Хозяйка времени - Арина Теплова

— Зря вы пришли, боярышня. Патенты жителям женского роду не выдаются!

— Как? — прошептала недоуменно Вера.

— Вот так, — развел руками Сомов, явно радостный оттого, что смог отказать ей. На его лице читалось злорадное удовольствие. — Был бы у вас муж, выписал бы патент на боярина. А так… патента вам не положено выдавать.

Окончательно стушевавшись, Вера поджала губы. Она что же, зря пришла? И что, ее затея с лавкой провалилась, даже не начавшись? Ведь не зря Могута предупреждал ее, что ей ничего не дадут.

Но тут Вера вспомнила. Некая боярыня Белкина, о которой упоминала Медведева, торговала сама, и ей выдали патент. Следующая мысль Веры была о том, что Сомов опять пользуется своим положением и нагло врет.

— Сударь, могу я увидеть указ или документ, где сказано, что патент на торговлю дается только лицам мужского пола? — твердо попросила Вера.

Такого заявления от молодой женщины Сомов явно не ожидал. Он побледнел, потом покраснел, как рак, и, ударив кулаком по столу, процедил:

— Вы чего это, боярышня, сомневаетесь в моих словах?

— Сомневаюсь, — елейным голосом ответила она, понимая, что оказалась права. И этот гадкий подьячий нагло врал. Иначе бы так быстро не вышел из себя.

В следующий миг Сомов вскочил на ноги и гаркнул во всю глотку:

— Бориска! Немедля пришли ко мне Оленева или Коровина!

От его окрика и угрожающей позы со сжатыми кулаками Вера даже напряглась. Зачем он звал этих своих людей? Чтобы арестовать ее или для чего?

Через минуту в просторной горнице появился Коровин, тот самый сотник, который приходил три недели назад со Щукиным к ним в усадьбу. Темноволосый, усатый и статный, он быстро вошел в помещение и проследовал чеканным шагом к столу Сомова.

— Звали, Михайло Олегович?

— Звал, Василий, подь сюды, — подозвал его Сомов.

— Доброго здравия, Вера Владимировна, — вежливо бросил в сторону молодой женщины Коровин, узнав ее, когда проходил мимо.

— Здравствуйте, — ответила едва слышно она.

Чувствуя нервозность, Вера внимательно следила за тем, как Сомов начал шептать что-то на ухо Коровину, а тот в ответ так же тихо отвечал. Она заметила, что ответы Коровина явно не нравились Сомову, потому что его кулак то разжимался, то яростно сжимался.

— И что ж, я должен выдать этой ушлой девице патент? — вдруг громко выкрикнул Сомов, не сдержавшись и недовольно глядя на Коровина.

— Если она напишет заявление о том, то да. Должны, — ответил Коровин, кивнув.

Видимо, этот зарвавшийся взяточник Сомов даже не знал как следует законов и указов княжества, оттого ему и понадобилась консультация подчиненного. Ну, конечно же, сейчас на должности в Ярославском княжестве назначали не за ум и доблести, а за другие заслуги. И неважно, что ты туп как пробка. Именно так говорил ей Могута.

— Довольно, понял я! Ступай! — велел Сомов, махнув рукой Коровину.

Тот слегка поклонился одной головой и, развернувшись, направился прочь. Проходя мимо Веры, улыбнулся ей как-то ободряюще.

— Вот бумага, перо, — недовольно проскрежетал сквозь зубы Сомов, усаживаясь обратно за стол и сверкая на Веру злым взглядом. — Пишите. Кто такая и что надобно. И кратко.

— Хорошо, — закивала Вера обрадованно.

Подьячий дал ей еще пару указаний, что написать и как, а потом, взяв бумагу, прочел ее внимательно.

— Как-то странно вы написали, боярышня. Где знаки-то на концах букв?

— В нашем княжестве их давно отменили, — тут же ответила Вера, вспомнив, что здесь писали с твердыми знаками на концах. — Смысл же понятен и без них?

— Понятен, — буркнул он и убрал ее бумагу в стол.

Вера поняла, что он боится опять показать свое невежество, оттого принял ее заявление.

— И когда же мне будет выдан патент? — спросила она. — Зайти через неделю?

— Ох, какая вы быстрая, сударыня! — возмутился Сомов. — Месяца через два приходите, может, уже и готово будет, а может, и нет.

— Как два месяца?

— Любая бумага вылежаться должна.

— Что значит «вылежаться», сударь? Мне этот патент срочно нужен для работы. Вы это понимаете?

— А мне-то что за дело? По указу князя Драгана, все бумаги должны быть выправлены не позже четырех месяцев. Если только это не проезжие и не княжеские документы. Остальное требует времени на изготовление.

— И что же, никак нельзя ускориться? — спросила Вера и тут же выложила на стол три золотых рубля.

Она прекрасно помнила, что в прошлый раз за взятку Сомову ей удалось освободить Могуту.

— Это что? Уберите немедля! — тут же взбеленился подьячий. — Ишь, вздумала давать взятки. И кому? Мне! Самому честному служителю палаты.

— А прошлый раз вы…

— Не было того! — перебил он ее, грохнув кулаком по столу. — Напраслину на меня возводите, боярышня. Уберите деньги, или сейчас кликну караульного и вас за это беззаконие в холодную посажу!

Не понимая, отчего вдруг Сомов не хотел брать взятку, Вера нахмурилась. Сейчас они даже были наедине. Ведь в прошлый раз в помещении присутствовали как минимум еще три человека, которые все это видели.

— И что же мне делать? — удрученно спросила Вера, убирая деньги и паспорт обратно в ридикюль.

— Ждать, как должно, — важно заявил подьячий. — Все ждут, а вы что, особенная, сударыня? Ступайте ужо. У меня дел невпроворот. Через месяц зайдите, может, что и сделается.

Сильно расстроившись, Вера вздохнула. Такого длительного срока она точно не ожидала. Она медленно поплелась к выходу. На ее глаза навернулись слезы от несправедливости и бессилия что-либо изменить.

Вышла в коридор, полный снующих служащих и разномастного народу. Она шла вперед, ничего не видя перед собой от застилавших ее глаза слез. И нечаянно наткнулась на некоего мужчину. Он придержал ее за локоть и спросил:

— Вы чем-то расстроены, сударыня?

Она подняла глаза на Василия Коровина и ответила:

— Расстроена. Надеялась, что патент на торговлю мне быстро выдадут. А подьячий Сомов велел ждать не менее двух месяцев, сказал, что все бумаги так делаются. А я хотела лавку открыть как можно быстрее.

— И что, так и сказал, два месяца? — подозрительно спросил сотник.

— Да. Может, и больше. Я его просила и денег даже дать ему хотела, ну, чтобы он побыстрее все устроил. Но он ни в какую.

— Денег он не возьмет. По крайней мере, от вас, — тихо объяснил ей Коровин, склоняясь. — Ему в прошлый раз влетело от начальства, что он горбуна какого-то отпустил. И вы поспособствовали тому, взятку ему дали. Его тогда чуть с должности не выперли за это. Говорят, боярин Щукин донес про то