Практика для двоих, или Поцелуй по ошибке - Ольга Ярошинская

Нахмурившись, я тоже потащилась к стене. Взобралась по лестнице к парапету и выглянула наружу. Наш с Роско прекрасный смерч, которой должен был отбросить скверну до самого третьего круга, исчез.

— Рассосался, — с видимым удовольствием пояснил Альфи. — Как будто о стену шарахнулся. Вот была метла — а вот нет ее. Не то что наша — сработала как надо. Видно, у вас с Роско нет резонанса.

Он притворно вздохнул, быстро на меня глянув. Помявшись, несмело положил руку мне на талию, и я едва не зарычала от раздражения. Кто так обнимается, Гвиневред? Руки все равно что макароны вареные!

— Устала? — участливо спросил он. — Вот зачем ты решила провести ритуал с ним? Хотела меня наказать? Заставить ревновать?

— Эм-м…

— Не надо слов, — прошептал Альфи, прижав к моим губам палец. — Не надо игр, Эрика. То, что растет в моем сердце, — настоящее. Понимаю, сейчас не подходящий момент, но…

— И правда неподходящий момент, — буркнула я, поспешив по стене дальше.

Скверна атаковала щиты, выставленные парнями в отдалении от поста. В тумане, темном, как клубы дыма, мелькали рога, щупальца и зубы.

— Там твари так и кишат! — выкрикнул Гус со страхом, смешанным с восторгом. — Звезда, ты такое видела?

Это было неправильно, нездорово: и опавший внезапно смерч, и то, с каким упорством скверна пыталась до нас добраться.

Если ритуал не подействовал, на то была причина. Первая, и самая вероятная, ритуал был проведен плохо или неверно. Но это мы сразу отбрасываем: все было просто отлично. Магия соединилась, смерч вырос до самых небес. Мы с Роско, без ложной скромности, так ему несвойственной, сделали все великолепно.

Второй вариант — слабый уровень магов. Тоже не наш случай. Мы черенковые, и от энергии Роско у меня до сих пор коленки подрагивали.

Остается последняя вероятность, которую в учебниках обычно писали в сноске, а иногда не указывали вовсе: на территории, где проводится ритуал, уже действуют чары, причем более мощные.

— Монетка! — вспомнила я, дернув Гуса за рукав. — Помнишь, твой слепок нашел монетку и, кажется, ложечку.

— Было дело, — подтвердил он, перебирая пальцами невидимые струны. — Смотри, я сейчас еще одного слепка запущу. Правда, у меня получаются такие придурки… Вот куда ты пошел? — с горечью выкрикнул он, перевесившись через парапет. — Вперед, а не в болото! Враг там!

— Подожди, — подергала я его снова. — Монетку ты дал мне, за каменюшу. А ложку куда дел?

— На кухню отнес, — вздохнул Гус. — Что я, буду старые ложечки собирать? Выбрасывать жалко, в хозяйстве пригодится. А что?

Я побежала по лестнице вниз, едва не спихнув Альфи, который снова тащился ко мне со своими слюнявыми признаниями. Хотя вот от Роско я бы послушала: про то, как я ему нравлюсь, какая у меня красивая грудь и все остальное…

Я зарделась от смущения и удовольствия, вспомнив сцену в подвалах, но тут же мысленно надавала себе оплеух, заставляя собраться.

Итак, что может быть более сильным, чем парный ритуал? Темная магия!

Увы, ее мы в академии не учили. Однако кое-что я все-таки знала: в основном то, как от нее лечить. Если вкратце — долго, нудно и с сомнительным результатом. А еще я отчетливо помнила, что за темную магию полагалось платить. Кровью.

У входа в столовку я обернулась и нашла взглядом Роско. Он поднял руки, и между его ладонями заискрила молния.

Нет, не могу я погибнуть вот так, даже не став его женой по-настоящему. Хотя бы чисто из исследовательского интереса я должна выяснить, каково это — быть с мужчиной, которого выбрали боги.

Толкнув дверь, я побежала на кухню. Бросилась к ящику с приборами, выгребая их на пол: вилки, ножи, вот и ложки… К счастью, все старательно проштампованы символом академии.

— Ты что это делаешь? — возмутилась Габриэлла, выходя из-за угла и помешивая сахар в чашечке.

Я даже восхитилась ее невозмутимости — скверна у ворот, а ей хоть бы хны: чаи гоняет.

— Только недавно посуду помыла, — укоризненно добавила она. — Вернее, Тинто помыл, но все равно… Кто перемывать будет? Он сейчас, небось, занят.

— Я ищу ложку, которая, предположительно, была использована в темном ритуале, — честно ответила я.

— Правда? — заинтересовалась Габриэлла. — А как она выглядит?

— Без понятия, — ответила я, запустив пальцы в и без того растрепавшиеся волосы. — Но она должна отличаться от остальных.

— Эта? — невинно предположила Габриэлла, достав из чашки ложку.

Я выхватила ее и ощупала со всех сторон, едва не обнюхав. Тонкая, блестящая, похоже на серебро. А на конце, с обратной стороны, слегка стершаяся гравировка, но прочитать можно — Эрика.

Я ткнула ложку под нос Габриэллы.

— Мое.

— Забирай, — позволила она. — Так что, Джинджер права? Ты провела темный ритуал, и потому Роско в тебя влюбился, а теперь скверна идет сюда за расплатой?

— Нет, — ответила я.

— Не влюбился? — с надеждой выпалила Джинджер, выглянув из-за угла.

Я ткнула в ее сторону ложечкой, точно мечом.

— Роско — мой, — отчетливо произнесла я. — А если еще к нему полезешь, я тебе такие прыщи наколдую, что мимо зеркала будешь с рыданиями пробегать!

Джинджер побледнела и отшатнулась.

— Поняла меня? — с нажимом произнесла я.

— Это нечестно! — заявила она, подбоченившись.

— К тому же ты врешь, — пробормотала себе под нос Габриэлла и, отхлебнув чай, пояснила: — Целителей учат лечить, а не вредить.

— Могу понос устроить, очищение организма, — предложила я. — Или, допустим, густые и шелковистые волосы, на ногах.

Джинджер поджала губы и окинула меня задумчивым взглядом.

— Не так уж он мне и нужен, — буркнула она наконец.

Вот и прекрасно. А мне без него никак.

* * *

Ритуал не сработал, и скверна яростно атаковала пост. Щиты, выставленные парнями, сминались под натиском тварей, как фантики от конфет. Слепки, отправленные в туман, гибли один за одним, взрываясь и унося с собой скверну, которой меньше не становилось. Защитные артефакты искрили, но оборону держали. Надолго ли?

Мелкий прыгучий монстр, похожий на белку-летягу, рванул через ров, распластав серые крылья, но, отчаянно пискнув, удрал, поджимая опаленный хвост.

— Руны работают, — похвалил Гус. — Хорошо ты наплел.

Друг казался спокойным, и Роско в глубине души удивлялся, почему до сих пор никто не орет от паники. Им же конец! В сизых клубах тумана проплыл изогнутый хребет, ощетинившийся иглами, каждая с руку длиной. Роско судорожно пролистал в памяти классификатор скверны, но в третьем круге такой твари не нашел.

— Знаешь, у меня с утра было