызов.

— А ты что-то говорил? — задрала бровь и посмотрела на него вопросительно, хотя внутри всё кипело от усталости и алкоголя.

— Ну да, рассказывал о себе, — сказал парень, и я вдруг осознала, что на столько ушла в себя, что мне было всё равно, о чём он там болтает — мысли о Дэвиде и Кристиане кружили в голове, как виски в стакане.

— Ну так что, может найдём более уютный уголок? — парень приблизился ближе, его дыхание коснулось моей шеи.

— Ради чего? — я полностью развернулась к нему, скрестив руки.

— Поближе узнать друг друга, — промолвил он почти рядом с моим лицом, и от его цитрусового запаха меня слегка замутило.

Я тоже приблизилась к нему ближе и ответила почти злостно:

— Близкие знакомства меня не интересуют, — встала с барного стула и пошла в сторону выхода, чтобы подышать свежим воздухом — алкоголь уже кружил голову, а эмоции требовали паузы.

На улице было свежо, машин почти не было в ночное время, я облокотилась о стену, чувствуя, как холодный кирпич холодит спину сквозь платье. Слёзы потекли от непонятных чувств внутри — смеси злости, вины, одиночества, — провела рукой по своим волосам, пытаясь унять дрожь. Но услышала скрип двери: из неё вышел тот парень, я цокнула языком, раздражение вспыхнуло снова.

— Ты очень груба, — подходил он ко мне медленно, с хищной улыбкой.

— А ты очень настойчивый. Девушки такое не любят, — смотрела я вдаль, стараясь не встречаться с ним взглядом.

— Мне кажется, ты любишь грубость, — он схватил за моё запястье, я дёрнулась, пытаясь вырвать руку, но он держал крепко.

— Тебя надо немного унять, солнце, — он прижал меня к стене, его тело накрыло моё, руки скользнули по талии, и страх ледяной волной прокатился по позвоночнику.

— Отвали! Ты ещё не понял, что отказано тебе! — я пыталась отпихнуть его, но он был сильнее, его дыхание обожгло шею.

— Ты похожа на ту, кто даёт первым встречным, — прошипел он, и мои глаза стали огромными от шока, рывки стали более импульсивными, паника накрыла, как цунами.

— Иди к чёрту, придурок! — начала кричать я, но он прикрыл рот ладонью, грубой и потной.

— Замолчи, шлюшка, — он ударил меня по щеке — резко, обжигающе, — и слёзы полились ручьём, от боли и ужаса. Я мычала и барахталась, пока он прижимал меня к стене, его руки начали трогать талию, спускаясь ниже, в ушах гудело от стресса, от страха, на улице никого не было, чтобы это остановить, и я дура вышла одна, в голове билась мысль: "Как я до такого докатилась?"

Но вдруг, как по щелчку пальцев, сзади появился какой-то парень, он постучал ему по плечу. Тот обернулся, и я сильнее раскрыла глаза — это был Дэвид, его голос звучал так низко и злостно, как рык.

— Мне кажется, девушке не нравится, — сказал он, и в глазах полыхнул огонь.

— От**бись, ты кто такой? — огрызнулся приставала.

— Я её парень, — кулак Дэвида полетел прямо в челюсть — хлёстко, точно.

Парень упал от удара, а я скатилась по кирпичной стене, трясясь всем телом, слёзы текли ручьём,