Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона - Диана Фурсова

— До церемонии осталось меньше сорока минут, — напомнила Мерравия.

— Значит, не тратьте время на отказ.

Оделла посмотрела на хранительницу гардероба. Та, не дожидаясь разрешения Мерравии, достала из закрытого шкафа папку.

Договор занимал восемь страниц. В нём перечислялись сохранение формы, защита от повреждений, связь с дворцовыми тканями и подтверждение императорского знака во время принесения клятвы. Открытая карта показывала шесть основных линий, сходившихся у воротника и расходившихся по подолу.

Седьмой не было.

— На мантии семь лучей, — сказала Ярина.

— Седьмой соединяет остальные с защитой дворца, — ответила Мерравия. — Он относится не к одежде, а к древнему устройству Зала венца.

— Где его карта?

— В закрытом архиве.

— Который подчинялся вам.

— Который защищён от непосвящённых.

Ярина разложила копию «Защитного сгиба» рядом с договором. Схема Вейров была старше нынешней мантии и предназначалась не для коронационного облачения, но принцип построения совпадал. Шесть линий действительно могли соединяться в единую защиту. Только соединение происходило не дополнительным лучом поверх готовой ткани.

Оно пряталось в самом переплетении.

— Поставьте за мантию свет, — попросила Ярина.

— Зачем? — спросила хранительница.

— Хочу увидеть плотность основы.

Два мастера перенесли высокую лампу за раму. Белая ткань стала почти прозрачной. Золотая вышивка потемнела на просвет, серебряные линии проявились тонкими полосами.

Под ними обнаружился второй рисунок.

Он не лежал на поверхности. Нити основы уплотнялись и разрежались, образуя непрерывную сетку от воротника к краям мантии. В местах соединения не было ни узлов, ни проколов. Ткань соткали сразу с защитным рисунком, как старинный станок Вейров создавал полотно, знавшее будущую конструкцию изделия.

Рядом с этой глубокой сеткой поверхностный седьмой луч выглядел чужим.

Он пересекал основу короткими проколами, входил под золотой знак и возвращался цепными петлями к левой стороне воротника.

— Вот настоящая защита, — сказала Ярина. — Она не пришита. Она находится внутри полотна.

Оделла подошла ближе к свету.

— Плотность меняется по всей ширине.

— Да. Поверх неё наложена вторая линия. Она не соединяет защитные участки, потому что они уже соединены в основе.

Мерравия положила ладонь на край стола.

— Вы делаете вывод по чужой карте.

— По устройству ткани. Защитный рисунок старше внешней вышивки. Его создали до раскроя. Седьмая линия появилась после сборки, иначе проколы не проходили бы через подкладку.

— Снаружи нельзя определить назначение нити.

— Поэтому откроем изнанку.

— Нет.

Слово прозвучало слишком быстро.

Мастера услышали.

Ярина повернулась к ним, а не к Мерравии.

— Здесь работают люди, которые ткали основу, укрепляли подкладку, вышивали знаки и собирали мантию. Кто выполнял внутренний защитный рисунок?

Несколько женщин переглянулись. Наконец Сайра Молт была не единственной ткачихой, способной говорить о ткани перед знатными людьми. Из дальнего ряда вышел пожилой мастер в белом переднике.

— Полотно пришло из старого дворцового запаса, — сказал он. — Мы проверяли прочность, но не создавали внутреннюю сетку. Она уже была.

— Значит, настоящая защита существовала до нынешней сборки.

— Да.

— Кто прокладывал седьмой луч?

Никто не ответил.

— Каждый из вас отвечал за свой участок, — продолжила Ярина. — Кто видел полную линию до сегодняшнего утра?

Оделла посмотрела на Мерравию.

— Госпожа Дорн сама размечала соединение у воротника. Нам выдавали только короткие отрезы для закрепления.

— Вы не имеете права обсуждать закрытую карту, — сказала Мерравия.

— После того как моей печатью воспользовались для подмены камзола лорда Аркейна, я имею право узнать, что ещё делали от моего имени, — ответила Оделла.

Тарвель не вмешивался. Он стоял между Мерравией и выходом, оставляя мастерам возможность говорить без прямого приказа дракона.

Ярина подошла к раме.

— Мне нужно снять только внутреннюю обтачку у левого плеча. Не защитную линию и не внешнюю вышивку.

— Вы не прикоснётесь к мантии, — сказала Мерравия.

— Тогда пусть работает Оделла. Или любой мастер, которого выберут присутствующие.

Хранительница гардероба подняла договор.

— Совместная проверка уже назначена Советом. До прибытия письменного решения я разрешаю открыть внутренний край без повреждения основы.

Мерравия повернулась к ней.

— Вы рискуете защитой дворца.

— Я рискую ею, если позволю надеть непроверенную мантию.

Оделла взяла маленькие ножницы. Ярина указала участок, где подкладка соединялась с обтачкой отдельными стежками. Они не относились ни к защите, ни к внешнему знаку. Оделла распорола семь коротких креплений и отогнула белую ткань.

Под ней лежали две линии.

Нижняя была тускло-золотой, плотной и плоской. Она уходила внутрь основы без видимого начала. Верхняя — серебряная, с тёмной сердцевиной — держалась на цепных петлях и пересекала защитный рисунок, не сливаясь с ним.

Свободный конец исчезал под знаком венца.

— Нижняя линия не повреждена, — сказала Оделла.

— Потому что верхняя наложена поверх, — ответила Ярина. — Если убрать ложную нить, защита останется.

— Вы не знаете, что произойдёт после удаления, — произнесла Мерравия. — Седьмой луч может удерживать внутреннюю сетку в покое. Без него мантия замкнёт дворцовую защиту раньше времени или разорвёт её при облачении.

— Тогда почему нить крепится цепным швом с возвратным концом?

Мерравия промолчала.

Ярина подняла лист с серебряным обрывком, найденным возле пустого футляра.

— Потому что вы собирались либо быстро распустить линию после церемонии, либо закрепить её так, чтобы никто не смог отделить приказ от защиты. Этот кусок вышел из последней петли, когда вы сорвали футляр с подставки.

— Это предположение.

— Да. Поэтому проверим.

Она не стала тянуть за конец на самой мантии. Слишком многое оставалось неизвестным. Сначала попросила Оделлу повторить такое же цепное соединение на двух полосах чистой ткани: нижняя изображала защитную основу, верхняя — ложный луч. Один конец закрепили обычным узлом, второй оставили возвратной петлёй.

Рейса, Ивелла и остальные ещё не прибыли. Время уходило, но ошибка на настоящей мантии могла оставить дворец без защиты или окончательно вплести приказ в полотно.

Оделла закончила образец за несколько минут.

Ярина натянула полосы на небольшой раме. Если тянуть за начало цепочки, петли затягивались и стягивали обе ткани. Если взять возвратный конец, верхняя линия выходила свободно, не повреждая нижнюю.

— Вот зачем нужен хвост, — сказала она. — Ложный узор можно удалить одним движением, если знать, за какую петлю тянуть. Мерравия оставила себе возможность убрать приказную нить после того, как она выполнит действие.

— Или после того, как убедится в безопасности церемонии, — возразила Мерравия.