Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

грязный притон, и тут даже к ебучему дивану не стоило бы прикасаться. Идея приходит сама собой: скидываю кожанку, стаскиваю футболку через голову и возвращаю куртку на голое тело. Точно не замерзну.

– Держи еще, – приказываю я Кемалу.

Швы с треском разваливаются – правильно говорят, в Англии больше не умеют шить, – и футболка в несколько движений превращается в тканевые полосы, которые я повязываю вокруг ремня.

– Все, – обещаю я Джею. – Больше не будет течь.

Тот вздыхает, очки разъезжаются: дужка треснула. Но главное – выживет.

– Мы пока тут поработаем, – объясняю я, – сейчас приедет Мур и отвезет тебя в больницу. Мак, последи…

– Да, – перебивает тот.

Надеясь, что Тристан смог пролезть в кабинет, я возвращаюсь на кухню. Со двора доносится голос Роба:

– У тебя нет такой жопы, чтобы она где-то застряла. Полезай и не пизди.

Ну, будем считать, почти. Я не хочу вмешиваться и подожду здесь, недалеко от двери, пока Тристан ее откроет.

Спасибо футболу, что научил играть за защитника: я точно знаю, что не стоит всей толпой нестись за мячом, а вместо этого нужно понимать свою зону и роль. Прямо сейчас Тристана подбодряет Роб. И судя по тому, что за дверью кабинета снова слышится шум, Роб не так уж плохо справляется.

– Твою мать! – раздается знакомый звонкий голос.

– Открой дверь, – кричу я в ответ.

– Тут замок непонятный.

– Разбирайся.

Лязг, потом еще раз… Я отхожу подальше, напряженно жду, когда дверь поддастся, но стоит ей наконец приоткрыться, едва не пропускаю странный шум у себя за спиной.

– Сука, – шипит позади меня, совсем рядом, Сэм.

Тут же повернувшись, я замечаю, как лезвие все того же проклятого ножа снова направляется к моему животу. Одно и то же движение, будто Сэм знает только его.

Поворачиваюсь корпусом, чтобы увернуться, тянусь за собственным ножом и совсем чуть-чуть не успеваю: чужая рука заходит под кожанку, и левый бок обжигает резкой болью. Да что за… Тянуться за оружием слишком долго: успеет ударить еще раз.

Короткий треск. Я поднимаю взгляд на перекошенное от предыдущей драки лицо Сэма, но не сразу замечаю, что у него между глаз зияет небольшая круглая дырка, из которой тонкой струйкой сочится кровь.

Тело Сэма на подкошенных ногах со стуком падает на пол.

– Блядь, – выдыхаю я.

Не знаю, как долго я стою над трупом, тупо смотря на струйку, которая затекает в глаз. Даже не осознаю, что это было убийством. Не я же стрелял, и сначала кажется, что просто… не знаю, бог отправил ангела с пистолетом, чтобы в мире стало меньше наркоторговцев?

– Ни хера как точно! – раздается восторженный голос Роба. – Ты что, снайпер?!

– Нет, ты чего, – отвечает Тристан. – Тут пять шагов, попробуй не попади.

– Врешь, – с какой-то странной завистью говорит Роб. – Это очень хороший выстрел.

Я наконец могу оторвать взгляд от дырки во лбу Сэма и повернуться к Тристану. Он как раз убирает за спину крохотный, с ладонь, пистолет.

– Откуда у тебя… – быстро осознаю свою ошибку и исправляюсь: – Тупой вопрос. Ты взял с собой ствол?!

– Чувствовал, что пригодится, – пожимает плечами тот.

Роб опускается на корточки и осматривает дырку.

– Что у тебя за калибр?

– Двадцать два LR[12], – поясняет Тристан. – Мелкий, как дробь, но вот так, почти в упор…

Это неправильно. Это все очень неправильно: и убийство Сэма, и особенно, что это сделали мы. Никогда не опускались до такого, и я, пусть и по-детски, надеялся, что не опустимся.

– И еще – когда ты научился? – с восхищением спрашивает Роб.

– Ну, как захотел себе огнестрел. Не трогай стволы, пока не сможешь попадать в цель.

– Какого хера мы тут трем?! – взрываюсь я. – Мы убили человека! Это…

– Логично, – перебивает Роб. – Это логично: он пытался убить тебя. Если бы Тристан не выстрелил, тут лежал бы твой труп. Я пока предпочту, чтобы это был труп Кайфолома.

Странная волна чувств, названия которым нет в моей голове, накрывает с макушкой, но главным из них становится одно, самое сильное – паника. И это именно то, что я пока не могу себе позволить – и никогда не мог.

Надеялся, если уж и придется рано или поздно убить кого-то из особенно непримиримых бандитов, то лучше бы поздно. Но сейчас у моих ног лежит мертвое тело, и права на мораль не остается.

То, что мы сделали, отвратительно. Никогда не хотел такого.

Хочется ныть и рвать на себе волосы. Убежать куда подальше, забиться в угол и понять, в какой момент мы свернули не туда. Решить, каким образом теперь жить с самим собой. Но я здесь не один, и у нас куча работы. Если сломаюсь, что будет с остальными? Нет, на вопросы нравственности нет времени: нужно разбираться с последствиями… Позже подумаю, как избежать подобного в будущем.

Я не проверил, какое оружие взял с собой фанат огнестрела Тристан… Лучше бы лидером этой банды был кто-то умный вроде Кемала. Я не подхожу на эту роль.

Выдох. Глубокий вдох, задержать воздух, снова выдох. Я же не ребенок, чтобы устраивать такие истерики, пусть и себе самому. Да, херовый из меня выходит главарь, но другого нет, а если назначить того, кто хотел бы – хоть бы и Роба, – мы бы начали убивать еще раньше.

– Нам нужно убрать тело, – усилием воли успокаиваюсь я. – Или… Трис, ты готов расстаться со стволом?

– Да, – отвечает тот. – Ну, то есть… Он, конечно, дешевый, как кроссовки. Ну, достать его несложно… Таких куча на рынке… За неделю заменим.

По паническому тону понятно: сейчас он уговаривает себя самого.

На пороге появляется Мак.

– А что за стук был? – спрашивает он. – Дверь хлопнула?

Я поворачиваюсь, чтобы объяснить, но что-то в его тоне заставляет заткнуться. Мак таращится на меня с таким страшным лицом, будто… И стоит мне открыть рот, как он прикладывает палец к своим губам.

Что-то не так. Что-то очень сильно не так.

– Не нужно думать, будто я не отличу выстрел от хлопка двери, – доносится за его спиной незнакомый голос. – К тому же я тоже слышал этот разговор. Тут буквально пара ярдов между нами.

Мак сдвигается в сторону, давая пройти невысокому мужику в полицейской форме. На вид тому лет тридцать, а рыжая шевелюра, гладко зачесанная на пробор, и глумливое лицо делают из него карикатурного злодея из какого-нибудь старого фильма.

– Сэмюэл Оуэн, – кивает он на труп. – Интересный выбор для первого убийства, мистер Ниббс.

– Кто вы такой? – не выдерживаю я.

– Человек, который зашел в гости, чтобы вас всех здесь спасти, – мерзко улыбается