Король Сапфир - Сильвия Лайм

Я поспешно покивала, оценив фантазию третьей стальной королевы.

— А разве никто не сможет проследить и догадаться, куда идет третья аша в такую рань? — приподняла бровь я, и Имрая сделалась еще более задумчивой.

— Да… Наверное, ты права. Но кто-то же должен за всем следить! — вздохнула. Затем вынула ожерелье из глубокого острого декольте своей жилетки и тонким концом висевшего на нем талисмана проткнула себе центр ладони. — Умбрис локо террис.

Тут же вокруг на миг стало темнее. Колдовские грибы, в этот час и так приглушенно светящиеся, и вовсе будто потухли. Стало холодно и промозгло, отовсюду замелькали кровавые глазенки.

Но лишь на миг. А затем все вновь вернулось на свои места.

— Зачем? — ахнула я.

— Ну ты же сама сказала, что мое присутствие в квадре в час жука слишком подозрительно! А теперь я буду слышать шум чужих шагов на несколько километров вокруг. Никто не пройдет мимо третьей аши! — хохотнула она.

Я взглянула в покрытое светлой пудрой лицо Имраи, и мне показалось, что морщин на нем стало еще больше.

Действие умбрисов выглядело для меня все более очевидно непривлекательным. Интересно, замечали ли остальные, как темнеет вокруг и как ощутимо теряют они силы от использования этой темной магии?

— Ну что ты притихла, как террис? — хмыкнула аша. — Переживаешь за меня от использования умбрисов? Это так мило-о-о-о!

Она подошла ко мне поближе, схватила за руку и с удовольствием сжала.

— Не переживай, я постоянно принимаю противотеневую сыворотку, — похлопала себя по карману лазурно-голубых облегающих штанов, — она, конечно, пока экспериментальная, но силы возвращает на раз! Никакого тебе отката по вечерам. Ну да ладно, заболталась я, а уже час червя на носу. Ну-ка, быстро! — Хлопнула в ладоши двум слугам, что только и ждали ее приказа, ловко прыгнула на край тележки с бочками, и жук тут же помчался вперед.

А я глубоко вздохнула, провожая взглядом прямую спину стремительно удаляющейся аши. Что-то в ее словах заставило меня начать нервничать еще сильнее. Я двинулась вперед, не особенно глядя, куда иду, воспроизводя в памяти весь наш диалог, и сама не заметила, как ноги принесли к заброшенному храму Подземного Змея. Видимо, я так привыкла ходить сюда, что мозг инстинктивно выдал эту дорогу.

Не стала спорить с судьбой и осторожно зашла в проход, наполненный густой чернотой. Двигаться по помещению, наполненному невидимыми умбрисами, было отнюдь не просто. Приходилось преодолевать себя. Но после той ночи с Тенемару, стоило мне сконцентрироваться, немного продышаться, возвращая спокойствие, как тени становились плотными и обретали тела, возвращая миру краски и цвета. После этого я уже прекрасно видела вокруг, отделяя окружающее пространство от полукруглых пухлых умбрисов, поблескивающих алыми точками то здесь, то там. Они больше не пугали. По крайней мере, так сильно, как раньше.

Пройдя вперед, я по привычке скинула верхнюю одежду и поплыла к фальмеритовой статуе. Она больше не обжигала, ведь я почти что могла творить чарогненную магию. У меня получался дымок, а глаза статуи-медузы загорались наполовину. Может, этого было и недостаточно для Ала или Сициана, но для того, чтобы касаться Подземного змея, — вполне. Теперь я с удовольствием могла гладить металлическую чешую изваяния, проходиться пальцами по желобкам и выпуклостям.

— Привет! — поздоровалась совсем не так, как принято в Стальном королевстве. Но Змей всегда слушал и никогда не ругал. — Знаешь, у меня тут такое случилось! — хмыкнула негромко, выныривая у основания хвоста, вставая на ноги, а затем залезая на спину могучему существу. У него там среди спиралей тела получалось уютное гнездышко, в котором можно разлечься, словно в кресле. Не уверена, что тот, кто создавал монумент, предполагал такой вариант его использования, но мне было все равно. Лишь бы змей не обиделся. Но фальмерит теперь приятно согревал после холодной воды и воздуха, полного умбрисов, и казалось, что я своим телом согреваю его в ответ. Словно у нас эдакий симбиоз.

Я улыбнулась.

— Не буду рассказывать тебе в деталях, а то, чувствую, ты слишком смутишься. Но одним словом — это было… да жесть это была! Вот как есть жесть!

Усмехнулась.

Змей молчал, но его теплую тишину я воспринимала как одобрение.

Я покачала головой, вспоминая все, что произошло за последние часы. Ал, Сициан, вампиризм…

Потерла шею, куда совсем недавно погружались клыки, а мне даже не было больно. Приятно было. Да так, что вспоминать неловко.

Под пальцами чувствовались две еле заметные точки припухлости, но на этом все.

— А знаешь, чего я пришла-то к тебе, — проговорила задумчиво. — Я ж тут Имраю встретила. А она, представляешь, обронила, что террисы неразговорчивы.

Бросила короткий взгляд вверх. Мощная морда Подземного змея была все так же спокойна и бесстрастна. Словно статуя совершенно пуста… и проклятые умбрисы выпили ее досуха.

Не верилось, что Тенемару победил его. Не хотелось верить.

— А вот откуда ей знать, разговорчивы ли террисы, а? — продолжала я болтать, как и весь прошлый месяц. Как бы сама с собой, но в глубине души надеясь, что статуя слышит.

Тенемару сказал, что Змей — олицетворение колдовского духа, которого утратили аватары земли. Но что, если это не только дух, но и сам бог земли Виншу? Ведь, по преданиям, Виншу растворился в силах природы. Может быть, он стал и частью чаротвердных аватаров, и камней, и статуй…

— Может быть, террисы вообще любители почесать языком, а? Как ты думаешь? — спокойно рассуждала я, ни на чем не концентрируясь и рассматривая пещерные сталактиты, мелкую рябь воды и блестящую чешую из фальмерита.

Иногда мне даже удавалось отогнать умбрисов, что ползали по могучему телу, покусывая его клычками. Рядом со мной тени предпочитали не находиться. А все потому, что недавно мне удалось освоить новый фокус. Теперь я отращивала невидимые щупальца кракена, как бы такие, которые состояли лишь из чароводной магии, но были незаметны простому глазу. И вот эти щупальца отпихивали умбрисов, как назойливых червячков.

— Ведь никто не слышал, что они говорят, не потому, что они не говорят, а потому, что их и не видел— то никто! — вещала я, входя во вкус. — Может, террисы, к примеру, любители петь. А талант их никто не слышит. У меня, кстати, есть отличная песня на этот счет. Я ее еще в детстве придумала, да спеть было некому. В общем-то, и музыки для нее никто не написал, но разве ж это повод скрывать шедевр? — я хохотнула. — Вот тебе сейчас спою — может, ты оценишь, потому что она практически про тебя, я