Ее ужасная нечисть - Александра Черчень

Я вздохнула, отпустила чуть придушенную моей любовью животину и, напоследок почесав Финика за ухом, пересела за стол.

Завтра нужно было идти в библиотеку – сдавать книги и брать новые, а стало быть, надо все заранее подготовить. Откопать листок, на котором записаны названия того, что я должна взять в следующую очередь, например.

Финик, как следует отряхнувшись, перепрыгнул с кровати на столешницу, а точнее, на одну из бумаг на ней, и проскользил на листе почти до стены. С трудом остановился, отдышался и с укоризной спросил:

– Госпожа, вы опять будете работать? Уже поздно! Вам нужно спать!

– Мне нужно найти список, – отрезала я, перебирая стопки.

– Список подождет, – вмешалась проснувшаяся Хильда с подоконника. – А здоровье – нет.

– Я всего пять минут.

– Твои пять минут всегда превращаются в час, – парировала сова. – Ложись. Завтра разберешься.

Я хотела возразить, но поняла, что они правы. Глаза слипались, в голове шумело, и строчки из книг вряд ли сложатся в осмысленные предложения.

– Ладно, – сдалась я, отодвигая стул. – Уговорили.

Финик довольно запищал и первым умчался к кровати, свернувшись клубком на подушке. Я переоделась, погасила свет, и комната погрузилась в тишину.

Лежа в темноте, я слушала, как за окном шумит ветер, и думала о завтрашнем дне. Пожалуй, кроме прочего, стоит воспользоваться опрометчивым приглашением Ревора и прийти в виварий, как минимум помочь, а как максимум… хотелось бы, чтобы у меня появилась зона ответственности!

Как понимаю, декан не нагружает сразу, но мне очень уж хочется начать вливаться в местную жизнь.

* * *

До библиотеки я в итоге добралась уже после обеда. Поднялась по ступенькам и толкнула тяжелую, массивную створку входной двери.

В просторном помещении с уходящими под потолок стеллажами было тихо и пахло пылью. А еще тем особым запахом, который бывает только в старых книгохранилищах, а Хармарской академии уже не одно столетие. Где-то в глубине зала мерно тикали часы, и этот звук, ровный и спокойный, настраивал на работу лучше любых слов.

Я подошла к стойке, сдала стопку и протянула список новых изданий.

– К сожалению, – библиотекарша виновато развела руками, – многих из этих книг сейчас нет в наличии. Кто-то взял их на прошлой неделе и до сих пор не вернул.

– Все? – поразилась я. – Даже подшивки журналов?!

– Поразительно, но да!

– А когда вернут?

– Не могу сказать. – Она покачала головой. – Книги вы можете заказать, но, к сожалению, придется ждать.

Очень, ну просто очень странно, что большая часть списка вдруг испарилась из доступа! Притом тома-то не в единственном экземпляре! Как вообще такая ситуация могла сложиться?!

– Подборка находится у одного человека? – подозрительно уточнила я.

Девушка за стойкой поправила очки и ответила:

– Сами понимаете, я не могу разглашать личные данные. Но касаемо вашего вопроса – книги брали несколько студентов.

Очень интересно. Зачем кому-то настолько специфическая литература, да еще и студентам? Аспирантов же на кафедре не так много, да и библиотекарша не о них говорила…

И что делать? Идти к декану и говорить, что этого нет и дайте мне другой список?.. Я вздохнула, нервно постучала пальцами по столу и спросила:

– А есть ли что-то похожее по тематике?

– Минуточку… – Библиотекарша повернулась к магической картотеке – высокому шкафу с мерцающими ячейками, где хранились сведения обо всех книгах. Она провела рукой по одной из панелей, что-то прошептала, и в воздухе загорелись едва заметные руны. – Вместо вот этого, «Сравнительной анатомии высших птичьих видов» магистра Торвальда, я могу порекомендовать вам труд «Орнитоморфные формы в эволюции разумной нечисти» леди Сильваны Эрре. Но, к сожалению, он находится в золотой секции читального зала и выносить его нельзя. Но есть еще несколько книг навынос.

– Меня устроит, спасибо!

Библиотекарша кивнула и проводила меня в дальний угол, где за высокими стеллажами прятались столы и лампы с зелеными абажурами.

Через несколько минут она вернулась со стопкой книг. Среди них были два толстых тома в темно-зеленых переплетах. На корешках золотом вытиснено название и имя автора. Я провела пальцами по корешку, чувствуя под подушечками тисненый узор.

– Если понадобится помощь – обращайтесь, – сказала библиотекарша и откланялась.

Я раскрыла первый том, достала блокнот и тетради, настроила артефактную ручку и погрузилась в работу.

Слышала, как где-то вдалеке пробили часы – три удара. Потом четыре и затем пять. Потом я перестала считать. Делала выписки, конспектировала главы и перерисовывала схемы – в общем, работа горела!

Солнце за окном опускалось все ниже, и на определенном этапе мне стало не хватать верхнего света. Зажгла «светлячок» под зеленым абажуром. Теплый свет упал на страницы, делая их золотистыми, почти живыми, и я ласково провела ладонью по старой бумаге.

Я уже исписала немало листов, когда услышала шаги.

– Айлин? – раздался знакомый голос. – Ты тоже здесь работаешь?

Лира стояла в проходе и приветливо мне улыбалась, словно и не она вчера вечером зыркала на меня так, будто я лично разорила все ее семейство.

– Как видишь, – ответила я, вновь опуская голову.

Интересно, ты же догадливая девочка и уйдешь сама?

– Можно я присяду? В основном зале шумно, а мне нужно кое-что дописать.

К сожалению, девочка была не сообразительная, а потому, не дожидаясь моего согласия, села напротив и поставила на стол принесенную с собой кружку с чаем. Кружка была красивая – фарфоровая, с ручной росписью. Пар поднимался над ней тонкой струйкой, пахло мятой и липой.

– Здесь можно пить и есть? – Я указала на напиток.

– Вообще нет, – лукаво улыбнулась аспирантка с теоретического, доставая свои бумаги и книги. – Но леди Сая разрешает мне немного шалить. Как уже говорила – я на хорошем счету. А как твои успехи? Тяжело учиться?

– Нормально, – ответила я, стараясь не отвлекаться.

– Это просто чудесно, а то говорят, что тебе уже несколько тренировок понадобилось. – Она улыбнулась – той самой улыбкой, от которой у меня всегда сводило зубы. – Только поступила в аспирантуру, а уже столько контактов с научным руководителем. Феноменально! Я со своим за первый триместр раза два виделась.

Я промолчала, прекрасно поняв, куда эта зараза клонит, и решив, что самая лучшая стратегия – ее попросту игнорировать. Лучше сосредоточусь на учебе, как раз страница недоконспектирована.

– Ты только не переутомляйся, – продолжала Лира. – А то знаешь, как бывает: стараешься, стараешься, а потом – бац! – и все зря.

Моего благого настроя быть тихой паинькой хватило ровно на полминуты. Я отложила ручку и, подавшись вперед, прямо спросила:

– Лира, ты к чему ведешь?

– Ни к чему. – Она пожала плечами и потянулась за кружкой. – Просто беседую.

Я снова уткнулась в конспекты, стараясь не обращать на нее внимания. Но шансов проигнорировать дальнейшие события у меня было ноль целых