По осколкам твоей лжи - Татьяна Юрьевна Никандрова

Встаем из-за стола, и, накинув на плечи куртку, Измайлов спрашивает:

— Провожу вас до дома?

— Давайте, — отзываюсь я, а затем с улыбкой добавляю. — И ко мне можно на «ты».

— Ну наконец-то, — хмыкает. — Я уж думал, ты не предложишь.

Выходим на улицу и несколько минут стоим на крыльце, любуясь осенним пейзажем. Ни о чем не говорим. Просто созерцаем. Слова в эту секунду лишние.

— Ну что, пойдем? — я нарушаю тишину и упираюсь взглядом в его щеку.

— Далеко идти?

— До соседнего дома, — хихикаю.

Медленно бредем по тротуару, глубоко вдыхая сыроватый ароматный воздух. Удивительно, но в данный момент я чувствую себя абсолютно спокойной. И абсолютно счастливой. Словно мой жизненный паззл наконец сложился, и отныне я полноценный человек. Избавившийся от ненужного и получивший то, о чем давно мечтал…

Мысли как-то непроизвольно касаются ребенка, который через полгода появится на свет и о котором Ранель до сих пор ничего не знает. Ну, или делает вид, что не знает. Алаев, конечно, не из болтливых, но, возможно, он не сдержался и поведал Измайлову о моей беременности. Они же как-никак лучшие друзья.

В любом случае, я непременно расскажу Ранелю о том, что жду от него ребенка. Но не сейчас. Потом. Тогда, когда настанет идеальный для этого момент.

Ну а пока — мы просто два только что познакомившихся человека, между которыми пролетела искра взаимной симпатии.

— Вот мы и пришли, — притормаживаю около своего подъезда и заглядываю Ранелю в глаза.

Мне интересно, как он поведет себя дальше.

— На чай пока напрашиваться не буду, но очень надеюсь на новую встречу, — он говорит негромко и вкрадчиво, будто таким образом проверяет границы дозволенного.

— Как насчет еще одного совместного завтрака? — играю бровями. — Завтра. В том же кафе.

— Договорились, — отзывается он, взглядом зависая на моих губах.

Смотрит пристально и жадно, будто очень хочет поцеловать и с трудом сдерживает порыв.

Но мы еще не в таких отношениях, верно? Незачем торопить события.

— Тогда пока, — во мне просыпается детское шаловливое веселье.

Круто чувствовать себя желанной, но при этом недоступной.

— Пока, — эхом повторяет демон, все еще вожделенно пялясь на мой рот. — Постараюсь не спятить в ожидании завтрашнего дня.

Взбегаю по ступенькам и, приложив ключ-таблетку к домофону, скрываюсь в подъезде. На губах — довольная улыбка, а в душе фонтам бьет восторг.

Господи… Неужели на горизонте наконец замаячил реальный шанс на счастье?

Глава 42. Ранель

Перед тем, как перешагнуть порог кафе, делаю короткий резкий выдох, пытаясь унять мандраж. Я вроде уже давно не пацан, тушующийся в женском обществе, но перед встречей с Диорой почему-то нервничаю. Не так, чтобы прям до трясучки, но все же вполне ощутимо.

Толкаю дверь, ловлю приветственный кивок официантки, окидываю взглядом небольшой зал и наконец замечаю ее. Шахерезада сидит за столиком у окна. Спокойная, умиротворенная, в просторном кашемировом свитере и разметавшимися по плечам волосами. Как и вчера, читает книгу.

— Доброе утро, — произношу я, становясь рядом.

— Доброе, — она вскидывает голову, окуная меня в теплое золото своих глаз.

В голову тут же лезут мысли о том, что она безумна похожа на осень за окном. Такая же уютная, мягкая и невероятно красивая. За те три месяца, что мы не виделись, в Диоре что-то неуловимо поменялось… Я смотрю и не могу сформулировать, что именно. Может, с лица схлынула глубокая печаль? Или взгляд сделался более открытым? Или, возможно, она просто наконец сняла маску суровой бизнес-леди?

Что бы то ни было, перемены ей идут. Так же, как и играющая на губах улыбка.

— Садись и быстрее определяйся с выбором, — она вручает мне меню. — А то я уже с голоду умираю!

— Выходит, ты еще не сделала заказ? — шелещу страницами.

— Нет. У нас ведь совместный завтрак, не так ли?

Мой рот тоже растягивается в улыбке. Мне нравится, что она идет на контакт. Что не морозится и не лелеет старые обиды. Кажется, Шахерезада так же, как и я, наконец готова к тому, чтобы перечеркнуть прошлое. И начать жизнь с белого листа.

Заказываю первый попавшийся на глаза завтрак и стакан яблочного пунша. Диора тоже озвучивает свой выбор и, подперев кулачком подбородок, сосредотачивается на мне.

— У тебя красивые глаза, — негромко сообщает она.

— Правда? — я слегка подаюсь вперед, к ее лицу, потому что это заявление подозрительно напоминает флирт.

— Да, — Диора, к счастью, не отклоняется, позволяя мне рассматривать крошечные веснушки на ее коже. — И колечко в носу мне тоже очень нравится. У тебе где-нибудь еще есть пирсинг?

Мне становится смешно. Потому что она прекрасно знает, где и что у меня проколото, но, следуя нашей игре, все равно задает вопросы. И поэтому я решаю немного поглумиться:

— Ага, пирсинг головки члена. Недавно, кстати, сделал.

Ее глаза изумленно расширяются, а губы складываются в недоуменное «о»:

— Ты не шутишь?

— Нет, — отвечаю, сохраняя серьезность. — Было больно, но я вытерпел.

— И зачем это нужно? — она, походу, реально мне верит.

— Для секса. Больше стимуляции — ярче оргазмы.

— У кого? У тебя?

— У партнерши.

Я выдумываю буквально на ходу. И мне стоит огромных усилий не проколоться и не заржать.

— М-м-м… — тянет Диора, ерзая на стуле. — И что уже есть отзывы от партнерш?

— Пока нет. Эта теория нуждается в практической проверке. Хочешь стать первой?

Какое-то время мы с Диорой испытующе смотрим друг другу в глаза. Уголки ее губ предательски подрагивают, да и сам я с трудом держу серьезную мину.

— Ваш английский завтрак, — вклинивается официантка, ставя передо мной тарелку. — А это шакшука для девушки.

Диора переводит внимание на еду, и я ощущаю легкое разочарование. Жаль, что момент упущен. Мне чертовски нравилось с ней флиртовать!

За завтраком разговор находится в безопасном русле: мы общаемся на тему путешествий, много шутим и смеемся. Потом осушаем бокалы и, расплатившись, покидаем кафе.

Когда доходим до дома Диоры, я весь сгораю от нетерпения. Мне дико хочется подняться к ней в квартиру, но я не знаю, как лучше заявить о своем желании: хитрым намеком или все же напрямую?

В итоге Шахерезада облегчает мне задачу, произнеся простое и незатейливое:

— Чаю хочешь?

Мы пили чай десять минут назад, но я все равно полон энтузиазма:

— Очень!

Квартира у Диоры светлая и просторная. Две комнаты, дизайнерский ремонт, повсюду умная техника.

— Прикольно, — говорю я, озираясь по сторонам. — Все такое белое и чистое. Прям страшно где-нибудь наследить.

— Ремонт делала не я, — усмехается