Единою судьбой. Плата за свободу - Елена Александровна Помазуева

На Дайон осталась прозрачная сорочка, прикрывающая грудь и завязывающаяся на тонких веревочках на обнаженной спине, да короткие до колена нижние штаны.

Илар посадил девушку себе на колени и принялся отпаивать ее слегка остывшим отваром. Предварительно он попробовал, чтобы не обжечь ее губы. Она отказывалась пить лекарство. Находясь без сознания, Дайон не принимала горячую настойку. Несколько ложек растеклись по ее бледным щекам. Он уговаривал тихим шепотом, но ничего не действовало. Сдаваться не собирался.

Илар набрал в рот отвар и прижался к ее губам. Он заставил принять жидкость и не отпускал, пока не сглотнула. Горячее тепло потекло по горлу девушки, возвращая привычные инстинкты. Второй глоток он заставил ее выпить прежним способом. Как только убедился, что она перестала стискивать зубы, аккуратно принялся поить из мелкой чашки. Он зачерпывал небольшую порцию и по капле сцеживал между губ.

Через некоторое время щеки девушки слегка окрасились розовым, а ресницы дрогнули. Илар облегченно выдохнул, надеясь, что худшее осталось позади. Он выпил несколько чашек отвара и, прижимая к обнаженной груди Дайон, неподвижно сидел, глядя на языки пламени в очаге. До веток он мог дотянуться, не вставая с места, и иногда подкладывал жертву огню.

Девушка завозилась, устраиваясь поудобней, а Илар поспешил ее успокоить, поглаживая ладонями по коже. Он обнимал и защищал своим телом от холода, кружащего вокруг, дарил теплоту своей любви, о которой не надеялся рассказать. Сейчас она находилась рядом, доверчиво облокотив голову ему на грудь, и, несмотря на сложность ситуации, сердце Илара трепетало от счастья.

Дайон любит другого, не видит никого, кроме господина Стоика. Ее чувства не оставляют надежды на счастье быть с ней рядом и рассказать открыто о своей привязанности.

Понемногу он поил отваром девушку, не забывая согреваться сам. В какой-то момент его глаза закрылись и момент, когда сморил сон, Илар пропустил. Реальность незаметно заменилась яркой картиной и острыми ощущениями. Дайон смотрела на него и улыбалась, словно говорила, что знает о его тайных мечтах и готова разделить их. Она сама потянулась к нему за поцелуем и прижалась горячим телом к его груди, вознося на небывалые вершины счастья.

- Любимая Дайон, - шептал Илар, исцеловывая каждый кусочек тела.

Он ласкал ее губами и шептал нежные слова, признаваясь в своей одержимости. Она отвечала с радостью и отдавалась ему с желанием и упоением. Сон или явь Илар не хотел разбираться. Он желал девушку давно, тайно страдал от невнимания и сгорал от ревности, когда появился соперник в ее сердце. Сегодня, сейчас он выжжет любые воспоминания о нем. Дайон принадлежит ему по праву любящего до умопомрачения мужчины, желающего видеть ее своей. Жить ради нее, разделять с ней страсть и наслаждаться каждым мгновением, проведенным вместе.

Мужчина и женщина в пространстве хижины ощущали единство и родство душ. Они стремились навстречу друг другу и все больше погружались в пучину страсти. Словно на краю мироздания они нашли друг друга и боялись потерять единственную ценность в своей жизни – взаимное чувство, называемое Любовь.

Огонь внутри них горел ярче очага. Если бы пламя знало, насколько горячи их чувства, то устыдилось бы и посчитало себя льдом по сравнению с ними.

Медленно, медленно Илар приходил в себя. Он лежал на спине, ощущая приятную тяжесть на груди. Его любимая ровно дышала, крепко обнимая его. Длинные волосы просохли и рассыпались локонами, перепутавшись с его. Они прикрывали разгоряченные тела, сохраняя тепло. Он открыл глаза и ласково улыбнулся.

- Я люблю тебя, Дайон, - прошептал Илар, находясь в блаженстве после потрясающего сна.

От звука его голоса девушка завозилась, просыпаясь. Соним дотронулся до ее лба, проверяя, пропал ли жар. Она перестала гореть огнем, но температура явно не спала.

- Где мы? – медленно проговорила охрипшим голосом Вистам.

- Мы выбрались на берег. Я нашел хижину, - ответил Илар, с сожалением расставаясь с остатками сна.

Никогда он не видел ничего подобного. Настолько опьяняющего и реального.

- А пираты? – Дайон начинала потихоньку вспоминать последние события.

- Не нашли нас, - он едва смог удержаться, чтобы не погладить ее по волосам.

Некоторое время она молчала, потом попыталась сесть и Илар помог ей. Оба с удивлением посмотрели друг на друга и вскрикнули от неожиданности. На них не осталось ни клочка одежды. Дайон стыдливо отвернулась и прикрыла грудь руками. Соним отодвинулся, чувствуя, как запылали его щеки. Из сна он прекрасно помнил каждый изгиб восхитительного тела, а сейчас прояснившимся взглядом получил подтверждение своим картинам.

- Почему ты … нет мы … почему мы раздеты? – возмущенно спросила Вистам.

- Необходимо было просушить одежду, - смущенно кашлянув, ответил Илар, стараясь отогнать воспоминания о желанной девушке. – В котелке отвар. Его надо подогреть.

Не поворачиваясь, он нащупал рукой нательные штаны и рваными, неловкими движениями натянул на ноги. Пока он отвернулся к очагу, Дайон медленно одевалась, словно тело ее не слушалось.

- Тебе помочь? – спросил Илар, ожидая отказ.

Некоторое время она молчала, потом сокрушенно произнесла:

- Руки плохо слушаются. Помоги.

Разворот к той, кто владел его мыслями в последнее время и будоражил воображение во время сна, получался плохо. Он скорее готов был выскочить в белую пустыню, чем проявить неуважение к Дайон.

Она стояла спиной, а ее волосы струились ниже пояса, прикрывая фигуру. Однако ноги оставались обнаженными, от их вида у Сонима перехватило дыхание. Он точно помнил, что во сне целовал родинку на задней части бедра. Настолько реальны были видения? Или …

Илар подошел к Дайон и за плечи развернул к себе лицом.

- Скажи, что ты помнишь, пока была в забытьи? – он с волнением взглянул в ее глаза.

Яркий румянец на щеках говорил лучше любых слов.

- Это случилось на самом деле? – потрясенно прошептал Илар. – Скажи, ты тоже видела сон, где мы …

- Замолчи! – испугано выкрикнула Дайон и прижала пальцы к его губам. – Замолчи, - тише добавила она. – Этого не могло случиться.

- Верно, - поспешно