Однажды золотой кровью написанное - К. М. Моронова

страх перед нами. Большинство нас боится, но не Венера. Мы помогли, потому что богиня любви не желала ничего кроме твоей безопасности и счастья. Скажи же, божество, познала ли ты счастье за свою короткую жизнь?

Я смотрю на них и хочу ответить отрицательно, но потом задумываюсь. Моя жизнь была лучше, чем у многих. Многие пережили куда более жуткие моменты, чем я. Мне вспоминается, как я смеялась в родном королевстве, с рыцарями, знакомыми с детства и своей подругой Корин. Мои боевые тренировки и дружба с боевыми товарищами. Все, что я успела испытать даже после того, как покинула Алзор. Например, осознала, что демоны не так уж сильно от нас отличаются, что они способны на доброту, что у них есть традиции, о которых я ничего не знала. Они могут окружать себя такой красотой, что ее достоин увидеть весь Фалтор.

— Да, — отвечаю я, легко улыбаясь.

Мойры спокойно смотрят на меня.

— Тогда почему ты оказалась здесь?

Я прищуриваюсь. Они прекрасно знают, как так вышло. Скорее всего, они уже очень давно за мной наблюдают, зная, к чему приведет каждый мой шаг.

— Разве не вы должны рассказать мне об этом? Как нам выбраться отсюда? Как остановить войну? — упрямо говорю я. Лучше сразу перейти к делу. Впрочем, я знаю, что можно не ждать от Мойр прямого ответа. Они предпочитают уловки и загадки.

— Война назревала с тех пор, как появились первые демоны и полубоги. И она продолжится, пока не будет принесена жертва, сотворенная из чистейшей любви.

— Жертва из любви? Что это значит? Что вы имеете в виду?

Несколько секунд они разглядывают меня, смотрят в мои полные отчаяния глаза, а потом опускают взгляд обратно в котел. Черная жидкость пузырится, и несколько капель падают на пол.

— Ты поймешь, когда придет время.

И как я пойму? Они хотят сказать, что я должна пожертвовать собой? Или Калелом? Чувство такое, будто мое сердце снова пронзил меч.

— Вы хотите сказать, что один из нас должен умереть? — мой голос окутывает их, но Мойры лишь таинственно улыбаются.

Та, что закрывает себе рот, запускает руку под плащ и протягивает мне что-то. Я не осознавала, насколько Мойры выше меня, но теперь, когда мы стоим рядом, от этого становится жутковато. Рука, протянутая ко мне, влажная и морщинистая.

Мойра передает мне какой-то предмет, завернутый в старую рваную ткань. Взяв его, я понимаю, что это что-то наподобие кинжала и вздрагиваю.

— Мы привели тебя сюда, чтобы отдать это, — звук их голоса подрагивает в воздухе, и у меня сводит живот.

Тяжело сглотнув, я начинаю разворачивать кинжал. На лбу выступает пот, когда я понимаю, что это клинок моей матери. Единственная вещь, которую она оставила, когда бросила меня в Алзоре.

— Мамин кинжал? — медленно спрашиваю я, поднимая взгляд на Мойр. — Что мне с ним делать?

Остальные Мойры подходят ко мне вслед за той, что прикрывает рот.

— Он не ее, а наш. Он понадобиться тебе, когда ты отыщешь путь назад и будешь готова принести жертву.

Я несколько раз открываю и закрываю рот, не в силах вымолвить ни слова. Я поражена и встревожена.

— Мне придется кого-то убить им?

Они смотрят на меня пустыми глазами.

— Оно должно быть написано золотой кровью.

Опять это. Все мое тело замирает, я не могу дышать.

— Так вы меняете судьбы, — шепотом говорю я. Они неспешно кивают в ответ.

Я поворачиваюсь, чтобы лучше рассмотреть кинжал в свете факелов, освещающих вход в туннель.

— Но… — тихо бормочу я. Обернувшись, я натыкаюсь на глухую стену пещеры. Помещение исчезло, а вместе с ним и Мойры, котел и все остальное.

Кроме клинка у меня в руках.

Тяжело ступая, я возвращаюсь тем же путем, что пришла.

Быстро выйдя из пещеры, я с удивлением замечаю, что туман исчез, но деревни по-прежнему не видно. Вместо нее передо мной раскинулась пустошь, похожая на болото. Из грязных луж торчат темные деревья. Их корни давно переросли и теперь изгибаются над затянутыми мхом тропинками, вьющимися между водой и корой.

Где я?

В животе все сжимается. Я смотрю на жутковатый пейзаж, и меня охватывает бессилие.

Я потерялась.

Глава 22

Алира

Оказавшись непонятно где, среди бесконечного пейзажа, я погружаюсь в воспоминания. Думаю о том, что было бы, если бы мы с Калелом проявили больше понимания друг к другу и думали о том, как вместе изменить судьбу вместо того, чтобы ссориться из-за прошлого.

Интересно, Калел все еще в подземном мире, как и я? Потерян ли он, утратил ли надежду выбраться из Мортема, несмотря на то, что уже прошло так много времени. Кажется, это маловероятно, но Венера говорила, что здесь каждый час равен секунде наверху.

Уже чуть больше недели я брожу, заблудившись и отчаявшись, среди болот. Время здесь течет странно. Так медленно, что становится легко потерять рассудок от того, что его не чувствуешь. Остается лишь думать о своих ошибках и том, что хочется забрать назад.

Если бы я смогла выбраться, то сказала бы Калелу, что готова его выслушать. Услышать извинения, которые до этого игнорировала.

После того, как Мойры меня бросили, я большую часть дня обследовала болота, пока не нашла домик, очень похожий на тот, в котором оказались мы с Калелом после временной петли. Он совсем маленький, с кухней, комнатой и кроватью возле очага.

Побродив по туманному болоту, я легко смирилась с тем, что он станет моим временным пристанищем, но самостоятельность вскоре переросла в одиночество, а оно — в тоску. Я думала об Алзоре и Девиците бесконечными часами, что складывались в долгие дни.

Таково мое наказание. Мне лишь хотелось бы, чтобы рядом был Калел.

Я очень сожалею о том, что мы не смогли уладить все между нами, пока еще были живы. Надеюсь, Калел остался с матерью. Надеюсь, он обрел покой.

Делаю пометку о том, что прошел еще один день.

Кровать скрипит, когда я сажусь на нее и натягиваю одеяло до подбородка. Как и каждую ночь, я смотрю в потолок и пересчитываю свисающие с него засушенные цветы. Когда я пришла, они уже были здесь. Забавно, что это пионы из дворца Калела.

Поначалу дни проходили быстро. Много времени уходило на то, чтобы найти путь прочь из болот. Но в какую сторону я бы не шла сквозь туман и дымку, передо мной снова оказывался этот домик. Оказалось, здесь спрятано много еды. В Мортеме есть не обязательно,