Останься в моей памяти - Лия Султан

— А год вы помните?

— Двадцать...шестой, — хрипло отзываюсь.

Врач хмурится, достает из кармана халата мобильный, включает его и смотрит на дисплей.

— Так, это интересно, — говорит он задумчиво и быстро печатает сообщение. — Ваш лечащий врач — наш завотделением нейрохирургии — сейчас спустится. Он только вчера ночью вернулся из Берлина. Но пока, — он подходит ко мне и показывает дисплей, — посмотрите. Это календарь. Сейчас 2 мая 2019 года.

— Не может… быть. Я, — делаю долгую паузу, вспоминая слова, — не… сумасшедший.

— Нет, конечно нет. Но это, — он осматривает меня с еще большим интересом, — это очень интересный случай.

В этот момент дверь в палату открывается, и входит мужчина, лицо которого кажется мне очень знакомым. Секунда, вторая, третья… и я узнаю его.

— Арман Саматович, приветствую, — доктор, который занимался мной эти дни, подходит к мужчине и здоровается с ним за руку. — Как слетали?

— Хорошо, — кивает он и посматривает на меня. А я совершенно растерян перед ним и отказываюсь принимать действительность. — Что у нас здесь?

— А у нас здесь интересный случай, пойдемте.

Они подходят к моей койке и, уставившись, чего-то ждут.

— Повторите, пожалуйста, — мягко просит врач помоложе, — какой сейчас год?

— Двадцать… шестой, — уже не так уверенно произношу я, и эти двое переглядываются.

Тот самый заведующий делает шаг ко мне и протягивает руку.

— Здравствуйте, Хасан. Меня зовут Арман Исаев. Я оперировал вас после аварии. Очень рад, что вы снова с нами. Но сейчас май 2019 года. Что последнее вы помните?

Я больше не знаю, что сказать, потому что начинаю чувствовать себя сумасшедшим. Но есть единственная ниточка, за которую я сейчас хватаюсь и держусь.

— Приведите мою жену, пожалуйста... — вздохнув во всю грудь, добавляю: — Мне нужна моя жена.

Дорогие девочки и есть ли есть мальчики! С самого начала, с самого зарождения идеи, я хотела сделать именно так. Понимаю, что "смерть" Алиюши вас шокировала, но это должен был быть тот самый переломный момент в истории. И да, как я говорила в своем канале, многим, возможно, такой поворот не понравится, но он изначально так и задумывался. Видео можно посмотреть в моем канале и если получится загружу в ВК на страницу "Лия Султан. Истории о любви".

Завтра у нас выходной, а на следующей неделе глав будет поменьше, чем обычно, потому что на этой неделе их было семь, а еще у нас началась неделя гуляний в честь Наурыза — праздник прихода весны и Нового года по астрономическому солнечному календарю у тюркских народов.

Глава 40

— Приведите мою жену, пожалуйста… Мне нужна моя жена.

Арман Исаев смотрит на меня с каким-то странным выражением на лице. В моей памяти он — любовник Айлы. Я ведь его тихо ненавидел, но не мог ему ничего сказать, чтобы окончательно не испортить отношения с Айлой. И вот сейчас он стоит передо мной в белом халате, смотрит с нескрываемым интересом, а у меня внутри всё колеблется от нестыковки.

— Конечно, — говорит он спокойно. — Ваша жена уже едет. Ей позвонили сразу, как вы пришли в себя, но поймите, первые дни мы не могли к вам никого впускать, потому что вы очень уязвимы и ваш иммунитет упал. Но наши врачи держали её в курсе.

Он берёт стул, ставит его рядом с моей кроватью и садится. Врач помоложе остаётся стоять чуть поодаль, но тоже наблюдает за мной с интересом.

— Пока мы ждём вашу супругу, давайте мы с вами немного поговорим, — предлагает Арман. — Я понимаю, вам тяжело, но это поможет нам разобраться.

Я молчу. Смотрю на него и чувствую, как неприязнь к нему никуда не уходит, хотя по факту он меня оперировал, а значит, спас. Но в моём сознании он — тот, кто будет с Айлой. Тот, кто займёт моё место. Я видел, как он целовал её. Видел, как она улыбалась ему.

— По мере того как ваше состояние будет улучшаться, — продолжает Арман, — мы вас обследуем, сделаем МРТ, проведём с вами несколько тестов. Но в данный момент мне очень интересно… почему вы назвали именно двадцать шестой год?

Я сглатываю кислый ком. Горло всё ещё болит, каждое движение даётся с трудом. Смотрю не на врачей, а куда-то перед собой, на окно.

— Я не знаю, — отвечаю тихо. — Это первое, что пришло мне в голову.

Враньё. Но как я объясню ему правду? Что я помню семь лет, которых ещё не было? Помню его с Айлой? Помню смерть своей младшей дочери?

Арман молчит несколько секунд, потом спрашивает:

— Хорошо, тогда что последнее вы помните из событий перед аварией?

Я закрываю глаза. Делаю глубокий вдох и выдох, напрягаю память… и вдруг картинки всплывают одна за другой.

Утро. Я ухожу в офис, а Айла протягивает мне портфель. На ней тёмный костюм, волосы собраны в пучок, и сама она вся серьёзная, задумчивая. Она привычно чмокает меня в щёку, говорит: «Я сегодня с девочками поеду к Айке». Я отвечаю: «Я, скорее всего, задержусь. И Юра предложил посидеть вечером».

Кадр сменяется.

Ресторан. Вечер. Я сижу напротив Сауле. Она смеётся, поправляет волосы. Короткое чёрное платье, длинные локоны, блестящие глаза. Она что-то говорит, я слушаю, но мыслями уже не здесь.

Машина. Ночь. Моя рука лежит на её колене. Она смотрит на меня и улыбается. Темнота за окнами.

Гостиничный номер. Я её целую, прижимаю к стене. Губы, руки, обнажённое тело чужой женщины на кровати.

А потом я надеваю рубашку, а она всё ещё лежит в постели и спрашивает:

— Когда мы снова встретимся?

Я хмурюсь, застёгиваю пуговицы и отвечаю:

— Нам не стоит больше встречаться.

Она приподнимается, натягивает одеяло на грудь и кусает губы.

— Почему? Я думала, нам было хорошо.

— Я женат.

— Я знаю.

Мы смотрим друг на друга, и я взглядом выражаю сожаление об этой ночи, а она несколько секунд молчит и затем просит:

— Отвези меня хотя бы домой.

И вот мы снова в машине, идёт сильный дождь. Сауле на пассажирском сиденье, смотрит в окно. Внезапно на автомобильной панели загорается вызов. Бросив взгляд на экран, вижу, что звонит Айла. А ещё понимаю, что уже десять, и жена ждёт меня дома, ищет, волнуется, а я в машине с другой.

Я перевожу взгляд на дорогу и в последний момент уворачиваюсь от удара с машиной, которая меня подрезала.

Дальше сплошная тьма и… 2026 год.

Открываю глаза и снова возвращаюсь в палату. Арман смотрит на