Личная юрэй первого принца - Селина Катрин

Однажды я наткнулась на такого альтернативно одарённого в консалтинговой компании, которая попросила меня произвести аудит. Его уволили в тот же день с формулировкой «за креативный подход к финансовой отчётности».

Я подняла лицо из ладоней, тряхнула головой и быстро материализовала блокнот.

— Катэль, если две группы получили по сорок шесть риен в месяц, то каждый охотник заработал четыре целых и шесть десятых риен или, если в сэру переводить, — сто пятнадцать сэру на руки в месяц. Да гнать взашей такого счетовода надо! — возмутилась я.

Однако принц сохранил спокойное лицо и продолжил расспросы.

— Уважаемый Ватанабэ-доно, а пастухи из Кудрявого Руна столько получают?

— Стар я, ваше высочество, не помню ставок наизусть. Одно могу сказать точно: все деньги доведены до людей, я за этим проследил лично, и боги не обижены. Если вам нужны точные числа, разрешите позвать моего помощника — Такано-сана.

— Давайте позовём, — согласился принц.

Через несколько минут в зале появился чиновник второго ранга, помоложе первого, чуть выше ростом и в оранжево-красном халате вместо фиолетового. В остальном он выглядел точь-в-точь как Ватанабэ-доно. Принц задал несколько вопросов, Такано-сан низко поклонился и торопливо на них ответил. С ним состоялся примерно такой же диалог, но в отличие от своего непосредственного начальства, Такано-сан точно помнил все числа и произнёс без запинки:

— Жалованье пастуха составляет сто двадцать два сэру в месяц, охотника же — сто двадцать пять. Различие в три сэру объясняется тем, что отгонять волчьи стаи — труд опасный, и порой жизнь охотника висит на волоске, тогда как пастух стережёт стадо в относительной безопасности.

— Тогда почему же охотники Кудрявого Руна получили меньше? — поинтересовался Катэль.

— Как же меньше? Сто пятьдесят два риена да на три группы по десять охотников — это почти сто двадцать шесть сэру на человека, даже на сэру больше, чем в Табеле Ставок, — возразил чиновник второго ранга.

— Но ведь группам было заплачено шестьдесят, сорок шесть и сорок шесть риен, разве не так? То есть последние получили сто пятнадцать сэру вместо ста двадцати пяти.

— Ну и что такого, ваше высочество? — Такано-сан моргнул. — Я лишь посчитал, сколько требуется денег на деревню, а Ватанабэ-доно проследил, чтобы числа были красивые и боги не обиделись.

Что такого? Что такого⁈ Я не знала, на каком языке ругаться, а главное — на голову какому собеседнику. Я летала по залу от переполнявшего меня негодования:

— Катэль, ну ты же видишь, да? Это же не один Ватанабэ-доно такой выдающийся! Это целая система! Они оба не понимают, что нельзя платить «абы как», лишь бы общая сумма красиво сходилась! Это же бухгалтерия, а не икебана, тут гармония другая нужна, чтобы всем честно было.

Принц держал непроницаемое лицо, и такое спокойствие раздражало меня ещё больше. Он что, спустит им это всё с рук? Так и оставит? А ещё делом заниматься не хотел!

— Я тебе все уши прожужжала про баранину неделю назад, — продолжала я, злясь, что он меня не замечает. — Помнишь, как ты мне сказал «прихоть»? Так вот, никакая это не прихоть, это система! Если они здесь делят зарплату по принципу «небо не любит пятёрку», то и в других местах делают так же. Закупки, налоги, выплаты, ремонты — везде! Вот тебе и причина, почему острова нищают, а казна тратится! Та же история, что с курятиной вместо баранины. Двум третям охотников недоплатили. Сто пятнадцать сэру вместо ста двадцати пяти. Меньше, чем у пастухов! Понимаешь? Им платят меньше, чем тем, кого они защищают, кто просто выпасает и не рискует своей жизнью. Конечно, они разругались с пастухами! А пожаловаться они куда могли? Только начальству. А начальство — кто? Чиновники. Которые деньги и выделяют, и с их колокольни вообще воруют. Ну а что им делать, когда они ежемесячно по десять сэру недополучают? Доказательств нет, а ты сам сказал, о таком вслух заикнуться без причины — остаться без языка.

Катэль сохранял спокойствие, я же перевела дыхание и продолжила:

— А первая бригада! Да они получали сильно больше, чем надо, и обленились! Зачем стараться и отстреливать всех волков, когда платят и так замечательно? Никто их эффективность не считает, никто не проверяет, скольких волков они отогнали, вот они и работают вполсилы, а стада редеют!

Несмотря на моё выступление, Катэль на удивление без гнева и повышения голоса пытался переубедить чиновников. Они же встали, как те самые упрямые бараны из Кудрявого Руна, и твердили одно и то же. Ватанабэ-доно выпрямил спину и настаивал на том, что он автор изящного решения. Катэль выделяет бюджетные деньги, а задача чиновника первого ранга — распределить их так, чтобы боги не прогневались. Сюда вдруг полетела аргументация и про то, что три или пять цветов приносят на похороны, когда душа уходит в другой мир. Все знают, что счастливые числа чётные, и вообще это обидно, если оплата приходит и начинается на пятёрку. Это почти как пожелать смерти.

На этой откровенной дури я не вытерпела и… трансформировала свой нос в свиной пятачок, чтобы показать, как я к этому отношусь. Сама не поняла, как так вышло, но впервые на губах Катэля я увидела тень улыбки.

Наконец терпение лопнуло и у первого принца. Катэль одним коротким жестом велел призвать Мидзухо-сана. Правое Крыло прибежал так быстро, будто весь день ждал именно этого зова, поклонился, развернул чистый свиток, обмакнул кисть в каменную плоскую чашку с углублением («тушечница», как говорили местные, но по мне скорее мыльница) и приготовился писать.

— Волею первого принца Огненного Архипелага, Катэля Аккрийского, утверждается следующее, — принялся громко диктовать Катэль. — Первое. Все выплаты по Табелю Ставок отныне производятся в точном соответствии с прописанными суммами, без округлений, перераспределений и поправок на благоприятные либо неблагоприятные числа. Небо есть небо, казна есть казна. Каждый трудящийся на благо архипелага получает ровно то, что положено по его званию и труду. Второе. Чиновнику первого ранга Ватанабэ-доно надлежит лично прибыть в деревню Кудрявое Руно вместе с Такано-саном. Перед собранием охотников и пастухов произвести доплату за полгода из собственного резерва, без касания казны. Принести извинения охотникам за то, что им платили менее, чем пастухам.

Старичок возмущённо вскинул голову и сверкнул глазами, но промолчал.

— Третье, — продолжил Катэль. — Всем чиновникам первого, второго и третьего ранга до конца месяца предоставить полный отчёт обо всех выплатах за последний год по подведомственным территориям. Проверка будет произведена лично мною. Четвёртое. За намеренное искажение Табеля Ставок впредь — отстранение от должности и пересмотр заслуг рода. Небо не