Покойся по кусочкам - Кэндис Райт

Она смотрит на меня, слезы текут по лицу.

— Успокойся, — говорю я мягко. — Пока ты на съемочной площадке, окруженная людьми, ты в безопасности, и я всегда рядом, если понадоблюсь.

Она кивает и вытирает слезы с лица, пока я достаю письмо из конверта.

Черт, это быстро перешло на новый уровень.

— Он здесь, да? — всхлипывает Моника, и я поднимаю взгляд, видя страх в ее глазах, пока она трет руки.

Блядь. Теперь я чувствую себя виноватым, потому что должен был быть здесь, чтобы предотвратить такое, а всё, о чем я могу думать, — Эмити.

Поворачиваю голову, чтобы посмотреть на свою девушку с извинением в глазах, но она качает головой.

— Всё в порядке. Делай, что должен. Этого ублюдка нужно поймать, и быстро. Я всё равно буду с Невеей, помнишь?

— Верно. Позвоню тебе, когда закончу.

Она кивает, но не двигается, и я стою, уставившись на нее.

— Я живу здесь, так что это вам двоим нужно уйти, — напоминает она.

— Точно. Я, должно быть, теряю остатки рассудка.

— У всех нас полно забот. Не переживай. Ты в порядке, Моника? — мягко спрашивает Эмити.

Моника поднимает на нее взгляд и кивает как робот. Эмити смотрит на меня с тревожной гримасой, но я пожимаю плечами. Я телохранитель, а не психотерапевт.

— Пойдем, Моника, давай найдем тебе выпить и расскажем Стефану, — говорю я, жестом предлагая ей уйти. Оглядываюсь на Эмити. — Позже заглажу свою вину, проведя час, лаская тебя языком.

— Ты просто делаешь свою работу.

— Говоришь мне «нет»?

— Я что, похожа на сумасшедшую? — отвечает она, смотря на меня так, будто это я сошел с ума, заставляя глупую улыбку расплыться по моему лицу.

— Если скажу «да», могу ли привязать тебя к кровати и поиграть в доктора?

Она прикусывает губу, озорство загорается в ее глазах.

— Может быть. Правда, я не актриса, — шепчет она, подходя ближе, пока не оказывается прямо передо мной. Затем, в движении, от которого у меня отвисает челюсть, а член становится твердым как камень, она поднимает ногу и делает шпагат стоя.

— Но я сама выполняю трюки.

Она пытается меня убить, но, гребанный Боже, каким прекрасным способом.

22

Паркую фургон и откидываюсь на сиденье, вздыхая. Кемпинг пуст, и зов природы манит меня. Переодеваюсь в спортивную форму и оставляю записку Невее.

Выхожу на одну из своих любимых походных троп, не включая музыку — просто хочу насладиться тишиной и восстановить силы, так как моя социальная батарейка почти на исходе.

Бегу, пока часы не пищат на отметке пяти миль, затем разворачиваюсь и направляюсь обратно к фургону. Замедляюсь, когда вижу семью, идущую навстречу, с двумя детьми на велосипедах, которые отчаянно пытаются удержать равновесие.

— Спасибо, — улыбается женщина, когда я отступаю в сторону. — Извините, вы здесь живете или просто приехали погостить? Мы здесь на несколько дней, и я не уверена, что можно посмотреть или куда сходить.

— Я здесь временно. Знаю, что есть хорошие пешеходные маршруты, а в закусочной потрясающая еда — невероятно вкусно. На днях видела там листовку про тур по домам с привидениями, но не остановилась, чтобы узнать подробности.

— Ого, звучит весело, правда, Билл?

Билл, который, как я предполагаю, является ее мужем, закатывает глаза.

— Да, дорогая.

Женщина бьет мужчину локтем в живот.

— Не обращайте на него внимания. Он ворчит, потому что кто-то сломал его походный стул прошлой ночью и украл пиво.

— Мы уехали из города, чтобы избежать придурковатых детей, но, похоже, они везде, — ворчит он.

Жена качает головой.

— Он директор школы, и, хотите верьте, хотите нет, любит свою работу, ну, большую часть времени, во всяком случае.

Я смеюсь, поднимая руки.

— Никакого осуждения.

Оглядываюсь, чтобы убедиться, что дети не слышат.

— Честно говоря, я думаю, что большинство детей — придурки.

— Видишь? Она понимает, — говорит мужчина, указывая на меня, и я смеюсь еще сильнее. — В любом случае, не слушайте нас. Вам стоит закончить пробежку, пока не стемнело.

Киваю, улыбаясь, думая, что он, вероятно, действительно хороший директор. Трудно заботиться о людях, у которых, кажется, нет ни капли здравого смысла. Могу только представить, насколько ужаснее, когда это — толпа подростков.

Машу на прощание и бегу обратно к фургону, замечая машину Невеи, когда подхожу. Открываю дверь и ловлю летящую в голову бутылку с водой.

— Хорошая реакция.

— Спасибо, помогает не терять сознание, — говорю я, откручивая крышку и жадно пью.

Наблюдаю, как Невея убирает продукты, зная, что лучше не предлагать помощь. Она очень щепетильна в том, где что должно лежать и как должны быть повернуты этикетки. Похоже, мой парень и лучшая подруга в этом схожи. На днях попыталась помочь Джи, убрав некоторые его вещи, и он вышел из себя. Сказал, что у него есть особая система, и я не смогла сдержать смех, пока он ходил и исправлял то, что я сделала.

Вздыхаю и плюхаюсь на ближайший стул.

— Что случилось? Всё в порядке на съемочной площадке?

— Сталкер Моники снова нанес удар. Она нашла еще одно письмо в своем трейлере и была очень напугана, когда я уходила.

— Держу пари, так и есть. Вот почему я использую псевдоним, когда пишу. Не говорю, что так же популярна, как она, но знаю, что публичность определенно привлекает психов.

Прикусываю губу и отворачиваюсь, не желая, чтобы она прочитала мои чувства. Но она знает меня слишком хорошо, чтобы не понять, что я что-то скрываю.

— Эмити… — зовет Невея, протягивая мое имя.

Вздыхаю и смотрю на нее.

— Я завидую, понятно? И чувствую себя стервой из-за этого. Знаю, что мы с Джи только начали, но я доверяю ему. Просто не знаю, как долго мы еще будем здесь, и чем больше времени он проводит с Моникой, тем меньше проводит со мной. Ох, я ужасный человек.

— Нет, не ужасный. Просто честна в своих чувствах. Тебе нравится Джи — вероятно, сильнее, чем ты думала. Ты рискнула, хотя я знаю, что твоим основным инстинктом было убежать, и думаю, это был правильный шаг. Он тебе подходит. Видела, как он смотрит на Монику, и это тот же взгляд, которым он смотрит на всех, с кем разговаривает на площадке. На всех, кроме тебя. Клянусь, когда он смотрит на тебя, кажется, будто все остальные исчезают. Поверь мне, он ненавидит быть вдали от тебя так же сильно, как и ты.

— Думаешь?

— Да. А теперь иди прими душ, потому что от тебя воняет, а я приготовлю что-нибудь поесть. Предполагаю, он придет позже? Схожу