Я не твоя невеста - Ника Лебедева

— Обещаю.

— И на свадьбу пригласишь? Я хочу посмотреть, как этот... — Она выпустила меня из объятий и хитро покосилась на Рейгана, — как герцог будет краснеть у алтаря. Говорят, у алтаря все мужчины краснеют. Или плачут. Хотя этот вряд ли расплачется. Но я все равно хочу посмотреть. Пригласишь?

— Обязательно, — рассмеялась я.

Летиция шмыгнула носом, но улыбнулась.

— Ну все, так и быть. Больше не задерживаю. Идите. Карету вам сейчас подготовят. — Она махнула рукой и сделала шаг назад. — Жду в гости! Первенца назовете в мою честь!

Я не успела даже возмутиться — огромные, тяжелые двери тронного зала закрылись за нашими спинами, а громкий хлопок знаменовал совершенно новый, неизведанный этап в моей жизни.

Эпилог

Весна на севере — понятие относительное.

Снег по-прежнему лежал на крышах башен замка Холдтон и на земле вокруг и совсем не желал таять. Из-под этого ленивого белого покрова упрямо проглядывали хрупкие и любопытные макушки подснежников. В саду, восхищая взор, наполнялись цветом бутоны слез драконов. Разные оттенки, от красного до насыщенного фиолетового, сверкали среди пока что голых веток кустов и деревьев, на которых еще не проклюнулись первые почки. Благодаря этой красоте во дворе замка, казалось, растянулась самая настоящая радуга.

Даже внутри все наполнилось цветом.

За последние пару недель мы вместе со слугами занимались украшением. Это было моим первым полноценным проектом как полноправной госпожи замка. Сначала пришлось все тщательно спланировать, затем — договориться с поставщиками и, в конце концов, дать слугам правильные указания. Я принципиально не принимала помощь Рейгана или дворецкого Элдрика, потому что хотела разобраться со всем самостоятельно. И ведь разобралась!

Теперь серые каменные стены были украшены не только редкими картинами или яркими шторами на окнах, но и позолоченными канделябрами и цветочными вазами. Мы также постелили везде ковровые дорожки, чтобы скрыть холодный пол. Слуги тщательно помыли все окна, а местами даже вставили витражи — теперь по серым коридорам радостно прыгали разноцветные солнечные зайчики.

“Уж очень мне нравятся витражи в королевском дворце. Да и мы чем хуже?” — думала я, пока примерно объясняла концепт художнику по стеклу.

В общем, полученный результат более чем стоил всех моих трудов.

Рейгана порадовали все нововведения, и даже слуги, несмотря на то, что им пришлось тратить много времени на размещение всех этих новых деталей по всему замку, тоже были в восторге. Обрадовались даже рыцари, которые часто ужинали в гостевом крыле замка после тренировок неподалеку. Самый настоящий успех!

Все ради уюта… и ради сегодняшнего дня.

— Госпожа, вы дрожите, — заметила Селия, расправляя мою юбку.

— Это от волнения, — призналась я и нервно улыбнулась самой себе в зеркало.

“Волнение — это мягко сказано,” — тут же дополнила мысленно.

Жемчужно-белая пышная юбка из плотной ткани ниспадала вниз, словно снежный водопад. Корсет, плотно облегающий фигуру, был вышит вручную серебристыми нитями. Уже знакомый узор бушующей вьюги — он напоминал тот самый орнамент, что мастерицы создали на моем походном плаще. Тонкие, витиеватые линии разбегались от талии вверх, к плечам. В рисунок были аккуратно вплетены крохотные жемчужины, будто замерзшие капли воды. Рукава из тонкого кружева плотно облегали мои руки чуть ниже запястий.

Селия надела мне на плечи накидку из горностая и аккуратно поправила фату — тончайшая, полупрозрачная ткань.

“Помню, когда я увидела ее впервые, то побоялась даже трогать: казалось, словно она вот-вот растает в руках. Словно сахарная.”

Фата крепилась к диадеме на моей макушке. Под полупрозрачной тканью ярким пятном горели мои рыжие волосы, уложенные в аккуратные локоны. На фоне нежного белого выделялись именно они — и мои темные карие глаза.

— Вы прекрасны, госпожа, — выдохнула Селия, вручая мне букет из нежно розовых бутонов слезы дракона. Они согревали руки теплой магической энергией — Ардиан напитал их для меня сегодня утром, когда приехал на несколько дней из Академии.

“Хорошо, что ему позволили взять отгул. Не представляю этот день без него.”

Горничная еще раз расправила все мои складки на платье, хотя их там уже, казалось, не осталось. Сегодня Селия тоже была особенно суетливой — перепроверяла все детали по несколько раз и постоянно переспрашивала других служанок, чтобы никто ничего не забыл и не потерял. Они в какой-то момент даже начали ее немного сторониться, настолько нервно дотошной она стала.

“Редко доводится видеть Селию такой растерянной,” — отметила я и улыбнулась, переглянувшись с ней взглядами.

Наконец, она замерла и совершенно искренне сказала:

— Мне кажется, я сейчас расплачусь.

— Держись, Селия, — улыбнулась я, хотя и у меня весь день глаза были на мокром месте. Мне грело душу, с каким волнением и теплом слуги относились к нашей свадьбе. Они, теперь наверняка зная мое настоящее имя и титул, не переставали заботиться обо мне. Никто в замке не посмел сказать ни единого обидного слова в мой адрес.

“И все-таки задерживаться нельзя.”

Набравшись смелости и сделав глубокий — насколько позволял корсет — вдох, я развернулась к двери.

— Пойдем. Не надо заставлять всех ждать.

— Точно. — Селия еще раз поправила фату. — Господин уже в зале. Стоит у алтаря — я видела его мельком. И, кажется, нервничает. За все годы, что я здесь работаю, ни разу не видела его таким взволнованным.

Я невольно хихикнула.

“Рейган — и нервничает?” — с веселым сомнением промелькнуло у меня в голове. “Не могу в это поверить. Такое правда нужно увидеть своими глазами, чтобы убедиться.”

— Все гости собрались?

— Да. — Селия кивнула. — Ваш брат ждет вас в коридоре. И прожигает взглядом каждого, кто слишком близко подходит к двери.

Я закатила глаза. Да, это мой брат — его почерк. Ардиан сдержал слово: из Академии не сбежал, успеваемость успешно держал на прежнем уровне и даже улучшил оценки за поведение. А это, между прочим, невиданная роскошь! У него никогда выше тройки за поведение не было. А еще он, к моему удивлению, нашел общий язык с другими студентами — уроженцами севера, которые приезжали в столичную академию по обмену опытом. Заводить друзей брату было тоже несвойственно.

“Все мы изменились,” — подумала я с улыбкой.

Каждую неделю Ардиан присылал мне письма и постоянно просился на каникулы приехать в герцогство,