Не Снегурочка - Алёна Сереброва

— Май... пожалуйста, я знаю, что ты там...

— Я уже сказала тебе, это бессмысленно, — отзывается Морена, хмуря чёрные брови. — Так кем ты хочешь быть? Скульптурой, что медленно умирает? Слугой, что получает наказание за самоволие? Частью вьюги?

— Самой собой, — Влада облизывает пересохшие губы, о чём тут же жалеет, как только их обдаёт холодом.

— Дерзкая... мне нравится.

Ледяные пальцы скользят по щеке вниз, забираясь под шарф, словно в попытке найти пульс, и Владе кажется, она уже готова ко всему, но Морена неожиданно отшатывается, словно обжёгшись. Смотрит неверяще, переводя взгляд с чуть покрасневших кончиков пальцев на Владу.

— Уходи...

Надтреснутый, ломкий шёпот еле слышен. И вместе с изменившимся взглядом, с пониманием, что там, внутри, Майя всё-таки жива, внутри всё сдавливает.

— Ма...

Всё меняется в мгновение ока и Влада отшатывается от вновь вернувшей себе власть над телом Морены, понимая, что убежать уже не сможет.

Словно в замедленной съёмке, она видит, как Морена вскидывает руку, и одновременно с этим Владу тянут в сторону за шарф. Дыхание перехватывает от давления на горло, а в следующее мгновение между ними возникает Матвей, на глазах покрываясь тонкой, но твёрдой коркой льда.

— Верни её!

Влада снова спотыкается о порог, но в этот раз успевает удержать равновесие, схватившись за косяк, и наконец-то выскакивает наружу. Поднявшийся ветер тут же бьёт в лицо, поднимая снег с земли и заворачивая его в вихри. Метель набирает обороты тем больше, чем дальше они отходят. Влада не слышит шагов она вообще мало что слышит за грохотом пульса в ушах и Сониным бормотанием, из которого ни слова не удаётся разобрать.

— Всё будет хорошо, — обещает Влада, ныряя под защиту ближайшего дома до которого успевает добежать. — Всё будет хорошо...

Она повторяет это для самой себя, однако не верит ни единому слову. Незнакомые девушки, Ксю, Майя, Виталик, теперь ещё и Матвей, какое хорошо? Только вцепившаяся обезьянкой Соня и удерживает на плаву, не позволяя сорваться в глупую, бессмысленную истерику.

Влада перебегает дорогу на загорающийся красный, игнорируя правила в угоду вставшему на остановке автобусу, и едва не поскальзывается, когда в спину ей несётся волчий вой.

— Они здесь!

Влада отчётливо слышит созвучную её собственной панику в голосе Сони, но успевает заскочить в автобус прежде, чем тот закроет двери.

Полупустой салон встречает неожиданным теплом и тишиной. Разошедшаяся метель остаётся по ту сторону, на время оставляя их в покое.

«Ксю, Майя, Виталик, Матвей... сколько ещё будет?..»

За стеклом, в снежной круговерти, позади автобуса угадываются очертания человека и застывшего у его ног большого пса. Уголья глаз горят на белой морде, но больше не вызывают такого страха. Пока они не опасны.

— С вами всё в порядке?

Появление кондуктора заставляет вздрогнуть и едва не выпустить из рук чуть отстранившуюся Соню.

— Бежали так, будто за вами волки гнались...

«Вы правы... волки».

— Всё хорошо, — врёт Влада, присев на ближайшее кресло и зазвенев мелочью. — Просто боялась опоздать. Погода...

— Да... Зима в этом году лютует. Хорошей поездки.

Звук отрываемого билета царапает по нервам и Влада лишь усилием воли не даёт себе поёжиться.

— Спасибо.

— Влад... — смущенно шепчет Соня, доверительно заглядывая в глаза. — Я писать хочу.

* * *

— Так, Сонь, давай ещё раз, — требует Влада, присаживаясь перед закутанной в одеяло сестрой на корточки. — Что ты скажешь маме?

Метель отступила на полпути, истаяла, словно её и не было, так что до дома они добрались спокойно. И только здесь почувствовали себя под защитой, в окружении знакомой обстановки, горячего чая и тёплого одеяла.

— Меня схватил мужчина в чёрном, зажал рот рукой и унёс, — послушно бубнит Соня в макушку любимой плюшевой мышки, что выглядывает из-под одеяла. — Я сбежала, когда он отвернулся.

— Сможешь описать его полиции, когда спросят?

Соня послушно кивает, вызывая волну облегчения.

— Хорошо. Я сейчас.

— Нет!

Соня теряет равновесие, запутавшись в одеяле, так что Влада едва успевает её подхватить, не дав свалиться на пол.

— Не уходи!

— Я здесь, ты чего? Маме просто позвоню. Мы же хотим обрадовать маму?

Соня лишь сильнее сжимает пальцы на рукаве, так что Владе ничего не остаётся кроме как сесть рядом и позволить себя обнять.

«Майя, Виталик, Матвей, — как мантру повторяет Влада имена и гудки в трубке звучат набатом, отсчитывающим оставшееся у них время. Морена сказала, что умерли только трое, а значит остальных ещё можно спасти. Влада упрямо верит, цепляясь за слова Морены, как за спасательный круг. — Они ещё живы».

— Мам, — зовёт Влада, заслышав щелчок соединения и чувствуя, как хватка сестры становится сильнее. — Соня дома.

* * *

Соня не отпускает и после звонка, так что приходится садиться за компьютер вместе с ней, благо уже без одеяла, но всё ещё с плюшевой мышкой в руках.

«Повлиять на Морену может только её муж Чернобог, да?»

— Что ты ищешь?

Соня возится, оборачиваясь к монитору и задевая подбородок макушкой, так что Влада клацает зубами и едва не прикусывает язык.

— Хочу поговорить с учителем.

Влада действительно копается в соцсети, выискивая страницу Николая Леонидовича. Чтобы вызвать Чернобога, определённо нужен какой-то ритуал, а все книги остались у него. Там обязано что-то быть, просто они смотрели лишь о Морене и поэтому пропустили.

— Каким?

Соня пытается полностью развернуться, на что Влада хлопает по спине, не давая это сделать.

— Своим. Не возись.

Ещё недавно после такого Соня бы обязательно завозилась ещё сильнее или потребовала отпустить, сейчас же, лишь молча утыкается тёплым носом в ворот джемпера и шумно дышит.

— Всё хорошо, Сонь?

Страница Николая Леонидовича ничем не помогает. На ней нет ни номера телефона, ни какой-либо другой возможности для быстрой связи, лишь личные сообщения, ответа на которые можно ждать очень долго. А за окном стремительно темнеет и скоро придёт мать.

— Не уходи.

— Я и не иду никуда. Вот, сижу тут с тобой, ты чего?

«Пока что».

Вариантов у Влады немного и тот где приходится остаться дома и ждать, когда наступит завтра, совсем не подходит. А значит нужно идти в школу сейчас и надеяться, что Николай Леонидович всё ещё там.

— Но ты уйдёшь, — уверенно говорит Соня.

— Ты здесь в безопасности, —