Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

В голове шумело от прилившейся крови, а грудь распирало дыхание. Лирка сжимала пальцы то на плечах мужчины, то быстро перемещалась вниз на его грудь, жадно обминала её, постом спускалась на подрагивающий живот и тянулась к крепким бёдрам. Ей казалось, что у неё совсем немного времени, чтобы насладиться пойманной жертвой, что если она промедлит, то не сможет победить и покорить. И торопилась. Оторвавшись от губ мужчины, она покрыла лихорадочными укусами-поцелуями его нижнюю челюсть, языком прошлась вниз по шее и хорошенько, до протяжного стона Риша, укусила.

— Боги, Кая, ты чего творишь? — потерянно шептал Риш. — Сумасшедшая… бешенная… М-м-м… немного ниже… да-а-а… вот тут, кусай сильнее!

И Лирка укусила. Укусила так, что даже в полумраке комнаты можно было рассмотреть след от зубов вокруг левого соска мужчины. Хотелось укусить его до крови, но сохранившаяся кроха разума почему-то останавливала её, и она просто целовала, прихватывала губами до одури вкусную кожу и впускалась всё ниже и ниже.

— Куда ты, Кая?

У Риша мозг плавился, и, казалось, что воздух стал вязким и горячим. Всё тело огнём облизывало возбуждение. А там, где Кая касалась его своими губами, бесстыже пробовала на язык и кусала, кожу словно ожоги покрывали. Стоило пошевелиться, и женщина недовольно рычала, скалилась и сверкала на него чёрными глазами. Властность ужасно возбуждала, распаляла ещё сильнее, а ещё впрыскивала в кровь азарт и жажду соперничества. Подмять бы её под себя, содрать всю одежду, крепко-крепко зажать под собой и показать, как на самом деле нужно. Но разве можно спугнуть эту смелую и жадную птичку? О, нет-нет-нет, пусть, пусть и дальше целует. Пусть. Пусть сама трогает его, кусает… А он немного, совсем чуть-чуть подождёт и…

Лирка приподнялась, с треском содрала и без того порванные портки и, торжествующе сверкая глазами, уселась на оторопевшего Риша сверху.

О такой смелости он даже мечтать не смел!

Лирке этого не хватило, и она решительно стянула с себя рубашку и отбросила её в сторону, оставшись только в лифе и штанах. По губам скользнула мрачная, победная улыбка, и женщина, тряхнув волосами, медленно облизнулась. У Риша всё внутри ухнуло так, будто он, крылатый, в порыв ветра попал. Руки сами легли на женские бёдра, сжали их, а затем поползли вверх, и Риш большими пальцами с силой провёл по внутренней стороне бедра. Лирка ахнула, растерянно заморгала и невольно попыталась свести ноги, позабыв, что сидит на мужчине верхом.

— Я сама, — она сердито зыркнула на Риша, окинула взглядом и… растерялась.

Разбуженная молодая кровь требовала, чтобы она присвоила этого мужчину, взяла у него всё, что им нужно. И она понимала, что ей нужно, и даже имела представление, что делать дальше. Но… опыта почти не было, а одна-единственная близость с мужчиной, именно с этим мужчиной, была слишком давно.

Риш почуял, что его пташка замешкалась. Ещё чуть-чуть и придёт в себя. И зашептал:

— А, может, всё же я, Кая? Я лишь покажу, как надо, а дальше ты можешь делать всё, что захочешь. Только направлю, помогу…

А сам в это время проминал бёдра пальцами всё сильнее и подбирался к ягодицам.

— Какая же ты красивая, — продолжал шептать Риш, скользя глазами по напряжённому животу женщины.

Сильная и красивая. Он с трудом понимал, почему раньше его взгляд больше привлекали нежные и тонкие тела. Почему? По животу Лирки от вздымающейся грудной клетки шли полосы напряжённых мышц. Они реагировали на каждое касание, напрягались и проступали ещё чётче. А стоило ему сильнее надавить на внутреннюю сторону бедра, и особенно сильно напрягался низ живота. Как сильно она сможет сжать его, когда он будет внутри?

Так, спокойнее. Нельзя всё испортить, нельзя спугнуть её. Риш медленно приподнялся на локтях и, приоткрыв губы, провокационно облизнулся. Он видел, каким зачарованным взглядом Лирка уставилась на его губы, и едва сдержал улыбку. Так легко ведётся на провокацию.

— Позволь мне, — и потянулся к пуговице на её штанах.

Лирка проследила взглядом за его движениями, и на её лице мелькнула пугливая растерянность. Но Риш плавно толкнулся бёдрами вверх, прижался пахом к её ягодицам и успешно отвлёк и вновь зажёг в её глазах торжествующе-властный огонь. Пуговка выскочила из петли, и Риш осторожно потянул штаны вниз. Сглотнул и поймал самодовольный взгляд Лирки. О, как же ему нравилась такая пташечка! Цену себе явно знала, собой гордилась и вообще не умела стыдиться. Лишь бы не очнулась раньше времени. Ещё чуть-чуть, совсем немного, и она уже не сможет забыть их ссору, а её тело рядом с ним будет просыпаться куда быстрее. И пусть она тогда попробует и дальше ему сопротивляться!

— Я ведь знаю больше тебя, — прошептал Риш и торопливо сомкнул губы, когда Лирка недовольно, ревниво оскалилась. Но сдерживаться долго не смог. — Ревнуешь? Ну так забери меня себе, чтобы я больше не смел ни на кого смотреть. Хочешь или… трусишь?

— Замолчи! — сквозь зубы потребовала Лирка.

Если бы она могла решить, что делать дальше, то уже забрала бы этого несносного болтуна себе.

— Я же могу помочь тебе, — раз, и Риш перевернулся и подмял женщину под себя.

Та дёрнулась, решительно упёрлась руками ему в плечи, но больше ничего не сделала.

— Ну же, — соблазняюще прошептал Риш ей в губы, — позволь мне взять вверх в этот раз.

Он мог соблазнить её, победить в этом сражении. Но если она уступит сама, то потом, когда придёт в себя, уже не сможет сказать, что это его вина. Нет-нет, ведь эта наглая пташка сама на него напала. Да-да. И это она явно хотела сотворить с ним… всякое.

И уступит сейчас она ему тоже сама.

— Я, — Риш скользнул вниз, прижался щекой к вздымающейся груди, а руками медленно потянул её штаны вместе с портками вниз, — просто хочу поцеловать тебя. Помнишь? Я же говорил о поцелуях там, — и положил горячую ладонь между её ног.

Кожу обдало влажным теплом, и Риш ошалело заморгал, ощутив, как его повело и как самообладание едва не ускакало в неведомые дали.

— Я ведь могу?

Лирка смотрела в светящиеся в полумраке хитро прищуренные глаза, а внизу живота сворачивалось клубком возбуждение. Хотелось слегка шевельнуть бёдрами, сжать их, чтобы почувствовать чужие пальцы сильнее. И прищурилась в ответ.

— Посмей.

И Риш скользнул вниз так быстро, что на какой-то миг Лирка испугалась. На одно крошечное мгновение разум проснулся, но