В объятиях дьявола - Миранда Эдвардс

Мое сердце делает кувырок от такого признания. Росс не дает мне никаких обещаний, ничего точного или серьезного, но я почему-то ощущаю тепло в груди. Мне нельзя быть такой наивной. Я никогда не была таковой, но сейчас веду себя именно так и ложусь рядом с ним. Росс выключает прикроватную лампу, притягивает меня к своей груди, и мы засыпаем вдвоем. Сон кажется намного интимнее, чем другие вещи, которые между нами были. И мы, несмотря на одежду, обнажены друг перед другом.

Глава 18

– Есть такая методика слежки: одни специально мозолят глаза, а другие следят издалека, – Джон Би ходит за мной по пятам, мешая отдавать инструкции декораторам.

С досадой стону, когда вновь путаю, куда надо было поставить вазу с цветами. Останавливаюсь на месте, резко разворачиваюсь лицом к охраннику и пуляю в него злой взгляд. Джон Би сегодня выглядит чуть расслабленнее, чем обычно, и даже позволяет себе поедать орешки из пакетика передо мной. Обычно он ел лишь в пересменку, а во время работы телохранитель стоял в своей солдафонской стойке и пристально следил за мной. Устало прикрываю глаза планшетом и спрашиваю:

– Но сейчас-то зачем за мной так ходить?

Сегодня состоится вечеринка в честь открытия нового отеля сети «Спринг», принадлежащей компании братьев Кинг, и мне была поручена организация. Задание и так сложное, а Джон Би стоит над душой и мешает мне. Дело в том, что это не просто светская вечеринка, а бал-маскарад. С подготовкой мне помогает личный ассистент Ника, Луи, который ушел принимать поставку алкоголя. Я тоже буду присутствовать, поэтому приехала в отель прошлым вечером со всеми вещами и осталась на ночь, чтобы с самого утра заняться подготовкой и иметь возможность переодеться на бал.

Джон Би задумчиво закидывает в рот горстку фисташек. С таким выражением лица на его лбу появляются глубокие морщинки. Я не задумывалась, сколько именно Джону Би лет. Темная кожа и лучезарная улыбка обычно скрывают его возраст.

– Разве ты не пытаешься обдурить меня и сбежать при первой возможности? – Джон Би недоверчиво вскидывает брови. – Обычно ты так и делаешь.

Упираюсь руками в бока и надуваю губы.

– Разве за последние две недели я пыталась от тебя улизнуть? – парирую я.

Джон Би обдумывает мои слова и отрицательно качает головой. Затем его поседевшие брови сходятся на переносице, и мужчина, прищурившись, оглядывает меня с ног до головы. Не выдержав, огрызаюсь:

– Что?

Джон Би убирает свой перекус в карман пиджака и, скопировав мою позу, произносит:

– А почему ты не пыталась сбежать? Ты что-то задумала? Если да, то учти, что я уже очень стар, и мои внуки меня очень любят, а от твоего очередного выкрутаса мое сердце не выдержит!

– У тебя уже есть внуки? – искренне удивляюсь я.

Джон Би достает из внутреннего кармана три маленькие фотографии и с гордость протягивает их мне. На каждом изображении запечатлены детишки: девочка и два мальчика. У каждого из них густая копна афрокудрей и широкая улыбка.

– Такие милые! Они очень на тебя похожи, Джон Би, – умиляюсь я и обратно протягиваю ему снимки.

– Спасибо, – лицо телохранителя расплывается от счастья, когда он смотрит на своих внуков. Потом он встряхивает головой и, указав на меня пальцем, бурчит: – Не заговаривай-ка мне зубы, деточка. Неужели ты одумалась? Мистер Кинг что-то донес в твой бунтарский мозг?

При упоминании Росса мое лицо вспыхивает. Да, мистер Кинг определенно что-то донес. Все две недели мы спали вместе. После того дня, когда я прочитала его дневник, я легла у себя, но через какое-то время почувствовала, как меня уносят. Проснулась я в спальне Росса. Так было еще две ночи, и после я сама начала приходить к нему. Росс не запирал дверь, и я могла спокойно пройти в его комнату, если его не было.

«Ты… заставляешь меня что-то чувствовать, чего я не понимаю. Ты интересна мне не как сексуальное тело, а как женщина. Я знаю, как нелепо сейчас это слышать, но большего я дать не могу. Не сейчас точно».

Я поверила ему и ждала, что же будет дальше. Больше мы ни разу не говорили об этом и просто спали рядом. Ничего больше не происходило. Ладно, однажды мы поцеловались. Росс был невероятно нежен, его руки едва касались меня, словно он боялся меня. Или самого себя. Мне казалось, что он думал, что я могла убежать, если бы он зашел дальше.

Я бы не убежала. Наверное.

– Да, мы уладили некоторые наши… разногласия, – бормочу я, рукой скрывая проступивший румянец.

Вижу, как Джон Би улыбается. Надеюсь, он ничего не знает о… нас. Разворачиваюсь и иду на кухню, кинув Джону Би:

– Хватит меня преследовать, у меня много работы!

***

– Ого, выглядишь чудесно, Селена! – присвистывает Луи, заходя в мой номер. Мужчина плюхается в кресло и зевает. – Скажи, что я не один уже устал. Я бы лучше позвонил жене и лег спать.

Понимающе улыбаюсь Луи. Как я узнала, он редко покидает Лос-Анджелес и обычно работает в калифорнийском отделении. Луи не хотел и сейчас приезжать, но этот бал очень важен, поэтому ему пришлось оставить беременную жену.

– Третий босс же остался в Чикаго, чем хуже я? – продолжает ворчать он. – Ладно, не отвечай.

Усмехаюсь и задумываюсь, что ничего почти не слышала о Гидеоне. Он ни разу не приезжал в семейный особняк ни разу за время моего проживания в Хэмпстеде. Глядя через зеркало на Лу, спрашиваю:

– Почему Гидеон не приехал на бал, если он так важен?

Луи поджимает губы, словно думая, стоит ли мне объяснять. Думаю, он в курсе, что я будущая «падчерица» Росса и вполне могу сдать его за лишнюю разговорчивость.

– Гидеон не может часто покидать свой пост, – вкрадчиво произносит Луи. – В Чикаго живут итальянские коллеги, а у них… сложные характеры и переменчивые взгляды на жизнь.

Итальянские коллеги? Уж не про итальянскую мафию ли он говорит? Я думала, что с ними общается Росс. Тем более, что насколько мне известно по работе в стрип-клубе и по подслушиванию совещаний в офисе, нью-йоркский филиал имеет большее влияние, чем чикагский.

Ладно, не буду допытываться до Луи. Зачем подвергать опасности и его? Да и мне не хочется, чтобы он неправильно меня понял и сказал Россу или Нику, что я вновь пытаюсь что-то разнюхать, поэтому решаю сменить тему.

– Ты принес наши маски? – оглянувшись через плечо, спрашиваю я у мужчины.

Он кивает и показывает мне пакет