Хозяйка времени - Арина Теплова

В этот момент в горницу вбежал мальчуган шести лет, светловолосый и голубоглазый. Он приблизился к Медведевой, уткнулся в ее широкую грудь и обнял.

— Бабушка, я хочу в сад пойти в ножички играть. А Прокоп не позволяет мне! — выпалил он громко.

Ярослава пригладила ласковой рукой светлые вихры мальчика и сказала Вере:

— Внучок мой, Везизар. Сынок сына моего горемычного Бронеслава. У меня пока живет с матерью. Ох, Горемила убивается по мужу-то, все слезы льет, за Велизаром совсем не приглядывает. Вот он и бегает без присмотру.

— Здравствуй, Велизар, — улыбнулась Вера.

— Хорошо, скажи Прокопу, что я разрешила в сад пойти, — обратилась Медведева к внуку. — А теперь ступай, мы с боярышней говорим.

— Благодарю, баба Яра! — воскликнул довольно мальчик и убежал.

— Какой пригожий, — произнесла Вера. — Наверное, гордитесь им?

— А как же. Подвижный постреленок. Теперь, после кончины сына моего Бронеслава, он следующий претендент на княжеский титул, ну, это если теперешний князь Богам душу отдаст. Ведь у Драгана нет детей.

— Ваш сын тоже в заговоре участвовал, потому и оказался в опале?

— Да, Вера. Демьян Волков его близким другом был. Они с сынком моим весь заговор тот и замутили, — вздыхая, печально сказала боярыня. — Говорила я Бронеславу, опасно это все. Но он не слушал. — Она чуть промолчала и добавила: — Кстати, Вера, раз уж мы заговорили о наследниках ярославского престола. Знаете, кто третьим в завещании покойного князя Белозара Доброго упомянут, после моего внука?

— Кто же?

— Боярин Демьян Ярославович Волков.

— Ничего себе, — опешила Вера.

— Да. Он тоже княжеского роду. Род Волковых вышел из того же княжеского рода Соболевых, что сейчас правит. Да и я из Соболевых. Прадеды двух ветвей родными братьями были. Потом по женской линии, через княгинь в другие роды перешли. Но княжеская кровь-то осталась.

— Как все запутано. Спасибо за подробный рассказ, Ярослава, — поблагодарила Вера. — Я хотела спросить вас еще об одном. Где в нашем городке можно женщине на службу устроиться? Например, обучать детей письму или арифметике, или другая какая служба есть? Мне жить еще год в вашем княжестве, за Ладомирой присматривать. Боюсь, тех денег, что у меня сейчас, не хватит.

— Вы непременно хотите служить, Вера? У нас девицы и бабы обычно замуж выходят, и муж все трудности с деньгами решает. Могу даже познакомить вас с боярином каким. Вы девица хоть и не на выданье, но красивая, видная и неглупая. Думаю, вас хорошо можно будет замуж выдать. За вдовца какого. Сколько вам лет, дорогая?

— Тридцать два, но…

— И выглядите молодо, лет на двадцать пять. Больше вам и не дашь.

— Благодарю за заботу, сударыня, — вежливо сказала Вера, думая о том, что замужество точно не входило в ее планы. Тем более в этом мире. Ведь она собиралась через год вернуться домой. — Но выходить замуж я не хочу. Я сама как-нибудь. Тем более я ненадолго приехала в ваше княжество. Как только договор с боярином Волковым закончится — я уеду.

— Понимаю вас, Вера.

— У меня есть одно предложение по службе. У булочника помощницей. Но там совсем маленькое жалование.

— Вот еще, пекарь, — поморщилась Ярослава. — Научу вас, Вера, что делать. Так одна моя подруга, боярыня Белкина, после смерти мужа разбогатела…

Домой Вера возвращалась окрыленная. Боярыня Медведева подала ей прекрасную идею. Вера уже знала, с чего начать ее воплощение. Правда, для этого нужно было многое сделать. Но, если все получится, тогда у нее появится постоянный доход.

Однако сегодня у молодой женщины было еще одно важное дело. Оттого она направилась не домой, а в ту часть Западного Боровника, где жили и работали ювелирных и золотых дел мастера.

Еще днем, направляясь к боярыне Ярославе, Вера зашла в лавку с примечательной вывеской «Золотых дел мастер».

В то время там находился лишь один мастер, владелец лавки. Сутулый лысый мужчина, сидевший за небольшим столиком в углу, что-то чинил или мастерил. Услышав, как Вера поздоровалась, мужчина торопливо протер пыльные руки от золотой крошки и подошел, на ходу снимая фартук.

— Могу я вам чем-то помочь, боярышня? — спросил он тогда, останавливаясь у внушительного прилавка, где под выпуклым стеклом лежали различные изделия и украшения из золота и драгоценных камней.

Достав из сумочки серебряные сережки, Вера протянула их мастеру.

— Вы могли бы переплавить это серебро в два небольших кулона? Или в два колечка? Как лучше выйдет.

— Позвольте взглянуть, сударыня? — сказал мужчина, протягивая руку.

Вера отдала ему вещицы. Мастер поправил монокль на глазу, начал рассматривать серьги.

— Ба! Так они настоящее серебро! — воскликнул он спустя минуту. — Да еще какой чистой пробы! Давненько такой красоты не видывал.

— Да. Так сможете сделать это? И сколько будет стоить?

— Два золотых за каждый кулон. Дорого, но плавка серебра очень трудоемкая вещь, главное, не потерять ни миллиграмма. Оно ж безумно дорогое.

— Согласна.

— Мы с вами сейчас взвесим сережки и по итогу тоже проверим. Чтобы все частички на месте были. Согласны? — Увидев, что Вера кивнула, мастер указал на толстую книгу, лежащую на прилавке. — Тогда выбирайте из каталога вид кулонов, и к вечеру я все сделаю.

— К вечеру?

— Несомненно, — кивнул мужчина. — Только не подумайте ничего дурного. У меня магический дар к обработке металла. Батюшка был боярином, но разорился. Теперь вот лавку держим.

— Понятно, — ответила Вера, понимая, что, только обладая волшебным даром, можно было так быстро переплавить серебро в другие вещицы.

Заплатив один золотой рубль авансом, молодая женщина выбрала из каталога вид будущих кулонов и ушла.

И вот теперь вернулась за заказом. Увидев прекрасную работу мастера, Вера забрала кулоны и добавила мастеру за работу еще полушку сверху, за быстроту исполнения. А также приобрела тут же в лавке еще две небольшие цепочки, сделанные из белого золота, такие, чтобы по цвету не отличались от серебряных кулонов.

Уже вечером Вера вернулась в усадьбу. Уставшая от ходьбы, но довольная.

Подойдя к особняку, во дворе Вера наткнулась на Могуту. Горбун находился наверху длинной лестницы и чинил козырек у крыши над парадным входом, который покосился.

Когда Вера приблизилась, Могута невольно окинул ее заинтересованным взглядом, с нескрываемым интересом рассматривая молодую женщину в прекрасном алом платье, на котором по низу подола и рукавам были вышиты диковинные белые птицы.

— Уж ты! Краса писаная! — воскликнул горбун, не сдержавшись.

— Могута, хоть ты не смущай меня, — произнесла нервно Вера и поспешила в дом. — И так сегодня все оборачивались на меня на улицах.

— Даже не сомневаюсь, Вера, —