Мой ласковый зверь - Юлия Мош

причинить ему максимальные страдания. Но хуже всего было видеть Глеба. Его избитое, окровавленное, распухшее лицо, на котором застыло выражение агонии. Беспомощность в его глазах, тот животный ужас, с которым он смотрел на мои страдания, на мою боль. Он всегда был таким сильным, несокрушимым, моим

Альфой, моим защитником, а сейчас... Сейчас он был человеком. И это разрывало меня на части, причиняя мне боль, которая была нестерпимее любой физической.

— Глеб... - прошептала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал, но слезы уже текли по щекам, смешиваясь с кровью, выступившей на разбитой губе. — Не смотри на меня... пожалуйста... Я не хочу, чтобы ты видел меня такой... Не могу. — он смотрел, и в его глазах, сквозь боль, сквозь кровь, сквозь унижение, сквозь нарастающую слабость, светилась такая безграничная, всепоглощающая любовь, такая агония, что сердце, казалось, разрывалось на миллион крошечных осколков. — Лиза, прости... прости, что не смог защитить... Я должен был быть сильнее... Я не уберёг тебя..

Тихо вы тут! — рявкнул Роман, его лицо было искажено злорадством, а глаза горели безумием. Он снова замахнулся ножом, его лезвие зловеще блеснуло в тусклом свете, нацеливаясь на моё горло, чтобы прервать нашу связь. — Слишком много соплей! Слишком много драмы! Закройте рты, или будет еще хуже! Я предупреждал! И тут... раскатистый грохот. Оглушительный взрыв, сотрясший стены старого, ветхого здания до самого основания. Куски бетона, штукатурки, осколки стекла посыпались отовсюду дождем, оставляя за собой облако пыли. Огромная часть стены рухнула, и в образовавшийся пролом, словно из самого ада, ворвались не люди. Волки. Огромные, серые, рыжие, черные. Целая стая, жаждущая крови, яростно блестящая глазами, горящими предвкушением битвы. Их утробный рык наполнил пространство, заглушая все остальные звуки — и стоны Романа, и наши крики, и мои собственные всхлипы.

Что за?! — Роман растерянно обернулся, его лицо побледнело еще сильнее, глаза расширились от неожиданности, его взгляд метался, словно загнанный зверь в ловушке. Пульт с угрожающе красной кнопкой так и остался болтаться в его ослабевшей руке.

— Я же сказал — один! Один!

А он не очень — то послушный.

— прозвучал новый голос. Женский. Холодный, уверенный, властный, пробирающий до костей. Словно сам холод спустился на землю.

В пролом, сквозь завесу пыли, вошла женщина. Высокая, грациозная, с короткой, стильной стрижкой, в обтягивающей кожаной куртке, которая идеально подчеркивала её статную фигуру. За ней, словно тени, бесшумно скользнули еще двое оборотней, их глаза горели беспощадной сталью, а тела были напряжены, как натянутые луки. Она была воплощением силы и ярости, но её взгляд был спокоен. Её запах — сильный, терпкий, запах Альфы. Даже я чувствовала что она тут главная.

— Дарина?! — Роман побледнел еще сильнее, его голос дрогнул, в нём проскользнул неподдельный, животный страх. — Ты что тут делаешь?! Ты же из другой стаи! У вас нет союза! — Помогаю другу. — она небрежно кивнула в сторону волков, которые уже окружали Романа и его людей. Один из них, огромный рыжий волк, с шерстью цвета пламени, двинулся вперед, его взгляд был прикован ко мне, словно он чуял мой страх и мою боль. — Знакомься, это моя стая. Глеб попросил о помощи. А Альфа не отказывает Альфе, если его пару держат в плену. Как я могла ему отказать? Ведь ты поставил под угрозу его будущую пару. Его невесту. Моя стая присоединится к его стае в этой битве.

Роман метнулся к пульту, его глаза лихорадочно блестели последней надеждой, но Дарина была быстрее. Выхватив пистолет из-за пазухи, она выстрелила. Пульт в руке Романа разлетелся на куски, словно хрупкая игрушка, а его надежда — вместе с ним.

— Взять его. И его людей. Живыми. Для особого разговора. — приказала она, и её голос звенел от власти, которая не терпела возражений.

Двое оборотней, огромных, мускулистых, в мгновение ока скрутили Романа, не давая ему ни единого шанса на сопротивление. Тех, кто держал Глеба, тоже повалили на пол, их тела обмякли. А за ними, словно из ниоткуда, появились мои охранники, мои люди, с трудом поднимаясь, опираясь на стены, их лица были бледными, но полными решимости отомстить за своего Альфу. Большой рыжий волк, тот самый, что двинулся первым, подбежал к Глебу, обнюхал обруч на шее, зарычал, словно пытаясь разорвать это проклятое серебро, которое мучило его Альфу.

Серебро. — Дарина нахмурилась, её взгляд упал на обруч на моей шее, затем на Глеба, её глаза горели стальным огнём. — Чёртов ублюдок. Нужен ключ. Роман, где ключ?! Не испытывай моё терпение. Или я прикажу моим волкам начать.

Пошла ты! — выплюнул он, его взгляд был полон ненависти, но в нём уже читался страх перед неминуемой расплатой. Дарина подошла к нему, её движения были быстрыми и точными. Ударила его по лицу. Раз. Второй. От ударов его голова дергалась из стороны в сторону, словно у тряпичной куклы. Кровь брызнула из разбитого носа, пачкая его дорогую рубашку.

— Ключ. Сейчас. Или я приказ разорвать тебя на части. И поверь мне, Роман, моя стая умеет это делать очень, очень медленно и с удовольствием. Исключительно для тебя. — в её голосе была сталь. — И я не буду останавливать их. Последний шанс. Последнее предупреждение.

Роман сдался, кивнул на стол в углу, его тело дрожало, а губы скривились от боли. — Там... в ящике…

Дарина нашла ключ, подошла к Глебу. Осторожно, с почти нежной бережностью, сняла обруч. Глеб рухнул на колени, тяжело дыша, его тело сотрясала крупная дрожь. В ту же секунду его мышцы заиграли, кости начали трансформироваться, оборотней, их глаза горели беспощадной сталью, а тела были напряжены, как натянутые луки. Она была воплощением силы и ярости, но её взгляд был спокоен. Её запах — сильный, терпкий, запах Альфы. Даже я чувствовала что она тут главная.

— Дарина?! — Роман побледнел еще сильнее, его голос дрогнул, в нём проскользнул неподдельный, животный страх. — Ты что тут делаешь?! Ты же из другой стаи! У вас нет союза! — Помогаю другу. — она небрежно кивнула в сторону волков, которые уже окружали Романа и его людей. Один из них, огромный рыжий волк, с шерстью цвета пламени, двинулся вперед, его взгляд был прикован ко мне, словно он чуял мой страх и мою боль. — Знакомься, это моя стая. Глеб попросил о помощи. А Альфа не отказывает Альфе, если его пару держат в плену. Как я могла ему отказать? Ведь ты поставил под угрозу его будущую пару. Его невесту. Моя стая присоединится к его стае в этой битве.

Роман метнулся к пульту, его глаза