Мой ласковый зверь - Юлия Мош

Телефон, лежавший на кофейном столике рядом со мной, завибрировал. Его легкая дрожь ощутилась как удар тока. Сообщение от неизвестного номера. Я нахмурилась, отпивая приторно-сладкий чай, который Кирилл принес мне — он уже остыл, но я не почувствовала разницы. Любопытство смешалось с тревогой, словно ядовитый коктейль. Открыла сообщение.

На экране было фото. Я. В свадебном платье. В том самом, что я примеряла всего несколько часов назад, в будуаре, наполненном светом и надеждами. Фото было сделано со стороны, явно исподтишка, через окно или скрытую камеру. Под фото, крупным, зловещим шрифтом, текст, который обжег глаза: "Красивое платье, невеста. Очень идёт тебе. Жаль, не успеешь его надеть. Иначе все сгорит. Как и твой Альфа. Роман." Телефон выпал из моих рук, с глухим стуком упав на мягкий ковер, но звук его падения, казалось, разорвал тишину. Мой крик застрял в горле, превратившись в беззвучный, прерывистый хрип, словно нож прошелся по горлу. Мир за долю секунды сузился до этого фото, до этого сообщения, до осознания того, что он был здесь. В моем доме. Рядом со мной. Несколько часов назад. Он видел. Он слышал. — Что такое?! — Кирилл сорвался с места, его скорость была поразительной, он был рядом в мгновение ока, его глаза горели тревогой и яростью.

Я не могла говорить, мои голосовые связки словно парализовало. Только показала дрожащим пальцем на упавший телефон, который мигал, зловеще подсвечивая экран, словно глаз какого-то чудовища. Он поднял его, прочитал, и лицо его, обычно такое невозмутимое, исказилось от ярости, ужаса и бессилия. — Все, по тревоге! — рявкнул он в рацию, и его голос, усиленный аппаратурой, сотряс стены дома. — Дом на полную защиту! Заблокировать все входы и выходы! Лизу в безопасную комнату! Немедленно! Альфа под угрозой! Повторяю, Альфа под угрозой!

Меня подхватили под руки сильные, но нежные руки охранников. Я шла механически, ноги были ватными, словно чужие, не понимая, что происходит до конца, словно я была марионеткой в руках судьбы. Безопасная комната оказалась в подвале Это был не просто подвал, а настоящий бункер. Маленькая, с толстыми бетонными стенами, стальной дверью, оснащенной электронным замком. За стенами, я знала, были запасы воды и еды, аптечка, средства связи. Она была построена, чтобы выдержать ядерный удар, чтобы защитить самое ценное. Оставайтесь здесь, Елизавета Андреевна. — приказал Кирилл, его голос был твердым, его взгляд — преисполненным ответственности, которая легла на его плечи тяжелым грузом. — Не выходите, пока я не скажу. Ни на один шорох не отзывайтесь. А главное — не отключайте телефон. Мы будем на связи. Понятно? Я кивнула, мои губы были сухими, а во рту пересохло, словно я прошла по пустыне. Я чувствовала себя такой беспомощной, такой уязвимой. Дверь захлопнулась с тяжелым, металлическим лязгом, который отозвался эхом в моей груди, заставив меня вздрогнуть. Лязгнули несколько замков, зашипел механизм электронного запора, отрезая меня от внешнего мира. Я осталась одна в тесной комнате, освещенной только одной тусклой лампочкой, которая покачивалась под потолком, отбрасывая зловещие тени, превращая знакомые предметы в чудовищ. Села на кровать, обхватила себя руками, пытаясь сдержать дрожь, которая крупной волной била по всему телу. Дрожь была неконтролируемой, словно я замерзала. Кто-то следил за мной. Знал про платье. Угрожал. Он был в моём доме. Он был здесь! Он видел меня! Паника начала накрывать меня, знакомая, липкая, холодная волна, грозя захлестнуть с головой, утянуть в бездну безумия.

Я попыталась дозвониться до Глеба. Один гудок, второй….. Нет ответа. Еще раз. Молчание. Сердце сжалось от ужаса, от мысли, что он там, израненный, а я здесь, беспомощная. — Не сейчас, Лиза. — прошептала я сама себе, пытаясь взять себя в руки, сжать волю в кулак, чтобы не сойти с ума от страха. — Не сейчас. Нужно держаться. Ради него. Он обещал вернуться. Он всегда возвращается. Я закрыла глаза, изо всех сил попыталась нащупать связь с Глебом. Тонкую ниточку, невидимую пуповину, которая, как он говорил, появилась между нами. Вот она. Слабая, почти неразличимая сквозь страх, сквозь боль, но она была.

Пульсировала, давая надежду. Он жив. Тревожен, зол, но жив. И он сражался. Там, за стенами. "Вернись ко мне, мой Альфа." — мысленно попросила я, отправляя свой зов сквозь стены бункера, сквозь расстояния, сквозь смерть. "Вернись ко мне, пожалуйста, вернись." Я знала, что должна быть сильной. Ради него. Ради нас. Я должна была выжить. И я верила ему. Верила, что он справится. И что он вернётся. Моё сердце билось в унисон с его.

Глава 45

Глеб

Я мчался домой, разрывая телефон бесконечными, яростными звонками. Металлическая коробка моей машины рвала ночную тьму, стрелка спидометра зашкаливала, фары пронзали мокрый асфальт, оставляя за собой лишь мерцающий след Моё сердце билось молотом о рёбра, отбивая бешеный ритм дикого зверя. Каждая клетка тела кричала от предчувствия надвигающейся катастрофы, паника нарастала с каждой секундой, превращаясь в обжигающий, всепоглощающий гнев.

Игорь наконец взял трубку, его голос звучал напряженно, сквозь помехи и шум, словно он говорил из преисподней, из самой бездны.

— Босс, Лиза в безопасной комнате. — доложил он, и эти слова, вместо облегчения, вызвали лишь новый приступ жгучей, невыносимой тревоги. — Ей пришло сообщение с угрозами... Роман... Он прислал фото… Я знаю. — прорычал я, лавируя между машинами, игнорируя сигналы и возмущенные крики водителей, педаль газа была вжата в пол, я чувствовал её до самого дна. Каждый нерв был натянут до предела, каждая мышца была словно камень. — Как она? Что с ней? Жива?

Держится. Но напугана. Очень, Альфа. — Игорь понизил голос, и в его интонации я уловил истинное, глубокое беспокойство, ту самую нотку, которую он тщетно пытался скрыть. — Глеб, тут еще кое-что... гораздо хуже. Охранник у ворот. Его нашли без сознания. Ударили чем-то тяжелым по голове. Он не отзывается. Возможно... мёртв. Значит, кто-то проник на территорию. Или уже был внутри. Холодный пот прошиб меня, несмотря на лихорадочный жар ярости. Моё нутро сжалось от ярости, до такой степени, что дышать стало трудно. Они были в моём доме. В моей крепости. Они посягнули на моё.

Проверь всех в доме. — приказал я, и мой голос был ледяным, как сталь, в нём звенела невыносимая боль предвкушения. — Каждого. Запахи, документы. Если хоть малейшее сомнение — изолировать. Немедленно. Прочешите каждый сантиметр!

Уже