Хозяйка времени - Арина Теплова

— А Щукину-то что за дело? — возмутилась Вера. — Везде свой нос сует, змей неугомонный. Никак не отстанет от нас.

— Вы, Вера Владимировна, обождите меня здесь, — предложил Коровин. — Я попробую поговорить с Сомовым о патенте. Убыстрить ваше дело.

— И вы сможете повлиять на него?

— Думаю, смогу, — кивнул он. — Есть у меня одна зацепка, как заставить его.

— Благодарю, — улыбнулась мужчине Вера.

Коровин быстро последовал в арестантскую горницу, а молодая женщина присела на лавку в облезлом коридоре и принялась ждать. Спустя некоторое время она услышала крики Сомова. Он что-то громко говорил, ругаясь. Вера сжала кисти рук, думая, что Василий Коровин из-за нее пошел на конфликт с начальником, и от этого ей было не по себе.

На ее удивление, Коровин вернулся спустя полчаса целым и невредимым. Его лицо радостно сияло. Он протянул Вере некую бумагу со свисающей сургучной синей печатью. Нерешительно она взяла ее и, раскрыв, прочитала вслух:

— Данная бумага удостоверяет, что боярышня Вера Лебедева имеет право на торговлю в личной лавке на территории Ярославского княжества. Торговля может идти любыми рассадными растениями, саженцами, лекарственными сборами и настойками. Патент выдан на три года с сей даты. Подпись — главный подьячий Благочинной палаты города Михайло Сомов.

Вера подняла на Коровина взгляд и радостно выпалила:

— О! Благодарю вас, сударь. Как вам это удалось? Впрочем, неважно. Я очень благодарна вам. Могу я что-то сделать для вас?

— Даже не знаю, — задумался сотник, улыбаясь и потирая подбородок с короткой темной бородой. — Наверное, нет. Я просто хотел вам помочь и все.

— Тогда хочу пригласить вас сейчас на обед к нам домой.

— На обед, наверное, нет, это долго. У меня служба. А вот чаю я бы выпил, если можно. У меня как раз перерыв теперича на трапезу.

— Вот и прекрасно, сударь! — закивала довольно Вера, улыбаясь Коровину.

В усадьбу Вера вернулась в сопровождении сотника. Всю дорогу, пока они шли и беседовали, Василий вежливо подставлял молодой женщине локоть, за который она держалась. Когда они оказались дома, все домочадцы уже пообедали, потому Вера попросила Миру помочь ей накрыть стол к чаю для гостя. Остальные дети и боярыня Бажена отказались с ними пить чай.

Позже Вера сидела в столовой вместе с Коровиным и Ладомирой. На столе красовались пряники, вчерашний яблочный пирог и ватрушки с творогом. Отпивая из чашки ароматный только что заваренный чай, Вера отвечала на краткие вопросы Василия и немного смущалась. Сотник постоянно крутил черный ус и как-то уж очень пристально рассматривал молодую женщину. Она чувствовала, что нравится Василию. Она была рада, что Коровин оказался хорошим человеком, ведь он спокойно вошел в дом и чувствовал себя прекрасно, как и сказал ей минутой раньше.

Мира сидела молча, откусывая мягкую ватрушку с творогом, которую поутру испекла Вера, с интересом погладывая на гостя.

В какой-то момент из соседней комнаты раздались тяжелые шаги, и в столовой появился горбун с дровами в руках.

— У нас гости? — удивился Могута, останавливаясь на пороге.

Нахмурился и как-то недовольно оглядел сотника, сидящего напротив Веры, который в этот момент отпивал из чашки чай.

— Господин Коровин помог мне получить патент, Могута, — объяснила Вера, и благодарно улыбнулась сотнику. — Если бы не он, этот вредный Сомов мне ничего бы не дал.

— Не знал, что к нам кто-то пожалует, — пробасил горбун, проходя дальше, к камину. — А то бы приоделся в чистое.

Вера поджала губы, чувствуя некую издевку в словах Могуты. Но не поняла, отчего он так говорит.

— Еще раз благодарю вас, Василий, — продолжала ворковать Вера, снова обратив ласковый взгляд на гостя. — Если бы не вы…

— Я же сказал, Вера Владимировна, не стоит благодарностей, — ответил ей Коровин, плотоядно улыбаясь. — Как же не помочь такой красивой боярышне? Мне…

Его слова прервал неимоверный грохот. Это Могута уронил несколько деревяшек на пол. Начал подбирать их, присев на корточки и складывая дрова в небольшую дровницу у камина. Вера даже обернулась. И тут же наткнулась на острый пронзительный взгляд горбуна. Он явно был недоволен присутствием гостя.

Чтобы снять напряжение, повисшее в столовой после прихода Могуты, Вера предложила подлить Василию чаю. Тот с радостью согласился.

Спустя полчаса Коровин распрощался и покинул усадьбу.

Вера, довольная тем, что теперь у нее есть патент, мурлыкала под нос песенку, убирая со стола. Она как раз вернулась в столовую, чтобы забрать грязные тарелки, когда на пороге просторной комнаты появился Могута, таща очередную партию дров для камина.

— Убрался-таки сотник. Ишь, притащился лясы точить, словно службы у него нет, — процедил горбун, быстро складывая дрова в железную дровницу.

— Это я его пригласила.

— А он и рад! Хорошо приударить за боярышней, когда у нее все расчудесно и деньги есть, — процедил как-то недовольно Могута.

— К чему ты это говоришь, Могута? — не поняла Вера, поднимая на него глаза.

— Где был ваш Коровин, когда вам с малой боярышней есть нечего было? Со Щукиным в нашу усадьбу на разборки приходил да спокойно жить мешал!

— Не понимаю, что ты… — недоуменно пролепетала она, отчетливо видя, что горбун хмурил густые брови, а его глаза недобро сверкали от возмущения.

— Вот и красная цена вашему ухажеру, боярышня! — продолжал он, все сильнее гневаясь. — Скользкий он тип! Хитрый, как лис, так и норовит пыль в глаза пустить! Недобрый он, Вера. Гнать его надо подальше.

— Боже, Могута, я не пойму, отчего ты так разозлился?

— Чего понимать-то, Вера?! Глупые вы все девки. Только покажи вам статного молодца при должности, и простить его готовы за все грехи!

— Неправда это.

— Ага, потому в дом его и привела, чаи распивать!

Вера недоуменно смотрела на горбуна, не считая, что она сделала что-то неправильно. Коровин помог ей с патентом, а она всего лишь хотела быть благодарной. Как когда-то хотела отблагодарить Могуту ужином за дельную подсказку с серебром.

Но сейчас неожиданный выпад и злые слова горбуна в сторону сотника походили на приступ ревности. И Вера даже растерялась от этого вывода. Неужели Могута был влюблен в нее, и она нравилась ему?

И все это ей было не по душе. Потому она решила сразу же пресечь на корню все недовольство горбуна, ведь он не имел права указывать ей, кого приглашать в дом на чай.

— И что такого? Он мне помог, я только хотела отблагодарить его и все, — строго сказала она, открыто смотря в сверкающие злостью глаза мужчины. — И вообще, это не твое дело, Могута, и…

— Ты права, не мое! Кто я такой?!